Дина Полоскова - Квест для демиурга (СИ)

На этом сон ее прервался, и она обнаружила себя, лежащую на смятых простынях в холодном, липком поту.

В комнату вошли Ирио с Меленой — отдохнувшие и переодевшиеся. 'Интересно, сколько же я спала?'- подумалось Дайре.

— Пора, сестра, — сказала Ирио, и Дайра удивилась обращению темноволосой, как и она сама, девушки–асура. Раньше Ирио была более сдержана в проявлении своих чувств, в отличие от рыжей хохотушки Мелены, веселой и покладистой.

— Пора, — вторила подруге Мелена, — Как ты отдохнула, Дайра?

— Опять снилось Сердце Асуров.

С самого первого дня священный камень больше не говорил с ней, однако голос его слышала она во сне каждую ночь, и, чем ближе была ночь равноденствия, тем жарче становились ее сны. Появлявшаяся в конце сна Лейла каждый раз говорила ей, что это — ее собственный жар. Жар сопротивления, и его нужно обуздать ей самой, чтобы не сгореть заживо в огне Хацаета, возрождая Феникс.

— Сегодня было особенно жарко. Я так и не научилась управлять им, — вздохнула девушка.

— Не дрейфь, — подмигнула ей Ирио, видимо, после вчерашней ночи окончательно признавшая Дайру за свою, — Это нормально.

— Просто чем ближе ночь равноденствия, тем острее здесь, в Парящей Долине, переживаются внутренние эмоции. Твоя стихия — огонь, Дайра, это правда. Это и помогает тебе в жизни, и мешает.

— Но у тебя все получится! Принцессу Феникс способна возродить только огненная жрица.

— Твой огонь даст необходимую искру, и Хацает вновь откроет ворота крылатому народу!

— А сейчас собирайся!

— Быстро, как воин!

— В храме нас будут ждать Геместос с Лейлой. Остальные расположатся по островам, окружающим Нав.

Дайирия стрелой полетела в умывальную, с наслаждением погружаясь с головой в глубокую мраморную ванну, доверху наполненную прохладной водой. Какое это все‑таки наслаждение — ощутить ни с чем не сравнимую свежесть после изматывающего жара ночи.

'Наверно, во мне и в самом деле много огня, — думала девушка, тщательно растираясь щеткой с жесткой щетиной, то и дело обмакивая ее в шипящее, пахнущее высокогорными травами, мыло зеленого цвета, — Этот огонь не дает покоя ни днем, ни ночью. Скорее бы уже закончилась и эта ночь, и все эти приключения в Парящей Долине. Казалось бы, на такой высоте я должна была леденеть от холода, а я температурю каждую ночь…'

Облачившись в белые плотные брюки, белую рубашку, Дайра одела сверху длинный белый приталенный плащ с разрезами в рукавах и по низу. На ноги она обула деревянные сабо, которые можно будет быстро сбросить у входа в зал Сердца Асуров. Верховная жрица крылатого народа знала, что ритуал нужно будет совершать босиком.

— Я готова, — оповестила она подруг, с нетерпением ожидавших ее, и все вместе они незамедлительно покинули ее покои.

Такого огромного количества асуров Дайра еще не видела ни разу, даже в день своего прибытия. Сегодня молодые воины и воительницы прибыли к храму с самых дальних островов, чтобы принять участие в испытании Хацаета.

В ночь равноденствия асурами всего мира открывались порталы в мир своих прародителей — Атини и Абигора, которые посылали своим детям суровые испытания. Лишь пройдя боевое посвящение в Хацате, молодые асуры могли считаться полноценными воинами, брать себе жен и выходить замуж.

В начинающем смеркаться воздухе раздавался шелест множества крыльев, черных и белых, и гомон множества голосов говорил о готовности крылатого народа к испытаниям. Тысячами огней светились глаза демонов, готовящихся стоять до конца и биться насмерть со свирепыми порождениями Хацаета — настоящими исчадиями тьмы.

Подруги не дали Дайре как следует осмотреться вокруг и увлекли ее в храм, где на входе в зал священного камня их уже поджидали Геместос и Лейла. Они стояли точь–в-точь, как в сегодняшнем сне девушки — Геместос хмурил брови, всем своим видом выражая недовольство, скрещивая руки на груди, а Лейла держала тонкую кисть на широком плече мужа, и смотрела на Дайру с ласковой улыбкой, подбадривая ее.

— Ну что? — сразу приступил к главному Геместос, — Удалось погасить внутренний жар?

Дайра покачала головой.

— Так я и думал, — проворчал правящее крыло.

— И хорошо, что не удалось, — перебила мужа Лейла, — Значит, сейчас твоя мотивация будет сильней.

— Девушки, по местам, — скомандовала она Ирио с Меленой, и те унеслись в ритуальный зал.

— Сегодня ты войдешь сюда в одиночестве, — сказала Дайре Лейла, — Мы со жрецами будем ждать в ритуальном зале.

— Твоя задача — разбудить Принцессу до полуночи, — заявил Геместос, — В полночь открываются ворота в Хацает. Без Феникс тебе их не удержать.

Лейла положила прохладную кисть на плечо девушки и ободряюще сжала. Дайра не выдержала, и накрыла руку асура своей. Рядом с ней сейчас не было подруг, а демиург так нуждалась в их поддержке.

— Ты помнишь все, что должна делать?

— Да.

— Тогда иди и верни крылатому народу Принцессу Феникс!

Сразу две руки подтолкнули Дайру ко входу в зал священного камня — одна легонько и мягко, другая твердо и настойчиво. Сбросив сабо, не оборачиваясь, Дайирия Анавеорт вошла в Обитель Сердца Асуров.

Сегодня сам воздух, окружающий огромный сверкающий камень был густым и горячим. Дайра знала, что нужно собрать весь огонь пространства воедино, освободив, таким образом, воздушные потоки, или она рискует задохнуться здесь задолго то наступлениям полуночи.

Усевшись в удобную позу за несколько метров до пьедестала, над которым парил камень, девушка закрыла глаза и провалилась в межмировое пространство. Еще ни разу ей не удавалось сделать это так просто и быстро. Открыв глаза, Дайра смотрела вокруг магическим зрением.

'Неудивительно, что здесь так трудно дышать', — подумала она: энергия огня клубилась вверху, внизу, по сторонам, из‑за мерцающих сполохов не видно было на расстоянии вытянутой руки, и Дайре нужно было сейчас свести всю эту огненную энергию в одну точку. Верховная жрица раскинула руки по сторонам и силой воли стала направлять огненную стихию вниз, между ней самой и Сердцем Асуров. Камню необходима была огненная жертва, или он не открывал портал в Огненный Мир.

Сначала ничего не получалось — клубы бесчисленных сполохов тут и там плясали вокруг Дайры, увиливая от ее мысленных прикосновений, уворачиваясь, просачиваясь сквозь пальцы и исчезая, чтобы секунду спустя заиграть с новой силой в ином месте. В первые дни пребывания в Долине асуров, Дайру повергало в отчаяние собственное бессилие, но сейчас, будучи умудренной некоторым опытом, верховной жрицей храма Познающих Ветер, Дайра знала, что процесс пошел, и становящийся все более чистым и прозрачным воздух вокруг красноречиво подтверждал ее состоятельность.