Наталия Московских - Нити Данталли (СИ)

Ужин с последователями Культа длился невообразимо долго. К предложенному вину Аэлин не притронулась, заявив, что охотник не может позволять себе терять сосредоточенности ни при каких обстоятельствах. В подтверждение своей позиции она рассказала историю о спарэге в доме Бэлла Ричифера.

Ренард проявил особый интерес к повествованию молодой женщины, направив в сторону Бенедикта заговорщицкую улыбку.

— По вашим словам, леди Аэлин, я делаю вывод, что вы — первоклассный боец, — с должным почтением заметил Иммар. — Нам не хватает таких бойцов, и в деле Мальстена Ормонта ваши умения были бы особенно ценны.

— Если, конечно, они именно таковы, — прошелестел Ренард. Аэлин с вызовом заглянула в затянутые слепой пеленой глаза и хмыкнула.

— Подозреваете меня в бахвальстве, жрец Цирон?

— И не думал, — качнул головой Ренард. — Не примите за оскорбление, леди Аэлин, но в нашей работе приходится весьма немногое принимать на веру. Большинство фактов во избежание неприятных неожиданностей требует проверки…

— Ренард, уймись, — усмехнулся Бенедикт, окидывая молодую женщину оценивающим взглядом и качая головой. — Вызывать гостью на поединок — верх бестактности. В конце концов, перед тобой дама.

Аэлин испытующе посмотрела на Колера.

— В данном случае передо мной соратник и охотник, — возразил слепой жрец. — И в интонациях нашей дорогой гостьи я не услышал обиды. Поправьте меня, если я неправ, леди Аэлин, и я не премину принести вам свои извинения.

Охотница тяжело вздохнула.

«Сколько же проверок мне предстоит еще пройти, прежде чем эти трое решатся все-таки довериться мне, и я смогу беспрепятственно вернуться в трактир?»

— Никаких извинений не требуется, Ренард, — с улыбкой отозвалась Аэлин. — Ваша подозрительность вполне понятна. Однажды в деревне Сальди мне также довелось работать с человеком, о боевых навыках которого я не знала ровным счетом ничего. Против нас была целая стая кваров, а мой случайный напарник держал оружие в руках всего пару раз в жизни. На мою удачу он, похоже, обладал природным талантом, посему держался молодцом. Но ведь могло быть и иначе. Мне повезло.

— Стало быть, вы не отказываете мне в моей небольшой прихоти? — воодушевленно произнес Ренард, и Аэлин внутренне сжалась, предчувствуя нечто недоброе.

— Я правильно понимаю, что вы всерьез хотите поединка? — нахмурилась она. — Сейчас? Прямо здесь?

Слепой жрец пожал плечами.

— Разумеется, не в доме: мы ведь не хотим случайно попортить имущество наших олсадских братьев. Но двор вполне подойдет.

— Осторожнее, леди Аэлин, — улыбнулся Иммар. — Вы ввязываетесь в бой с опасным противником. У вас еще есть возможность отказаться.

Охотница прищурилась, проигнорировав замечание Иммара.

— Не сочтите за оскорбление, Ренард, но вряд ли вы окажетесь более опасным противником, чем анкордский кукловод. Я за свою жизнь не раз отбивалась от опытных воинов, и все они были…

— … дееспособны? Зрячи, вы хотите сказать, — усмехнулся Цирон, и усмешка эта вновь заставила холодок побежать по спине охотницы. — Считаете меня ущербным бойцом, потому что я слеп?

— Мне следует принести извинения? — ровным голосом произнесла молодая женщина.

— Нет необходимости, — качнул головой Ренард. — Поверьте, к подобному отношению я давно привык. Тем сильнее удовольствие от победы над самонадеянными противниками.

Женщина прерывисто вздохнула.

— Не сочтите жреца Цирона любителем хвалиться попусту, леди Аэлин, — кивнул Бенедикт, разведя руками. — За все время наших совместных тренировок мне ни разу не удавалось одержать в поединке верх, — Колер перевел взгляд на Ренарда, и тот будто бы почувствовал это. — Только, мой друг, заклинаю тебя, будь с нашей гостьей деликатнее.

Аэлин невольно посмотрела на паранг, закрепленный на поясе.

— Не согласна, жрец Колер. Если уж мы затеваем бой, следует забыть о деликатности. Если это тренировка перед завтрашней схваткой с данталли, мне нельзя расслабляться. Окажете мне честь, Ренард?

— С превеликим удовольствием, — осклабился слепой жрец и резко поднялся со своего места. Аэлин не преминула сделать то же. Цирон указал охотнице в сторону коридора и почтительно кивнул. — Прошу вас.

Сглотнув тяжелый ком, подступивший к горлу, Аэлин медленно двинулась к выходу из дома. Мысленно она пыталась предугадать, что будет представлять собою поединок со слепым жрецом. Неужто он в действительности так непобедим, как о нем утверждал Колер?

Олсад стремительно погружался в сумерки. На улице заметно потемнело, и уже скоро городок должна была окутать непроглядная ночь.

«Надеюсь, Мальстен меня дождется», — невольно подумала Аэлин, побоявшись, что данталли может, решив, что спутница ушла одна, наделать глупостей. — «Проклятье, если б только была возможность поскорее уйти отсюда!»

Ренард Цирон вышел на лужайку у гостевого дома и извлек из ножен меч. Затянутые белесым бельмом глаза, казалось, горели азартным огнем. Аэлин отошла от своего названного противника и обнажила паранг — как можно тише и осторожнее. Она понимала, что Ренард будет ориентироваться в основном на звук, поэтому ставила своей задачей вести себя тише обычного. Охотница мысленно приказала себе сосредоточиться и дышать реже, почти неслышно. Не делать шагов, пока это не станет действительно нужно.

Бенедикт и Иммар, одновременно сложив руки на груди, встали у двери гостевого домика и принялись изучать поведение противников.

Аэлин попыталась унять бешеное сердцебиение и обуздать волнение.

«У меня было множество противников, которые хотели меня убить. Этот человек хочет лишь потренироваться. Достану его единожды, и это закончится, а среди жрецов я обрету необходимое уважение, чтобы мне позволили начать «искать» Мальстена одной».

Волнение от этого внутреннего монолога даже не думало пойти на спад. Охотница сглотнула и внимательно уставилась на фигуру своего противника.

Ренард держался спокойно и уверенно. Его «взгляд» был направлен в ту сторону, где стояла молодая женщина и, казалось, слепой жрец действительно смотрит на свою соперницу.

— Что ж, нападайте, леди Аэлин, — усмехнулся Ренард.

Охотница нахмурилась, но не ответила, понимая, что, услышав ее, слепой противник, возможно, нащупает для себя лишние преимущества. К тому же молодая женщина была уверена, что голос ее будет предательски дрожать, а показывать свои опасения она была не намерена.

Бенедикт на молчание Аэлин отреагировал оценивающей улыбкой. С лица Ренарда же улыбка испарилась, он нахмурился, словно пытался присмотреться невидящими глазами и понять для себя точное расположение противницы.