Саймон Хоук - Железный трон

Однажды ночью она лежала без сна, как вдруг ее насторожило нечто странное в воздухе спальни. Свечи начали мерцать, а воздух как бы уплотнился и начал сгущаться. В центре комнаты возникло темное пятно. Она резко села в постели и заметила, что с пола к потолку поднимается то ли струйка дыма, то ли тумана, закручиваясь спиралью и образовывая нечто вроде тоннеля. Из центра спирали вышла темная фигура и сделала шаг по направлению к ее кровати.

Лэра затаила дыхание. По мере приближения к ней существа она все отчетливей различала складки одежды и посох, на который опирался пришелец. Прежде нежели он приблизился к ее кровати, она уже поняла, кто к ней пожаловал.

— Калладор! — воскликнула она.

Он отвесил ей низкий церемониальный поклон. Затем снял капюшон, обнажив черты лица, еще больше постаревшие с момента последней встречи.

— Много воды утекло с тех пор, как мы виделись в последний раз. Но я надеюсь, что вы находитесь в добром здравии?

— Я поправляюсь после рождения наследника Боруина. У Дервина родился сын.

— Да, я знаю, — отвечал маг.

— Я стараюсь быть в курсе событий. И я все еще заинтересован в Сихарроу.

— Где ты был? — спросила она.

— Ты же исчез сразу после окончания войны. Ходили слухи о твоей гибели.

— Это должно было послужить моим целям, — отвечал Калладор.

— Приходилось принимать определенные меры предосторожности. Когда я узнал, что Эрвин пал в сражении, я испугался, что мне грозит кара за соучастие в мятеже против императора. Ибо если ваше соучастие могло быть объяснено, то за мой проступок император мне снял бы голову с плеч, в лучшем случае. Если бы вас обвинили в предательстве, я бы не удивился, узнав, что вы бы сослались на мои вредоносные чары.

Он поднял руку, прервав ее возражения.

— Не стоит смущаться, — произнес он.

— Это было бы единственным разумным объяснением вашему поступку, если бы вы попытались спасти свою жизнь, и я не могу винить вас за это. Но в последствии, повинуясь сложившимся обстоятельствам, я счел делом чести смыть с себя позорные обвинения в измене императору. Поскольку я лишился хозяина, мне нужно было искать нового покровителя. Я не предвидел, что вы сумеете избежать обвинения.

— Я считал, что Дервин выдаст вас, чтобы спастись самому, пояснил Калладор.

— Я никак не мог предвидеть, что ваш брат император окажется столь милостив, что вернет Дервину титул и землю. Еще менее я мог ожидать, что вы станете герцогиней. Интересно все обернулось. Вы прекрасно смогли о себе позаботиться. Примите мои поздравления. Хотя, принимая во внимание ваше честолюбие, уверен, что вы не чувствуете удовлетворения своим положением.

— На самом деле, — отвечала Лэра, — я уже кое-что пытаюсь предпринять в этом направлении. Но где же ты пропадал? Ты говоришь, что был занят поиском нового покровителя. Права ли я, предполагая, что твои поиски увенчались успехом?

— Безусловно, — отвечал Калладор.

— И должен признать, что мне стоило больших трудов устроиться к нему на службу. Он сам по себе обладает достаточной мощью, чтобы не слишком нуждаться в моих услугах. Но я все же убедил его в некоторых преимуществах при условии того, что он возьмет меня.

— И кто же этот могучий властелин? Горванак из Туразора? — полюбопытствовала Лэра.

Калладор захихикал.

— Да, он могуч, но не настолько, чтобы меня заинтересовать. Он не смог бы обеспечить мне полную безопасность.

— Тогда кто же?

— Это я скажу в свое время, — ответил маг.

— Для начала я хочу убедиться в том, что мы пришли к полному взаимопониманию. Некогда вы проявляли интерес к моему искусству. Не угасло ли желание изучать магию под моим руководством?

Глаза Лэры загорелись. Если она овладеет искусством магии, ее возможности резко возрастут.

— Больше прежнего я хотела бы этого, но при условии, что никто не узнает об этом. Я не могу позволить себе роскошь вводить мужа в курс дела.

— Само собой, само собой, закивал Калладор.

— Когда я жил в Боруине, у меня был ученик, но ему недоставала способностей. Вы же обладаете ими в полной мере. У вас есть ум, терпение, честолюбие и способность быстро схватывать информацию. Думаю, у нас многое могло бы получиться.

— Когда же мы начнем? — нетерпеливо спросила она.

— Скоро, — отвечал Калладор.

— Очень скоро. Я старею и должен кому-нибудь передать свои знания. Но сначала я хотел бы обговорить некоторые условия.

— Назови их, — потребовала Лэра.

— Дело в том, что маги вынуждены защищаться от псевдоучеников, которые приходят лишь выведать секреты накладывания чар, а затем предают своих учителей…пояснил Калладор.

— Конечно, я ни на секунду не сомневаюсь в том, что вы не способны на подобную низость, но благоразумие и традиция требуют клятвы, скрепленной кровью и личного залога для гарантии того, что маг застрахован от предательства.

— А что должно стать залогом? — осторожно спросила Лэра.

— Прядь волос вполне сгодится, — ответил маг.

— Лэра вздохнула с облегчением. Она ожидала чего-нибудь похуже.

— Я принимаю это условие. Каковы остальные?

— В качестве моей ученицы вы будете связаны той же клятвой верности, какую я принес своему новому господину на все время, пока я остаюсь у него на службе, — ответил Калладор.

— Вам не придется повторять всю клятву, достаточно, если вы поклянетесь на верность мне.

— Понимаю, — ответила Лэра, про себя подумав, что подобная клятва не имеет особого значения.

Казалось, Калладор твердо решил сохранить имя своего нового патрона в тайне до тех пор, пока она не убедит его в искренности своих намерений. Он ожидал уверений в том, что она ничего не расскажет Дервину. Не важно. Только глупцам и простакам свойственно придавать особое значение таким пустякам, как клятва на крови. Небольшая царапинка на ладони, и они уже готовы поверить чему угодно. Кроме того, если ее планы все же осуществятся, то не ей придется клясться в верности неизвестному властелину, а наоборот.

— Я принимаю все условия, — произнесла она, придавая своему лицу искреннее и торжественное выражение.

— Хорошо, — произнес Калладор. Он бросил к ней на постель острый кинжал.

— Срежьте прядь волос. Много не нужно. Достаточно такого количества, — и он расставил большой и указательный пальцы на ширину около трех дюймов, показывая величину прядки.

Она срезала локон и протянула ему.

— Теперь вы должны надрезать ладонь, чтобы своей кровью скрепить клятву. Дайте левую руку, она ближе к сердцу.