Крис Уэйнрайт - Кольцо власти

— Послушай, Мозес! — зашептал барон, отводя графа в сторону. — Тебе не кажется, что мы поспешили с письмом к королю?

— Наплевать! — похлопал его по плечу граф. — Смотри проще на события и веселись, когда есть возможность. Конечно, ты написал дурацкое письмо, но что теперь поделаешь — ошибки бывают у всех!

— Но мы же вместе… — начал было Арнстейн.

— Ха-ха-ха! — захохотал граф Шоберский. — Кто писал письмо — ты или я? А? — Барон помрачнел еще больше, а Мозес опять залихватски хлопнул его по плечу. — Не грусти! Если король и придаст этому письму какое-то значение, — он наклонился поближе к собеседнику, — в чем я сомневаюсь, по правде говоря, то можешь сказать в свое оправдание, что был сильно пьян. Все знают — ты любишь крепко погулять, так что посмеются над тобой, и только.

— Ты думаешь, Бьергюльф не затаит на меня обиду, когда узнает обо всем?

— Да брось ты! — заверил его граф. — Герцог — душевный и веселый человек, ты только посмотри на него, — Он махнул рукой в сторону Бьергюльфа, который, обняв порядком захмелевшего старца Астриса, что-то шептал ему на ухо, отчего ученый муж вытаращил глаза, а потом разразился громким хохотом. — Видишь? — повторил граф Шоберский. — Веселись! Что-то ты кислый сегодня.

«Тебе-то что, — с раздражением подумал барон, отпуская рукав Мозеса. — И подтолкнули меня демоны под руку написать это идиотское письмо…» Он вернулся на свое место, рядом с герцогиней Гунхильдой.

— Сегодня ты не похож на себя, друг мой, — засмеялась она. — Неужели тебя расстроили эти дурацкие шутки? Не обращай внимания. Посмотри на моего мужа. Даже он не придает им никакого значения! Так ведь, Бьергюльф?

— Давай выпьем хорошенько, Арнстейн, — услышав последние слова, повернулся к ним герцог, оставив старика Оссарского. — Все-таки редко столько настоящих немедийцев собирается вместе за одним столом. Взгляни. — Он обвел рукой шумный сонм своих гостей. — Я имею в виду настоящих нобилей славной Немедии, а не лощеных обезьян из придворных. Так, Астрис? — вновь обратился он к королевскому посланнику.

— Да здравствует Немедия! — вместо ответа заорал старик, вскакивая на ноги.

Ответный рев сотни глоток вознесся над стенами замка. Все поднялись со своих мест, размахивая кружками и выкрикивая слова похвалы королю и державе. Грянула музыка, потом вновь кто-то выкрикнул тост во славу Немедии. Словом, веселье било ключом.

«Да, — делая вид, что пьет вместе со всеми, подумал Эрленд, — Краутвурст неплохо потрудился. Теперь вряд ли герцогу может что-либо угрожать. Благодаря подсыпанному колдуном зелью нобили все забыли. Неужели навсегда? — Его пронизала холодная дрожь. — Выходит, что нам с Хайделиндой придется бежать из замка. И хорошо, если удастся это сделать. Но где же она? Где киммериец? — Эрленд встал со своего места, прошел вдоль рядов веселившихся гостей. — Надо срочно искать его. Завтра утром, как только рассветет, сразу и отправлюсь».

Аргосец был не на шутку встревожен происходящим. Исподтишка наблюдая за герцогом, он заметил, что тот не пьет вина. Это окончательно укрепило его уверенность: колдун подмешал в вино какое-то зелье. Зная характер Бьергюльфа, он не льстил себя надеждой, что все на этом закончится. Когда гости разъедутся и лишних свидетелей не будет, Хайделинде будет угрожать смертельная опасность. Хорошо еще, что егеря не нашли ее в лесу.

«Может быть, — мелькнула мысль, — ее с Конаном уже и нет здесь? Но куда киммериец мог отвезти Хайделинду? В Бельверус или в Нумалию? Ничего себе положение!»

Он взял себя в руки, стараясь не показать другим своего беспокойства, и придал лицу выражение легкого и беззаботного веселья, как у остальных гостей.

— Эрленд! Эрленд! ~ услышал он голоса из группы молодежи. — Иди к нам!

Ему совсем не хотелось веселиться среди отпрысков знатных нобилей, но он присоединился к ним, чтобы не выдать себя Бьергюльфу или взгляду колдуна, который — аргосец был в этом абсолютно уверен — откуда-нибудь внимательно следит за поведением гостей. Ради того, чтобы спасти свои шкуры, двое убийц, без сомнения, могут пойти на все.

Праздник уже катился к завершению, некоторые гости разошлись по своим покоям, кое-кого унесли слуги, и только самые стойкие и здоровые продолжали веселиться. Эрленд переходил от одной группы гостей к другой, нигде особенно не задерживаясь. Он старался быть на виду и в то же время не оставаться ни с кем рядом.

Он громко смеялся, шутил, изображая слегка подвыпившего, и на предложения выпить еще неизменно отвечал, что находится на службе, и герцог должен видеть его трезвым. При этом он как бы терял равновесие и под хохот сотрапезника двигался дальше. В один из таких моментов он краем глаза увидел, что к Бьергюльфу подбежал стражник замка и что-то возбужденно сказал хозяину. Лицо герцога на глазах стало менять свое выражение, и он принялся озираться по сторонам, ища кого-то.

«Что произошло?» — мелькнуло в голове аргосца, и он стал потихоньку выбираться из толпы гостей.

Тут на него наткнулся взгляд герцога, и Бьергюльф движением руки подозвал его к себе. Эрленд, продолжая изображать пьяного, не спеша направился к хозяину.

— Тебе придется пойти к воротам и встретить капитана Штальхорста из Гвардии Золотых Леопардов. Постарайся разузнать, куда они едут. — Слова герцога звучали отрывисто, и, как тот ни старался скрыть волнение, они выдавали его тревогу.

— Бу-будет исполнено, хозяин! — Эрленд пошатнулся и нарочито твердым шагом направился к воротам.

— Постой! — остановил его Бьергюльф. — Ты совсем пьян и до ворот не дойдешь. Иди спать, я сам его встречу.

Аргосец, довольный тем, что сумел провести герцога, справился к дверям здания, но, оглянувшись и увидев,

го владелец Хельсингера не смотрит на него, вновь смешался с толпой гостей. Бьергюльф тем временем дошел к внутренним воротам, через которые уже въезжало несколько всадников в черной форме с золотыми леопардами на щитах. Среди них герцог, к своему удивлению, увидел Ивара.

— Приветствую тебя, герцог Хельсингерский. — Офицер, ехавший первым, соскочил с седла и спокойно стонам, ожидая, когда Бьергюльф подойдет ближе.

— Приветствую тебя, капитан. — Герцог овладел собой и широким жестом указал на пиршественный стол. — Присоединяйтесь!

— Благодарим тебя, герцог, но прибыли сюда по серьезному делу, — без улыбки ответил капитан Штальхорст. — Король прислал нас провести расследование в Хельсингере.

— У меня? — Брови герцога поползли вверх. — Но что случилось?

— Приступим завтра, — не отвечая на вопрос, учтиво произнес капитан. — Сейчас прошу распорядиться о нашем постое.