Ольга Гребенщикова - Переход

— Райн, они отвезут тебя в Академию и будут охранять, как пленника, — сказала Кассандра, — Но я прошу тебя, подчинись и не делай ничего против воли Роланда. Не ради меня, а ради твоего отца и доброго имени нашего рода, которое все еще не безнадежно. Ты ведь понимаешь, почему они это делают?

— Да, — младший принц медленно кивнул, — Но если король захочет, чтобы я выступил против отца… Я не смогу, хоть и знаю, в чем его вина…

Его глаза переполняла печаль и решимость.

— Тебе и не придется, — Кассандра чуть улыбнулась, а потом снова стала серьезной, — прости, когда я позвала тебя с собой, я не думала, до чего дойдет. Мне жаль. Я позабочусь, чтобы тебе не причинили вреда…

— Не надо, я все знал. Это самый честный исход.

Райн подал знак начальнику конвоя, означавший, что отныне он пленник короля и не окажет сопротивления.

Королевские войска разделились. Это для сражения людей было всего ничего, а чтобы попасть в Алуа быстро и без столпотворения, и половины оказалось много. Часть из них собирались войти в столицу здесь, а часть отправилась к Портовым воротам, иначе дело обещало затянуться надолго. Пока мимо проносились всадники и шагали лучники, а "приписанные" еще лордом Виларом телохранители терпеливо ждали поблизости, придерживая лошадей, Морис прямо на траве вытряхивал из своей парижской сумки снаряжение, которое могло пойти на пользу в ближайшем будущем. Кассандра принимала смертоносные и не очень вещицы и отправляла по местам. Одежда на ней, конечно, была не самая подходящая для такого снаряжения, только куртка по-прежнему исправно маскировалась под цвет пейзажа (вот и сейчас окрасилась в расцветки летней травы и васильков). Запасные обоймы неудобно распирали карманы, но хоть не вываливались. Несколько оставшихся из запаса гранат предстояло таскать Морису (припомнила ему злопамятная подруга, как он перед отбытием сюда покрутил пальцем у виска, услышав, что она хочет их взять с собой). А вот прочные тросы со всякими штучками, о которых не слышали в этой стране высоких стен и волшебства — вещь ценная и необходимая, хоть пока городские ворота и открыты нараспашку. Магия, конечно, дело мутное, но через крепостные стены, не обремененные колдовскими ловушками, гостям из другого мира лазить уже доводилось.

— Ну как, готов? — спросила Кассандра.

Морис кивнул, напоследок прицепив к ремню маленькую плоскую коробку, когда-то раздобытую подругой — компактную аптечку из тех, какими пользовались сотрудники Секретной службы. Особенную аптечку, в том смысле, что средства там попадались не только для первой помощи.

Четверо всадников помчались к городу, обгоняя последние колонны солдат. Пыли пришлось наглотаться изрядно, но вскоре все оказались внутри. Проезжая по широкой, мощеной камнем улице, уходящей к центру Алуа, Кассандра и Морис услышали, как вслед грохнули ворота, с лязгом опустились решетки. Кольцо замкнулось, и еще через несколько минут оно точно так же замкнется вокруг замка.

Кое-кто опасался столпотворения на въезде в город или за воротами, шутка ли, пять сотен грохочущих железом мужиков на лошадях и еще больше — пешком пытаются разом пройти через пусть и большие, но не безразмерные ворота. Но дисциплина в стройных бронированных рядах оказалась на высоте, а барон Ламарен прекрасно знал столицу. И теперь, повинуясь быстрым командам, всадники слаженно, как на параде, разделялись на небольшие отряды и устремлялись в центр города, кто по главной улице прямиком от ворот, а кто по боковым улочкам, так что путь для прохода остальных войск оказался свободным без малейшей заминки.

Герцогине Лорандевайс любезно составил компанию один из офицеров, которого она раньше заметила в обществе Ламарена. Увидев даму, спешившую к замку, он предложил спешить вместе с его отрядом, чтобы не объясняться с каждым встречным патрулем. В том, что патрулей с минуты на минуту станет более чем достаточно, сомневаться не приходилось.

Город сегодня успокоился далеко за полночь, но теперь его снова разбудил стук копыт и лязг оружия. В окнах то и дело мелькали испуганные лица, а самые сообразительные домовладельцы накрепко закрывали ставни и двери. К удивлению чужеземных гостей столица Диасты даже с окраин впечатляла. Кассандра обнаружила перед собой богатый, процветающий город. Как, впрочем, и остальная страна, в которой за время путешествия она углядела все, что угодно, кроме признаков назревающей революции.

Вопреки подозрению в хроническом бездорожье, широкая и почти прямая улица оказалась замощенной аккуратными, один в один, кирпичиками серого булыжника. Улочки и переулки вокруг ничем не отличались от "проспекта", разве что размерами. Кое-где даже, о чудо, вдоль домов тянулись ухоженные сточные канавки, прикрытые ажурными решетками. Не сказать, чтобы везде царил порядок, мусор валялся, а местами и попахивало, но ожидаемого зловония большого города, не знакомого с достижениями цивилизации, так и не обнаружилось. Одноэтажные и даже двухэтажные дома с красными черепичными крышами, стоявшие на окраине, ближе к центру сменились высокими, роскошными особняками. Вместо красной черепицы здесь на крышах красовалась серебристо-серая. Кассандра заподозрила, что это нечто вроде здешнего признака благосостояния — серебристая черепица взамен традиционной, и оказалось, почти не ошиблась. Крыши королевского замка, замаячившего впереди, сияли самым чистым серебром.

— А от дождя серебро не тускнеет? — спросила она у своего попутчика и тут же узнала секрет.

Никакое это не серебро, а особенная глина, из которой делают дорогую черепицу. Чем "серебристее", тем дороже, а над королевской головой, соответственно, принято раскладывать все самое лучшее.

Воодушевленная увиденным, герцогиня Лорандевайс признала:

— Красивый город…

Офицер с досадой кивнул:

— Да. И тут такое…

— Ничего, разберетесь… Смотрите, как вам рады, — она кивнула на девицу в до смешного традиционном наряде горничной, с фартучком и даже кружевной наколкой на взбитых волосах, застывшую с зачарованным видом у ограды особняка, — И почему девчонки так любят военных?

— И в ваших краях тоже?

— Угу. Только у наших рыцарей когда-то были в моде шлемы в виде железных ведер с рожками, — бесстыдно соврала Кассандра. Не то, чтобы совсем соврала, она знать не знала, что там бывало в моде у рыцарей, но в кино видела нечто в этом роде и очень веселилась.

— А рога зачем? — опешил доблестный воин.

— Для реализма, наверное. Мужики были без иллюзий…

Улица уперлась в просторную площадь, а по другую сторону площади над зеркальной гладью воды возвышалась громада замка. Похожий и одновременно не похожий на все, что Кассандре доводилось видеть прежде, королевский замок Алуа поразил ее сказочным великолепием и далеко не шуточной мощью. Старая Застава рядом с ним и в самом деле показалась бы убогим сараем. Жемчужно-серые зубчатые стены венчали массивные башни, в глубине, под надежной защитой, серебрились крыши королевского жилища и летели в небо высоченные острые шпили.