Руслан Тихонов - Убить бога

— Раз таково твое желание… Я не позволю тебе выпустить демона! — напрягшись как и раньше на тренировках с Нацу — на пределе всех сил Фуллбастер наполнил себя магией льда, заморозив все свои раны и предав крепость мускулам и костям. Вслед за этим в его руках также возник ледяной клинок.

Соперники сошлись на середине зала. Мечи высекали друг из друга крошки льда, но зазубрин не оставалось — мечи наращивали свою плотность снова и снова. Грей был сильнее и техничнее, в то время как Леон — быстрее и напористей. Опыт и упрямство не давали противникам отступить. Каждый из них имел за спиной цель и веру в себя. Победитель мог быть только один, тот кто дождется ошибки врага, не совершив своей раньше. Опыт сказался и очередным ударом отведя меч Леона чуть дальше, чем тот рассчитывал, Грей смог ударить его ногой в живот. Напитанный магией удар оказался сокрушительным и теперь уже Бастия пытался сделать вдох, стоя на коленях перед победителем. Он победил меня? Как? Он же слабак! Трус! Не бывать этого! Я смогу!

Леон подскочил, сблизившись с Греем, вот только приготовившегося к очередной атаке мага встретил удар магией. Огромный ледяной дракон схватил его поперек туловища, приподнял над полом и сдавил в своих челюстях. От боли Грей чуть не потерял сознание. В попытках удержать давящие его ледяные глыбы в виде зубов, он создал ледяной покров. Передышка дала ему пару мгновения, за которые он смог создать на змеиной шее ледяной ошейник и взорвать его, отделив голову.

— Леон, ты совсем забыл о чести? А еще называешь себя защитником Ишвана? Магия во время поединка, чтобы сказали твои люди, если бы увидели это?

— Возможно, но у меня больше нет времени и желания возиться с тобой. Ритуал требуется поддерживать, а скоро стемнеет. Ты и так меня слишком сильно отвлек. Я смету тебя с пути и никто уже не узнает — как. Прости меня, Грей, но ты сам вынудил так поступить. — светловолосый маг направил на своего заклятого друга руку для завершающего удара.

Грей приготовился умереть. Он понимал, что у него не осталось сил. Он и себя-то в сознании поддерживает исключительно на упрямстве и магии, а уж чтобы отразить столь сильный удар, что на него собирается обрушить Леон…

— Ледяной зверь! — и действительно, перед Бастией возник зверь, напоминающий снежного льва из предгорий Ишвана, только больше раз этак в пять. Он рыкнул и бросился на лежащего Грея, чтобы… оказаться рассеченным мечом.

— Эльза? К-как ты…

— Этот карлик сбежал. Он оказался хорош, но не достаточно.

— Еще одна Фея? Что же, покончу с вами разом! — выставив обе руки Леон создал трех ледяных драконов, которые набросились на стоящую девушку, прикрывающую напарника. До последнего момента она не двигалась, а лишь хмуро смотрела на оживши лед, что вот-вот должен был ее убить. Когда Леон уже предвкушал победу, его тварюшки просто развалились. Как?! Как она смогла? Я даже не заметил удара…

— И это все, что ты можешь? Пожалуй, теперь моя очередь. — Эльза создала пламя вокруг меча и одним махом выплеснула его перед собой в виде огненного серпа. Леон прикрылся ледяным куполом, но ошибся, сократив себе обзор. Тем временем девушка незамечаемая противником подлетела к потолку и обрушила на укрывшегося мага целый каскад огненных шаров. Лед не выдержал силы крушащей его магии и разлетелся на куски. Бастия выжил лишь чудом, но вот до конца спастись не смог — его плащ и ноги подпалило.

— Чертова девка, ты за это заплатишь! — сбросив поврежденную одежду, ярился беловолосый. В душе же его царил испуг. Эта девушка со своей огненной магией была сильнее его, а ее скорость? Он не успевал углядеть все ее движения. Теперь еще и нога жжется. Прихрамывая, Леон попытался выйти из-под очередного удара, но смог лишь снова отделаться поверхностными повреждениями.

— Мне продолжить, темный маг? Или ты сдашься и дашь своим псам команду отступить? — фраза, сказанная равнодушным тоном, прозвучала прямо над ухом самозванного Рейтея. Он медленно обернулся, чтобы встретиться взглядом со страшными пустыми глазами этого демона в теле милой девушки. Сейчас ему казалось, что даже Делиора не был так страшен, как она. Лезвие ее меча слегка оцарапало его шею, заставив отшатнуться и удариться головой о пол. — Ну?!

— Я… я… — Леон не успел закончить фразу, так как в этот момент все здание задрожало, и по нему пронесся зловещий гул. Не может быть. Еще слишком рано! — Нет!

— Что это такое? Говори!

— Делиора. Еще слишком рано. Не должно было… — заплетающимся от паники голосом попытался объяснить все Леон. В его голове все смешалось и связная речь не смогла пробиться сквозь бушующий океан мыслей, где одна была страшнее другой.

— Черт. Лежите тут оба и не вставайте. Займусь вами после… — и Эльза рванула из зала по направлению к заточенному демону.

— Эльза… я тебя не оставлю… — Грей смог приподняться и двинуться за девушкой, опираясь на стену и придерживая болящие ребра.

— Это я… я должен был его повергнуть… я не уступлю! — здравостью пришедшая на ум Леона идея не отличалась, но в таком состоянии это было и не удивительно. Все его планы рушились. Цель всей его жизни грозила уплыть из-под носа. Он не мог этого допустить, ведь тогда и вся его жизнь была напрасной. Вся его боль, горечь утрат и страдания. Он этого не допустит. Собрав все свое мужество и силы, Бастия двинулся вслед ушедшим вперед противникам.

Нацу продвигался вперед, подбрасывая себя время от времени на реактивном пламени из ног. Он чувствовал небольшую усталость после прошлого боя, но чувства к друзьям заставляли его внутренний огонь разгораться сильнее и яростней, продолжая прокладывать дорогу к бою Люси. Нацу беспокоился за девушку и желал только одного — чтобы она продержалась до его прихода.

«Она сильная, она сможет.» — продолжал он уговаривать себя. К тому же было затихшие шумы вновь возобновились, значит девушка еще сражается. Когда он был уже рядом, впереди из зарослей раздался топот, как-будто кто-то рвался к нему. Приготовившись к битве с новым врагом, юноша никак не ожидал, что на него выскочат две девушки. Все чумазые, в грязных нарядах и с безобразными ранами. Они безостановочно плакали и что-то бормотали. От неожиданности Нацу и не подумал уклоняться, в результате чего посреди прогалины образовалась куча мала.