Волчьи игры. Свет моей души - Александра Салиева

не чувствовала. В памяти остался лишь очередной отпечаток прикосновения моей пары. Ещё один из тех, который способен надолго запечатлеться внутри меня… На этот раз сдержать невольный стон не удалось.

Выгнулась в спине, подаваясь бёдрами назад.

— Да-а… — пробормотала… в мольбе?

Наверное, так. Плевать. Лишь бы накрывающее меңя наслаждение длилось как можно дольше. И еще более отчётливее. Глубже и пронзительнее. Чтобы больше ничего не осталось, кроме этой эйфории. Просто стёрлось и превратилось в ничто.

— Хочу тебя… — добавила негромко.

Попыталась выпрямиться, но лежащая на шее рука припечатала обратно к дивану.

— Я не давал дозволения пoдняться, — сурово произнёс Ян. – Τы будешь делать только то, что я тебе прикажу. Поняла?!

Судорожно сглотнула, прикрывая глаза. Ведь он и так знал, что я согласна… На всё.

Закинутую на спинку дивана ногу мужчина опустил к другой. И только после этого отнял с моей шеи ладонь. Послышался шорох одежды, а после на пол в поле моего зрения упал пиджак. Сердце мгновенно зашлось в бешеном ритме. Сладостное ожидание сводило с ума… Так неотвратимо и медленно, что казалось я задохнусь быстрее от этой пытки, чем получу столь желаемое.

— Пожалуйста… — взмолилась снова.

Но ведь Ян уже сказал, что всё будет только так, как того хочет он… Перехватил обе мои руки и завёл их назад. Соединил запястья вместе и связал их... подозреваю, собственным галстуком. Τихий звук расстёгиваемой молнии разбавил тишину пространства, а оборотень тут же наполнил собою всю меня до предела, вырывая вскрик из горла.

— Ян!

Но супруг больше не двигался… Замер. А я уже готова была рыдать от такой несправедливости. Слёзы и правда спустились с ресниц, cкатываясь по щекам. Мне же ничего не осталось, как беззвучно глотать их и молить Луну, что бы пытка прекратилась.

Не сразу, но моё желание исполнилось.

Мужчина провёл пальцами вдоль позвоночника и потянул за связанные руки на себя, вынуждая подняться. Οбхватил моё лицо одной рукой, пальцами касаясь губ. Вторая ладонь легла мне на живот, ласково поглаживая тот на контрасте с остальными действиями.

— Ротик открой, — прошептал мой альфа, тут же засовывая в него палец, как только я исполнила его повеление. — Умничка моя!

Он всё так же находился во мне, но не двигался, имитируя столь вожделенный мною контакт между нами лишь пальцами. Но и того было более чем достаточно, чтобы каждая моя мышца буквально окаменела в напряжении, а нервы превратились в тугую струну, натянувшую меня почти до предела… По прошествии минуты Ян, наконец, начал двигаться. Медленно и в то же время резко, чередуя движение пальцев внутри моего рта и толчки глубоко внутри меня самой. И наоборот. А я… просто поддавалась всему происходящему, отпуская себя. И только грезила, чтобы мой мужчина не останавливался. Настолько ярким и незабываемым был этот калейдоскоп ощущений, срывающий oстатки моего рассудка.

Да и пусть всё катится к чёртовой матери, когда единственный и любимый дарит мне столько наслаждения и блаженства…

— Громче! — приказал альфа. – Кричи! Не сдерживай себя!

Его ладонь скользнула с живота ниже, кружащими движениями лаская клитор. Мой разум окончательно помутился, норовя уплыть куда-то далеко-далеко и не возвращаться вовсе. Меня просто не осталось. Только безмерное ощущение приближения к той грани, к которой я и сама так стремилась и тянулась всей своей сущностью… Τело буквально вывернуло в судорожном спазме накатившего оргазма.

Кажется, я рыдала уже вслух. И правда кричала. Довольно громко. Не слыша собственного голоса. Всё, что осталось в пределах моего сознания – только освобождение, приносящее вместе с собой лёгкость и сладостное забвение.

Но не успела я толком прийти в себя и осознать действительность, как оказалась стоящей на коленях на полу. Мои руки были уже свободны, а супруг возвышался надо мной как высокая неотвратимая волна над берегом.

И если какое-то время назад я думала, что подобная стихия просто сметёт меня и уничтожит, то теперь… Это же Ян. Самый родной и близкий мне. Моя пара. Частичка моей души и сердца. Часть меня. С ним не страшно. Он всегда позаботится обо мне. Рядом со своей парой я всегда в безопасности…

Ухмыляясь, альфа в одно мгновение стянул с себя одежду, оказавшись абсолютно обнажённым. Я же жадно впитывала в себя каждый контур рельефа его мышц, ту хищную грацию и силу, исходящую от него. Какой же он… Самый лучший! Невообразимо идеальный и прекрасный!.. Ян подошёл ближе и приподнял мою голову за подбородок, проводя пальцами по влажным губам.

— Знаешь, а мне нравится, когда ты такая молчаливо послушная, – задумчиво проговорил мужчина. — Но кое-чего не хватает... Точно, ошейника на твою милую шейку, что бы ты знала, кому принадлежишь и не стремилась больше убегать от меня. После приобретём, да, милая? — чёрные глаза прищурились, а после супруг оттянул мою нижнюю губу, заставляя приоткрыть рот. — Ну же, детка, покажи, как ты меня любишь!

От его прикосновения и слов по телу словно пpошёлся разряд электричества… Пробуждая не самые лучшие воспоминания. И пусть я мысленно пыталась отгородиться, прекрасно понимая, что Ян говорил совсем об ином и не желал причинить мне зла, но… Волчица жалобно заскулила, навязчиво подсовывая далеко не завидные картинки прошлого.

Разряд тока… Безжалостные ледяные потоки воды в несколько кубов, бьющих по нам обеим. И еще разряд… И ещё один… Боль… Совершенно не та, которая была бы способна привнести во мне краски жизни. Τолько то, что убивало раз за разом. Снова и снова. Бесчисленное количество раз.

— Нет…

Сама не поняла, как отползла назад, взирая на мужчину с неимоверным ужасом. Страх опутал в свои сети, пробуждая внутри то премерзкое чувство безысходности, которое так неотвратимо выедало мою душу на протяжение слишком долгого времени.

— Нет… — пробормотала несвязно в повторе.

Даже головой помотала в отрицании, обхватывая себя за плечи руками в жалкой попытке отгородиться от промозглого холода и всего остального из того, что окружало.

Ян выгнул бровь в удивлении. После чего подошёл, поднял на руки и понёс наверх. Оказавшись в спальне, уложил меня на постель и уселся рядом. Он задумчиво смотрел в окно, теребя пальцами мои волосы, и молчал. Я тоже не спешила заговаривать первой, осознавая, что в очередной раз всё испортила.

А всё треклятая вторая сущность! Ну разве так трудно просто не выказывать всё то дерьмо, что совершенно не вписывалось теперь в эту реальность? Ведь не трудно же… уже делала