Павел Кошовец - Три удара колокола

- Что ты хочешь? - безжизненно произнёс тот. - И кто ты?

- Неважно, кто я, - Ройчи отрицательно и твёрдо покачал головой. - Важно, кто ты. Рассказывай всё, что знаешь и... - замер на удар сердца, внимательно вглядываясь в лежащего, - если меня это устроит, у тебя может появиться надежда. Ты уж постарайся, - словно попросил наёмник.

Листочек, напрягавший до сего момента свои чувствительные уши, решительно подошёл к говорившим. Уже ни запах, ни аура страдания не мешали - любопытство - очень серьёзный стимул для переступания неких границ.

Пленный как-то вдруг ещё более осунулся, сглотнул с трудом, и Ройчи поспешил ещё влить ему воды и, прикрыв глаза, начал ровным запинающимся голосом:

- Я - Дамир ДиОдори, егерь - сержант второго корпуса третьего пехотного полка Восточного предела, вотчины светлейшей семьи РоАйци, контролирующего часть границы с Брежией... Около месяца назад за подписью старого графа пришло распоряжение выделить полку сотню егерей, не задействованных непосредственно в патрулировании. И мы, недавно вышедшие из рейда были переброшены в лесной лагерь южнее Бристона, где нас встретили такие же, как мы, солдаты предела из других подразделений. Незнакомые люди зачитали указ лорда и провели инструктаж, согласно которому выходило, что королевство в опасности, в том числе король Элий Четвёртый Великолепный, - тут пленный скривил губы в подобии улыбки, - и для усиления и поддержания порядка мы скрытно, дабы не потревожить предателей, выдвигаемся к столице. Естественно, это всё было очень секретно. Передвигались мы в сопровождении кавалерийского полка, который следил не столько за тем, чтобы нас обнаружили, сколько, чтобы мы не разбрелись - один боец из гарнизонных пикинеров отстал из-за юбки, так был жуткий скандал, чуть не вздёрнули беднягу, но побоялись возмущения. Избегая оживлённые тракты и населённые пункты неделю назад мы добрались до столицы и заселили опустевшие казармы частей, которые РоДизайши вывел в путь на Вербар. Там уже нас ждали... другие "грифоны". Вроде как лёгкая пехота и элитные латники. Но... странно так: хоть и поселены были отдельно, но и сами не изъявляли желания пообщаться с земляками - какие-то они затянутые были своими командирами... Я, кстати, хотел поискать деверя своего или привет хотя бы передать - он в гвардии графа этим же латником служит, так меня завернули на первом же посту - мол, секретность, и всё такое... А потом наступил день, когда нас подняли по тревоге, и мы вошли в город: сотни разбросали по всей столице, а я в составе своей попал во дворец, где нам и сообщили о предательстве гвардейцев и убийстве короля... И началась потеха с "чайками". Не помню даже, кто первый начал, так как никто из наших не хотел да и не был готов схватиться с королевскими гвардейцами и стражниками! Они же такие, как мы!.. Но пустили первую кровь и понеслось... Выбили почти всех - в плен не сдавались, а мы и не брали... Парни, озлобленные потерей товарищей стали щипать некоторых аристократок, вроде как несогласных с нашими действиями... И тут доносят весть о предательстве наследной принцессы и вознаграждении в случае её обнаружения и поимки... Внезапно появились якобы союзники из подчинения РоШакли, стали оттирать с ключевых постов... А после и вовсе подло ударили в спину... вместе с теми... ряжеными драконами! - он зло выплюнул последние слова. - Это, - кивок в сторону лежащих товарищей, как обратил внимание Листочек, прислушивавшихся к рассказу, - остатки нашей сотни, - закончил горько. - Да и то оставили только для того, чтобы было кого с позором публично казнить... - голос его затих.

Наступила тишина, в которой каждый думал о своём. Но направление мыслей всё равно вряд ли отличалось разнообразием: о предательстве, несправедливости, подлости и коварстве, свободно поселившихся в самых верхних властных эшелонах. И простых солдатах, которые ценой своих жизней оплачивают амбиции и властолюбие благородных драконов.

Листочек тоже проникся рассказом. Не сказать, что он его особенно удивил, но поучительность была несомненна. Он поймал внимательный взгляд Ройчи.

- Целительский амулет у тебя с собой?

Эльф помедлил удар сердца.

- Не полон, - виновато пожал плечами. - На Оливию чуть потратил.

- А, - с пониманием протянул Ройчи, - подлечил, значит, свою красавицу... Ничего, оставляй его и возвращайся. Скажешь, что я буду вовремя. Поведаешь о том, что видел на этой стороне - мол, странно спокойно. Про егерей только не говори.

Листочек удивился, но согласно кивнул, пристально посмотрел в глаза товарищу: ты знаешь, что делаешь, проверил одежду, амуницию, махнул рукой.

- Поосторожней тут, а то нагрянет какой-нибудь залётный патруль, а ты тут... - покрутил рукой, - бока отсиживаешь.

- Не волнуйся, - улыбнулся Ройчи, - как-нибудь разберусь. Если что, разговорю их - ты же не сомневаешься в возможностях моего языка?

Эльф укоризненно покачал головой. Он уже понял, что человек что-то задумал. Как всегда действует по наитию. И переубедить его нет никакой возможности.

- Ты главное не опоздай, когда мы будем покидать это чудное место. А то что-то нет никакого здоровья возвращаться и искать тебя здесь.

- Это кто кого ещё искал? - притворно возмутился Ройчи. - Иди уже, высокорождённый, не отвлекай меня от грандиозных планов.

Листочек улыбнулся, развернулся и направился к выходу.

* * *

Глава 6.

Лидия.

Воздух был одуряюще свеж, прохладный ветерок совсем не ласково касался лица, и принцесса ёжилась, кутаясь в плащ, который, впрочем, давал иллюзорную защиту от внутреннего напряжения и озноба. Вот-вот всё должно было решиться. Казалось, что складывается всё благополучно, но на душе, как говорится, кошки скребли. Чересчур тихо. И эльф из наёмников донёс ей свои сомнения, которые, впрочем, тоже были всего лишь словами без конкретных фактов, поэтому... И напарник его пока не объявился. Но по этому поводу Лидия уже не испытывала беспокойства - она поняла каким-то внутренним чутьём, что наёмники, волею прихотливой судьбы оказавшиеся во дворце в такое трагическое для королевства время, и чей путь пересёкся с её, не предадут в силу каких-то неясных пока ей причин - может просто без всяких высоких слов приняли её сторону и... в спину не ударят. Это точно. Потом она наконец-то вспомнила о своём Даре королевского рода и прислушался к ним, когда они были заняты очередной пикировкой друг с другом, словно блохастые дворняги, избавляющиеся на товарища парочкой насекомых. Кто его знает? Может им действительно начхать на жизни, и острота ситуации, виденная с её, Лидии, ракурса, для них всего лишь сильно разбавленное вино, от которого не то что захмелеть, но и руки ополоснуть по локоть маловато будет.