Елена Лирмант - В поисках Белого города

- Старший, - тихо позвал я, - здесь гырхи.

Жрец вздрогнул, оглянулся, и тихо сказал: - Быстро уходим.

И попятившись назад, стал обходить рощу. За ним тронулись и остальные. Только я не успел тронуться с места, услышав жалобный вой, я резко повернулся и пошёл в ту сторону.

- Коста, - закричал Старший, - не смей! Это территория гырхов. Нам сюда нельзя!

Но я только махнул рукой. Пройдя рощу, продрался через кусты и очутился на поляне, где лежала стая гырхов. Самцы тут же вскочили на ноги, и их клыки 'дружелюбно' приветствовали меня. Мне навстречу вышел взрослый самец и преградил дорогу. Я тут же сел напротив него, и представил, что как какой-то малыш плачет. Глаза самца выразили удивление. И он отошёл в сторону. Я приблизился к самке, которая сидела, наклонив голову над визжавшим малышом. Подойдя к ней, я ласково, отодвинул ее морду, и посмотрел на малыша. Его передняя лапка была опухшая, вымазанная зеленной засохшей пеной. Было видно, что они пытались его лечить.

- Старший, - крикнул я, - подойди, будь добр!

На поляну вышел Старший, за ним все остальные. Гырхи ощетинились. -

-Сядьте и не шевелитесь, - приказал я, - а ты не бойся, иди сюда.

Жрец осторожно приблизился, сопровождаемый взрослым самцом. Рассмотрел малыша: - Внутри заноза, она воспалилась - вынес он решение.

- Помоги ему, - попросил я . - Ему больно.

- А если они набросятся на меня? - как-то неуверенно спросил он.

- Я попрошу, чтобы не трогали тебя, - и поймал глаза самки. - Он поможет, - сказал я с расстановкой. - Он умеет лечить, - и представил себе седого гырха, у которого изо рта капала зеленая пена.

Мать малыша немного отодвинулась, предоставив место около своего чада Старшему. Но нас окружили молодые самцы. Они стояли в стойке, готовые к нападению, их когти врезались в землю.

Но жрец, на свое счастье, не видел этого. Он был весь поглощен малышом. Вынув из своих многочисленных карманов, какие-то пузырьки, и тонкий ножик, похожий на скальпель, только более длинный и совсем узкий. Он с осторожностью взял лапку малыша и стал над ней колдовать. Малыш на мое удивление не сопротивлялся, лежа на боку, он тяжело дышал, высунув язычок. Продолжалось это около десяти минут. Наконец, мой новоявленный ветеринар выпрямился:

- Все, теперь ему ничего не угрожает.

Что он делал, я не видел, так как его затылок закрывал все обозрение. Но когда перед глазами снова возник маленький гырх, я с изумлением обнаружил, что опухоль спала, и ранка чем-то заклеена черным. Щенок поднялся на ноги и рявкнул. Гырхи, что стояли сзади нас, отошли и легли в сторонке.

Я поискал глазами самца, и кивнул, мол, все кончено! Он подошёл ко мне, обнюхал больного и заурчал. Мы со Старшим поднялись на ноги, и направились к своим испуганным спутникам, которые сидели в окружении лениво лежащих представителей стаи. И вдруг что-то случилось. Вся стая поднялась на ноги. Самки с детенышами сгрудились в середине поляны, самцы встали в стойку вокруг них, и замерли. И тут с противоположной стороны поляны появились чудовищного вида огромные животные. Они шли медленно, тихо, и их маленькие поросячьи глазки смотрели на нас. Они совсем не обращали внимания на гырхов, будто их нет. Старший самец, встал перед ними, его короткая грива поднялась дыбом, он зарычал. Звери остановились, и что-то рыкнули в ответ. Я наклонился, выхватил меч у Младшего, побежал к самцу и встал около него, готовый к бою. Но то, что случилось, предвидеть не мог. Сзади этих тварей, мелькнули черные гибкие тела. Они вскочили на спины этих мерзких животных и тут же спрыгнули обратно. А звери закачались и упали. Все! Битва была кончена. От неожиданности я сел на землю. Повернулся к самцу и кивнул головой: - Спасибо!

Его голова качнулась в ответ: - Пожалуйста.

И тут мне в голову пришла нелепая мысль. Я стал перед ним на колени, и вспомнил, как снимал чёрные плоды для Дана. Самец не сводил с меня глаз. Потом повернулся ко мне спиной и пошёл к роще. Я за ним. Мои спутники ошалело смотрели на меня, как на покойника, восставшего из гроба.

- Пошли за мной, - тихо проговорил я, - мне нужна ваша помощь. Будете рвать плоды, и складывать в кучу, рвите самые чёрные, как я понимаю, они наиболее спелые.

Впятером за совсем короткое время мы сложили огромную груду ягодок, а потом отошли в сторону и сели. Гырхи сидели по периметру и не сводили с нас глаз. Щенки в нетерпении радостно повизгивали. Но от самок не отходили, а только суетливо бегали вокруг их передних лап. Старший самец, оценивающе обнюхал нашу горку, потом передней лапой подкатил к нам три плода. Я сказал: - Спасибо! - взял их запихнул один к себе в мешок, два других протянул Среднему и Старшему. Они неуверенно тоже спрятали их.

- А вот теперь идем отсюда, и как можно быстрее, они будут пировать. Но при нас стесняются, - усмехнулся я, и пошёл прочь. За мной потянулись остальные. И только мы скрылись из виду, я услышал знакомое: - Гы-ы-ы-ырх, га-а-а-арх, - и радостную возню и сытое урчание.

Мы шли некоторое время, молча. Вдруг Средний подбежал ко мне и тряхнул меня за плечи:

- Коста, ты - ненормальный мидгардец! Ты показал нам чудо! Ты понимаешь, дурацкая твоя голова, что ты наделал?

- Да, ну, тебя! - отмахнулся я. - Я же говорил, они нормальные разумные ребята.

- Кому говорил? - спросил он.

- Там на совете, Старший слышал.

- Мало ли что он слышал. Он же ничего не расскажет. Белый жрец одним словом. Нам расскажешь?

- А маленькие гырхи такие смешные, - засмеялась Принцесса. - Они как дети, честное слово! Я впервые их видела!

- А я испугался, - признался Младший, - особенно, когда ты выхватил мой меч, один из гырхов кинулся за тобой, я думал, он кинется на тебя. А он только сзади встал.

И весь остальной путь до вечера, они только и обсуждали происшествие. Вспоминая подробности поведения гырхов. И только Старший молчал. Он шел, нахохлившись, как большая птица, втянув голову в плечи. Не оборачиваясь на нас, да, и как мне показалось, не прислушиваясь к щебетанию молодежи. И когда мы расположились на дереве. Я не вытерпел:

- Старший, говори, а то лопнешь от своих дум.

- Ты нарушаешь все наши традиции, - нервно произнес он, остальные затихли и устремили на нас глаза. - И получается, что ты оказываешься прав! Мы на своей планете. А я чувствую, что оказался в другом мире.

- Все очень просто, - пожал я плечами, - вы, как ты сказал, пятьсот лет живете скучено. Не вылезая со своей территории. Что такое традиции? Это опыт позволяющий выжить в данной обстановке, если я правильно понимаю это выражение. А сейчас вы вышли со своей территории. Вы не были здесь несколько столетий. Что произошло - не знаю. Вполне возможно какая-то мутация животных. И вы даже не знаете, что это за звери. Мне в данной ситуации легче. Вся моя жизнь выживание, и здесь мой опыт просто более естественен. Я ответил на твой вопрос?