Алексей Зубко - Специальный агент преисподней

– Обоснование? – требует Фемида.

– Доведение беса Армона – служащего господина Ваала – до состояния нервного срыва и последовавшего за ним развоплощения.

– Обстоятельства?

Встает представитель Ваала. Откашлявшись, он начинает рассказывать:

– Семнадцатого числа сего месяца этого года служащий Армон, вскрыв полученное письмо, обнаружил в нем заполненный Договор на куплю-продажу души. Привлеченные его криком сотрудники застали его в состоянии частичного окаменения. Спустя несколько мгновений от него осталась лишь горстка пыли.

– Не вижу взаимосвязи между двумя этими событиями.

– Позвольте предъявить улику?

– Что это?

– Договор..

– Тот самый?

– Так точно.

– Предъявите,- разрешает судья и склоняется над поданной ей бумагой.- И что? Обычный договор.

– Переверните. С обратной стороны.

– Ох, не хр… Храни нас сила небесная.

Убрав договор в папку, представитель возвращается на свое место.

– Объявляй,- кивает глашатаю Фемида, жестом вернув защитника обвиняемого на место. Тот и не спорил, заранее зная бесполезность пререканий с Фемидой.

– Встать! Оглашается приговор.

Подняв зажатые в руке весы, судья тем самым демонстрирует собравшимся бесспорную виновность обвиняемого.

Как она это делает?

Смерть, незримо присутствующая в зале, сделала в блокноте соответствующую пометку и, потихоньку срисовав с вложенной в дело анкеты подсудимого адрес, направила по нему одного из своих клонов, или Вестников, как принято называть их в народе.

– Второе дело,- объявляет глашатай.- Требование Сатаны о наказании виновных в проведении на суверенной территории ада военной операции ангелами-истребителями, о наказании отступников Асмодея и Лами-иры, а также о выплате компенсации за чей угодно счет.

– Почему я не вижу дел обвиняемых?

– Ваша Справедливость, тут такое дело,- мнется секретарь.- В общем… как бы это сказать… их того…

– Что? Позвать ответственного архивариуса!

– Может, не нужно?

– Немедленно!

Обреченно вздохнув, секретарь машет рукой. Он сделал все от него зависящее…

Раскрылась дверь, и в зал ввели двух служителей архива. Это обычная практика – компоновать группу из представителей противоположных лагерей. Но в таком виде они еще никогда не представали пред очи честного суда. Изодранные одеяния, свернутые набок рога и нимб, завязанный узлом хвост и ощипанные крылья, светящиеся фонари под глазами, а в руках скомканные листки бумаги и шнур с раздавленным LPТ-портом.

– Что это значит?! – грозно спрашивает Фемида.

– Это все из-за него.- Черт тычет пальцем в ухо ангелу.

– Нет, ты! – не остается тот в долгу, воткнув растопыренную «козой» пятерню словно в специально для этого выросший пятак рыла.

– Прекратите!!! Что произошло?

– Затребованные дела не соответствуют новым стандартам. Это его вина,- в один голос отвечают ангел и черт.

– Что значит не соответствуют?

– Они как бы существуют…

– Но вроде бы и нет.

– Ничего не понимаю,- задумчиво произносит Фемида, опустив весы и подняв повязку на лоб.

– Ангела со странным именем Эй не существует вовсе- это раз,- перебивая друг друга, загалдели архивариусы.- Два – суккуба Ламиира не может отвечать за действия, осуществленные под непосредственным контролем Асмодея, поскольку он официально являлся ее князем. Сам же Асмодей не может быть обвинен в чем-либо в связи с тем, что, являясь как бы демоном, он не является таковым по происхождению и внесен в списки ошибочно, без долженствующей проверки. А сейчас вносить поздно.

– Ну-ну… – опустив на глаза повязку, тянет Фемида.

– Можно бы оформить задним числом,- частит черт-архивариус,-да…

– Здесь два «но».- Расправив на колене несколько справок, ангел тычет в них пальцем.- Во-первых, Сатана сам отстранил его от занимаемой должности, что автоматически лишает адской прописки. А во-вторых, поместить Асмодея…

– Леля… – поправляет черт.

– …в списки сейчас невозможно.

– Это почему?

– Он единорогом сделался,- бурчит черт.

– А они сами по себе…

– Говорил тебе, проверь! – Черт машет перед носом ангела зажатыми в руке распечатками.

– Ты говорил? Это я тебе…

Бабах в нос. Ответный хук в челюсть. Хвать зубами за ухо.

– Можете идти,- говорит судья.

Не сумев разнять сцепившихся архивариусов, их так и выводят из зала в виде некоего четвероногого существа.

Взяв со стола иск, Фемида высморкалась в него и бросила в мусорное ведро.

– Суд прекращает свою работу,- объявила она.

– А иск? -заикнулся посланник Сатаны.

– Какой иск? – удивилась судья, укладывая весы в кейс.

Но Сатана…

– Пускай заходит, когда освободится.- Фемида направилась к выходу.

– Встать! – выкрикнул глашатай.- Судья идет.

Очень быстро опустело здание, все разошлись по своим делам. Лишь архивариусы – черт и ангел продолжали в курилке извечную битву добра и зла на персональном уровне.

Сердобольная бабушка-уборщица из неприкаянных посмотрела на них, поохала и пошла ставить чайник. Как умаются, сердешные, будет отпаивать чаями. С малиновым вареньем.

ГЛАВА 33 Княжеские капризы

Слухи о моей смерти несколько преувеличены.

Цок-цок. Выйдя на крыльцо, я окинул хозяйским взором раскинувшееся пред моими очами поместье. Свадебный подарок от Владимира Красное Солнышко. Географическое месторасположение подарка этого (как выразился Добрыня – у черта на куличках), как мне кажется, обусловлено событиями, происшедшими во время нашего знакомства с владыкой.

А ведь какие радужные перспективы виделись вначале!

Благополучно выбравшись из портала, мы оказались в храме, где в это самое время отец Дормидонт Ополи-нариевич служил службу, на которой присутствовали Владимир – князь стольнокиевский, его сестра Апрак-сия и племянница Забава Путятична.

– Ой, какая лошадка! – всплеснула руками круглолицая девица, если верить имени, то очень и очень богатая на выдумку.- Я себе такую хочу.

– А ну не тронь его! – в один голос проговорили мои подруги, преграждая ей путь.

Дон Кихот, поскользнувшись на гладком камне в стремительном рывке к княгине, падающей в обморок (возможно, вызванный нашим неожиданным появлением), с грохотом растянулся рядом.

– Гав! – неуверенно заявил Пушок, растерявшись от стремительной смены декораций.

Осторожнее.- Добрыня поспешил на помощь незадачливому идальго и княгине Апраксин.