Олег Рыбаченко - Хочу жить вечно

— Верховным главнокомандующим войск повстанцев будет Сулейман, а также его помощники! — она ткнула пальцем в Зерома.

Я же буду сражаться в его рядах.

Сулейман удивил всех. Припав на одно колено, он произнес:

— Я буду командовать войском, пока не посажу на престол законную принцессу Пай-пай!

Рабы это приняли приветственным воем. Вверх полетели комья земли. Сулейман опустил руку.

— Ну, а пока повинуйтесь мне беспрекословно!

Повстанцы опять закричали:

— Веди нас!

Зерому и его товарищам прибавилось работы. Армия выросла до тридцати тысяч, а оружия всем не хватало. Поэтому решено было, захваченное в бою разделить между самыми сильными рабами. Остальные выламывали себе дубинки, делали луки, затачивали колья. Трофейные муравьи — их было примерно пятьсот, достались лучшим воинам. В ангаре нашлось также два десятка комаров, три стрекозы и примерно сотня собак. Новобранцы, особенно мужчины, были сильными и выносливыми, но, как правило, плохо обученными. Их приходилось тренировать на ходу. Так как опытных бойцов не хватало, Зером предложил разгромить школу гладиаторов в Цкакуе. Это могло дать существенное пополнение. Гурт поддержал подобную инициативу, он хорошо знал все подступы, сам учился там.

— Вы сильные парни, из вас получились бы неплохие бойцы. Может даже вы стали бы королями кровавой арены.

— Нас это не привлекает, — возразил Зером. — Надо разделить армию на полки, каждый со своим названием.

Так как новая армия была революционной, он предложил назвать ее красной.

— Под цвет крови. Это оригинально!

Султан выразил свое одобрение:

— Пусть внушает всем страх. Красный цвет самый агрессивный, это цвет огня и крови!

Слев возразил:

— Страх должны внушать наши победы, а не название.

Артур, наоборот, горячо поддержал:

— Черный цвет чересчур мрачно, белый символ капитуляции, желтый измены, голубой извращение. Поэтому самый лучший это красный.

Названия полков подбирать было труднее. Зером хотел, было, представить названия: имени Разина, Пугачева, Сталина.

Однако Сулейман возразил:

— Их никто в этом мире не знает! Это твои герои. Лучше просто пронумеруем их. А в будущем будем называть их именами командиров наиболее отличившимся в боях!

Зером согласился, остальные тоже не возражали. Один из полков возглавила принцесса Пай-пай.

После краткой реорганизации, громадная армия выступила в поход. От их движения поднималась столбом пыль. Они вышли на центральную дорогу. Небольшой отряд бойцов султаната, человек пятьсот, попался им на пути. Его тут же окружили, частично перебив, частично взяв в плен. Многие повстанцы впервые окровавили мечи. К вечеру они подошли к небольшому селению. Большой мраморный дворец возвышался на холме. Он принадлежал одному из князей. Его окружали рощи из странных деревьев, причудливо искривленных и в завитушках листьев. Некоторые из них напоминали оливки и кипарисы. Сотни рабов, некоторые в цепях, другие связанные веревками, трудились на полях.

— Взять штурмом, — скомандовал Сулейман.

Используя заранее приготовленные штурмовые лестницы, рабы ворвались в слабо защищенный замок, потеряв лишь полсотни человек. Первыми на стену забралась веселая тройка: Зером, Артур, Слев. Они яростно рубились. Хозяин замка упал на колени, его оглушили и связали.

— Возьмем выкуп или казним, — заявил Сулейман.

Дворец был так велик, что в нем и соседних домах заночевала вся армия. Перед этим был устроен смотр захваченной добычи. Большое количество золота, серебра, тканей, драгоценных камней было свалено в кучу и поделено поровну. В подвалах нашлись запасы копченых окороков, большие круги сыра и запечатанные кувшины старого вина. По утру к ним присоединилось около трех тысяч невольников, некоторые явились с топорами, косами, кузнечными молотами. Помимо прочего, были освобождены сидевшие в подземелье рабы. Зером, в сопровождении дрожащего от страха управляющего поместьем, спустился в подземную тюрьму. В сырых мрачных подвалах содержались не покорные или провинившиеся рабы. Кожа у многих, из-за отсутствия солнца посерела. Закованные в цепи, они вертели тяжелые жернова, тесали камни для фундаментов, выполняли непосильную работу.

Зером приказал разбить цепи и вывести их наружу. Ослепленные светом, они глупо щурились и бурно благодарили избавителей.

Помимо рабов, к повстанцам присоединилось большое количество формально свободных, но фактически забитых и униженных бедняков. В самом дворце удалось найти полторы тысячи мечей, пятьсот копий, две тысячи щитов плюс оружие, захваченное у защитников.

Сулейман не стал медлить и приказал продолжить движение. По пути им то и дело попадались богатые поместья, небольшие селения и раздробленные отряды. И всюду к ним присоединялись восставшие толпы. Армия быстро росла. Наконец они подошли к Цкакуе. Этот город был хорошо укреплен, высокие толстые стены, массивные башни, сильный гарнизон. Сулейман приказал остановиться. Слегка потемнело, стало не так душно, и Зерома пригласила к себе принцесса Пай-пай.

Девушка всю дорогу шагала пешком по горячим камням и по этому, с удовольствием окунула ноги в медный таз.

— Зером, я твоя законная королева. И это большая честь обслужить меня.

Парень не возражал. Ласковыми движениями он потер огрубевшие мозолистые ступни августейшей особы. Похоже, королева никогда не знала что такое обувь, насколько твердая как кость у нее была кожа. Зером напряженно тер мочалкой, стараясь отодрать вековую грязь. В конечном итоге его титанические усилия увенчались успехом. Отмытые от грязи пятки у принцессы стали розовыми, длинные пальцы были изящны, и он почувствовал в ней породу.

— Потри мне спину и сделай массаж. — Промурлыкала Пай-пай.

Зером склонился над ее широченной спиной. Если бы не крупные груди и пышные бедра, то принцессу можно было принять за мужчину, такая она большая и мускулистая. Крепкая спина вся в едва заметных шрамах, судя по всему, доставалось ей не мало.

— И давно ты в рабстве? — Вырвался невольный вопрос.

— С пяти лет. — Охотно ответила принцесса.

— И все это время тебя били?

— Они хотели меня унизить. Хотели, что бы я забыла, кто я есть, содержали меня как последнюю рабыню. Пороли довольно часто, но я выжила и выросла. Давай массируй.

Зером энергично разминал спину. Прикосновения мощного женского тела возбуждали.

— У тебя сильные руки. Будь ты хоть не много старше, я бы с удовольствием занялась с тобой любовь. А так ты для меня слишком молод.

— Я не ребенок. — Возразил Зером, — в прошлой жизни мне было за восемьдесят лет. И я много знаю.