Майте Карранса - Ледяная пустыня

Мне все стало ясно.

«Мы у Ледяной Королевы. В плену».

— Добро пожаловать! — приятным голосом произнесла голубоглазая дама. — Приглашаю вас в небольшое путешествие.

Перед нами возникли прекрасные ледяные сани. Не видя смысла отказываться от предложения могущественной одиоры, я с Дианой на руках села в них, и сани тронулись с места.

Поездка была чудесной. У меня захватывало дух, когда мы мчались по крутым туннелям, взлетали на ледяные мосты через подземные реки и проезжали сквозь украшенные сталактитами и сталагмитами изысканные гроты.

Казалось, нашей поездке по красотам подземного ледяного дворца не будет конца. Сердце замирало, а холодный ветер хлестал нас с Дианой по раскрасневшимся щекам. На крутых поворотах я крепко цеплялась в сани и визжала от восторга и страха, хотя и чувствовала, что мы ни в коем случае из них не выпадем. Я была в восторге, словно вернулась в детство и вновь каталась на захватывающих дух аттракционах. Я даже забыла, что мы с дочерью в плену у одной из самых могущественных одиор на земле.

Наконец ледяные сани остановились.

Перед нами предстала белоснежная, воздушная и прекрасная, как сама Арктика, всесильная Ледяная Королева. Она улыбалась и выглядела вполне безобидной.

Было заметно, что она уже не молода, но при этом прекрасна, как прекрасна может быть одиора, из-за рождения ребенка утратившая часть своей вечной молодости, и тщательно скрывающая свою природную жестокость.

У Ледяной Королевы были великолепные волосы, прекрасные голубые глаза, изящная длинная шея и безукоризненные манеры.

Своей близостью Ледяная Королева частично подавила мою волю, но лепетание Дианы у меня за плечом вернуло меня к жизни. Я решила не сдаваться. Вытащив нож, я выставила его перед собой и, не глядя одиоре в глаза, воскликнула:

— Не подходите! Я не отдам вам на растерзание своего ребенка!

Прекрасная дама удивленно подняла брови и рассмеялась.

— За кого ты меня принимаешь, Селена? Разве я похожа на людоедку?

Если бы я могла, я бы зажала уши, чтобы не слышать притворно ласкового голоса Ледяной Королевы. Одиоры вообще большие мастерицы заговаривать зубы. Это их обычная тактика — лестью усыпить бдительность жертвы и при первой же возможности ее умертвить.

— Имейте в виду, я буду защищать дочь до последней капли крови!

— Молодец! Кстати, я ее тоже неплохо защищала.

— Вы?

— Конечно. А кто защитил вас от нападений Баалаты? Ты забыла?

— О чем вы? О белухе? О мертвой инуитке?

— И не только. Баалата всеми силами старалась вселиться в твое тело, но едва ты вступила в мои владения, я всячески этому препятствовала. Скажи, разве во время странствий по Гренландии Баалата на тебя напала? Тебе не показалось странным, что она неожиданно оставила тебя в покое?

— Вы хотите сказать, что Баалата последовала за мной в Арктику?

— Естественно. Ради этого она и восстала из пепла. Для этого собралась с силами и стала вселяться в животных и в другие существа, лишенные воли. Но ты, Селена, нарушила все ее планы.

— Неужели?

Ледяная Королева прикоснулась ко мне на расстоянии своими холодными руками так, словно хотела понять, из какого теста я сделана, и произнесла:

— Ты очень сильна, Селена. И у тебя колоссальная воля к жизни. Поэтому ты спутала все мои планы, переиначив Пророчество на свой лад.

Услышав такое чудовищное обвинение, я задохнулась от возмущения.

— Ничего я не переиначивала. Это вы беззастенчиво использовали и меня, и Метрикселлу. Это вы сделали так, что мы влюбились в вашего сына, чтобы одна из нас зачала от него Избранницу.

Смех Ледяной Королевы разнесся по всем закоулкам ее прекрасных чертогов и, наверняка, был слышен даже в глубине бездонного подземного озера.

— Ты действительно так считаешь? Неужели Гуннар не сказал тебе правды?

Я не хотела ее слушать. Одиоры вообще имеют о правде весьма приблизительное представление. Они бесстыдно лгут своим жертвам, запутывают их, водят их за нос. Я сделала вид, будто внимаю Ледяной Королеве, но поклялась себе не верить ни единому ее слову. Впрочем, признаюсь, Белая Дама говорила очень доброжелательно и убедительно.

— Гуннар действительно выполнял мои распоряжения, — сказала она. — Я велела ему добиться любви Метрикселлы, которой предсказывали судьбу матери Избранницы, и беременной доставить ее ко мне. Но потом появилась ты, и мой сын меня ослушался. Несмотря на мои приказы, он отказался продолжать отношения с Метрикселлой из-за твоей настойчивости и твоей страсти. Потом Метрикселла погибла.

— Неправда! — воскликнула я.

— Не переживай, Селена, — как ни в чем не бывало продолжала Ледяная Королева, — я ни в чем тебя не обвиняю. Разве ты виновата, что любовь сильнее сыновнего долга? Гуннар не знал, кто ты на самом деле, и поэтому был с тобой счастлив. Все его неприятности начались с того момента, когда я сказала ему, что ты беременна, и ваша дочь будет Избранницей. Еще в Исландии он пытался отговорить тебя от поездки в мои владения. В Гренландии же, несмотря на мои настойчивые требования, мой сын отказался отдать тебя в мои руки и постоянно выдвигал все новые и новые условия, на которых я могла познакомиться с собственной внучкой.

Вспомнив, что Гуннар действительно отговаривал меня ехать с ним в Гренландию, я чуть не поверила Ледяной Королеве, но тут же взяла себя в руки. Наверняка он настаивал на том, чтобы я вернулась домой, лишь для того, чтобы я слепо ему доверилась и безропотно позволила отвести себя на заклание в ледяной чертог, где меня поджидала его коварная и бессердечная мать-одиора.

— А Гуннар действительно считает, что мы с дочкой погибли?

— Бедный, бедный Гуннар! — вздохнула Ледяная Королева. — Оправившись от ран, он думал только о том, как бы отомстить медведице за вашу гибель.

— Но ведь вы же знали, что медведица нас не тронула! Почему же вы ему об этом не сказали?

— Пусть лучше ничего не знает. Его безумная любовь к тебе меня слегка раздражает.

Нельзя сказать, чтобы жестокость Ледяной Королевы к собственному сыну произвела на меня благоприятное впечатление, но в этот момент мать Гуннара ласково улыбнулась Диане, а та заулыбалась ей в ответ и стала тянуть к ней ручки.

Разумеется, я не подпустила ее к одиоре.

— Не трогай ее! — крикнула я Ледяной Королеве.

Она явно обиделась и, нахмурившись, сказала:

— Ты не имеешь права запрещать бабушке приласкать свою внучку, Селена. Между прочим, я не так уж мало для нее делаю. Без меня она не проживет и часа.

— Отойди! — не желая ничего слушать, в ярости воскликнула я.