Тая Ханами - Дракон по имени Малыш

Я поспешно оглянулась.

В моем любимом кресле сидел незнакомый мне волхв. Не старый, не очень юный, чуть порозовевший от каминного пламени. На коленях у него спал домовой Тоша.

– Здравствуйте, - вежливо поздоровалась я. - Вы знали Велю?

– Еще как знал-то, - ответил за незнакомца Борис Иванович. - Лиса, это старина Глеб.

– Не может быть! - Села я на пол.

Застыла с открытым ртом. Рядом истуканом высился боевой друг и товарищ.

– Нет, отчего же? - Легко поднялся бывший старик. Домовой, не открывая глаз, перебрался ша шею. Свесился подобно воротнику. - Кстати, у волхвов возраст не определяется по внешнему виду, если ты не знала.

Я, не вставая с пола, перевела взгляд на начальство. Потом на Терентия. Волхвы улыбались в унисон.

– Может, все же подымишься? - Глеб одним шагом преодолел полтора метра, ухватил меня за подмышки. Легко, как пушинку, перенес в кресло. - Спасибо тебе, сестренка. Как там Веля?

– Жива, - подобрала я челюсть. - Козел обещал, что она останется молодой, прекрасной и свободной.

– Ну что же, - с непонятной мне эмоцией вздохнул помолодевший старый волхв. - Веля, наконец, станет сама себе хозяйкой. Придется и мне привыкать к свободе. Только сперва…

Он еще раз вздохнул, к чему-то прислушиваясь…

– Я пошел, друзья, - сказал. - Мне надо в лазарет. Максим знаете, какой строгий! Чуть что - строчит жалобы руководству.

– Знаем-знаем, - потряс стопкой каких-то лопухов волхв Борилий.

– Собираешь? - Оживился верховный волхв Валаама. - А зачем?

– Тебе, для характеристики, - въедливо ответило мое, тоже изрядно помолодевшее начальство.

Они заржали все втроем - радостно так. И было очень весело на них смотреть. Потом я вспомнила об Илюхе. Тот уже сидел в своем любимом углу комнаты, что-то строчил в наладоннике. Все возвращалось на круги своя. Все, кроме характера старшего друида:

– Я кому сказал? - Распахнулась, точно от пинка, входная дверь. - Ну-ка, марш в… Лиса! Радость моя!

– Снова спасла, - еще раз подмигнул мне, обнятой вмиг помягчевшим дедом, молодой волхв Глеб. - Ладно, ребята. Все-таки я пошел. Последняя ночь мне осталась в лазарете.

– Смотри, не помолодей до пеленок!

Они, наконец, ушли. И тут же, как по мановению волшебной палочки, атмосфера в горнице изменилась. Глаза обоих волхвов зажглись стальным блеском познания.

– Итак, что у нас на повестке дня? - Набил трубку волхв Терентий.

– Ночи, - влез в разговор старших металлист. - Лиса устала, не забывайте.

– Мы по-быстрому, - немного смутился Борис Иванович. - Не переживай. Гоша сейчас… Нет, Гоша спит. Держи, сестренка, тонизирующее.

"Ого! Развеселилась я, услышав такое прозвище от наставника. Да меня повысили!"

– Лиса, - строго погрозило мне пальцем начальство.

Значит, нет…

А "тонизирующее" было вкусным, хотя и походило на микстуру.

– Взбодрилась? - Довольно посмотрел на меня волхв. - Отлично. Тогда начинаем. Друг Терентий, что ты можешь поведать нам о Козле? - Кивнуло начальство в мою сторону.

Надеюсь, оно все же имело в виду фрак.

– Мне, на самом деле не так много известно, - выпустил облачко верховный волхв. - Знаю только, что в его ведении находятся все инкубы нашего мира.

– А как же Мягкофразов? Он-то был не инкубом!

– Расскажи.

Я вкратце поведала историю совращения меня престарелым ловеласом. Терентий слушал с любопытством, Борис Иванович - с отсутствием оного: он и так при этом присутствовал. Металлист, впервые услышавший историю целиком и без купюр, старался скрыть удивление. Получалось у него не очень.

А мне вот что было интересно: как это Козел не заметил Бориса Ивановича?

– Он меня видел, - сказало начальство по окончании моего рассказа. - Даже поздоровался мельком.

– Как это? Я ничего не заметила…

– Это произошло… немного в другой реальности, скажем так.

– ?

– Не сейчас, Лиса. У нас на повестке дня гораздо более интересные вещи. Мне интересно, откуда у Козла право вмешиваться в жизнь людей?

– У него есть такое право, - со вздохом сожаления произнес Терентий. - С тех пор, как суккубы и, что важнее в случае Козла, инкубы, поселились на изнанке Земли.

Цоц-цок. Цок-цок-цок…

Показалось?

– Что ты застыла, Лиса?

– Он где-то здесь.

– Кто?

Цок-цок. Цок-цок-цок. Уже по полу избушки.

На нем был новый фрак. А у него - все тот же бархатный голос:

– Козел. Здравие желаю всей честной компании. Извините ради бога за вторжение.

– Бога? - Прищурился хозяин избушки.

– О, прошу вас, не цепляйтесь к словам! - Казалось, на лице пана было написано раскаяние. - Если бы не Веля…

– А что с ней? - Аж вскочила я с кресла.

– О, с ней все хорошо! - Белозубо улыбнулся Козел. - Она велела мне сказать тебе "спасибо", и я пришел его передать.

– А… Почему она не пришла сама?

– У нее дети и муж, - как-то очень по-человечески ответил козлоногий сатир. - Послушай, Лиса. Не надо на меня так подозрительно смотреть. Честное слово, мне больно это видеть!

Козел приложил шерстяные руки к груди.

– Почему? - Откровенно изумилась я.

– Потому что ты - моя спасительница.

– Если бы не Веля, я бы там не оказалась, - проворчала я, плюхаясь обратно в кресло. - Хотя… - Кинула я быстрый взгляд в сторону металлиста - все-таки, именно он был причиной моего появления на "шести галактических сотых".

А мной спасенный тем временем так и пожирал непрошенного гостя глазами. Иногда переводил взгляд с одного фрака на другой. Морщил лоб. Я внутренне взмолилась - ко всем святым сразу. Конечно, Илья не был отмечен печатью безумной ревности…

– Хм, - несколько поспешно хмыкнуло мое начальство. - О чем это мы? Как бы там ни было, но Веля осталась жива, молода и прекрасна, о чем мне было очень приятно узнать. А за сим…

– А за сим, - насмешливо взглянул на него Козел, - я еще не готов откланяться. Я не был бы Козлом, если бы не отблагодарил как полагается мою настоящую спасительницу. Но… К сожалению, - кивнул он в сторону Ильи, вскочившего со своего стула, - я не могу. И моя спасительница так никогда и не узнает…

– А покороче нельзя? - Прорезался металл в голосе друга моего сердца.

– Да уж, милейший, - пробасил верховный волхв. - Имейте совесть.

– А посему я окажу ей опосредованную услугу. Я расскажу вам, милейшие, - поклонился Козел двум волхвам одновременно, - то, что может вас заинтересовать. Не беспокойтесь, информация истинна, - погрустнел он. Повернулся ко мне: - Для тебя, Лиса.

Козлоногий пастырь инкубов и волхвы застыли неподвижными столбами. Было тихо. Настолько, что, казалось, я слышала удары сердца моего боевого друга. Он по-прежнему сидел в дальнем от меня углу комнаты. Думал о чем-то о своем. Грустно так думал. Мне было его жаль. И очень хотелось побыть с ним наедине. Рассказать обо всем, может быть даже "запалить" Велю - чтобы он послушал эту невозможную историю, и улыбнулся. Я уже хотела подняться с кресла, как ожил Козел.