Раймонд Фейст - Врата Войны

- Спасибо тебе от всего сердца, Руаг!

- Не стоит благодарности! - сказал дракон. - Я рад, что и ты оказался здесь. Долган из Серых Башен. Сказать по правде, я привлек сюда Томаса с помощью моих волшебных чар. Мне недолго пришлось бы оказывать ему гостеприимство. Я рассчитывал, что он примет мой последний вздох.

- Что?! - воскликнул Томас, вскакивая на ноги.

- Нам, драконам, дано знать заранее, когда настанет наш смертный час. Я умру очень скоро, друг Томас. Я очень стар даже для дракона. Жизнь моя была долгой и радостной. Я многое повидал на своем веку, а теперь пора и отдохнуть!

Долган с тревогой взглянул на Руага.

- И все же мне кажется, что сидеть здесь и слушать такие речи - в высшей степени странно. Просто нелепо! - выпалил он.

- Почему же, карлик? Разве у вас, гномов, не принято после смерти славного воина перечислять его доблести, заверять друг друга, что он славно пожил, и в память о нем услаждаться яствами и винами?

- Так ведь то-то и оно, что после...

- Потому лишь, что вы не ведаете времени прихода своей смерти, - возразил дракон. - Так пусть же тебя не удивляет, что я берусь произнести надгробную речь над самим собой. Так принято у нас, драконов. - Он умолк и негромко продолжил:

- У меня было все, что составляет смысл и радость жизни, и всем этим я владел в избытке: здоровье, подруги, отпрыски, богатства и еще многое, о чем можно только мечтать. Я имел все, чего желал, и сполна насладился всем этим.

Долган умиротворенно произнес:

- Счастлив, кому ведомо, чего он хочет, и поистине мудр тот счастливец, кто, получив все это, смиренно благодарит судьбу и не просит о большем.

- Воистину так, - согласился дракон. - И трижды благословен, кто не жаждет невозможного. Скажи, гном, останешься ли ты у моего смертного одра, если я попрошу тебя об этом? Здесь на много миль окрест нет никого из моего племени, а у нас в обычае отходить в мир иной, когда рядом есть хоть кто-то из живых и разумных существ.

Долган неуверенно взглянул на Томаса. Мальчик утвердительно кивнул.

- Мы согласны, дракон, и исполним твою просьбу, хотя это и не развеселит наши сердца, - сказал гном.

Дракон сомкнул отяжелевшие веки и с усилием произнес:

- Благодарю тебя. Долган, и тебя, Томас.

Он поведал им о многих удивительных событиях, свидетелем которых ему довелось стать, и о землях, где они никогда не бывали. Он рассказывал о странах, где тигры жили в городах, подобно людям, и о неприступных горах, на вершинах которых обитали говорящие орлы. Долган и Томас слушали его затаив дыхание. Но вот голос дракона начал слабеть. Устало приподняв голову, он проговорил:

- Однажды здесь появился человек. То был самый могущественный из всех волшебников, когда-либо обитавших на Мидкемии. Я не смог ни убить его, ни исторгнуть из моего дворца. Три долгих дня и три ночи мы с ним состязались в чародействе, и поединок наш кончился его победой. Я был уверен, что он уничтожит меня, чтобы завладеть моими сокровищами, но волшебник смиренно попросил меня поделиться с ним моими знаниями, чтобы после моей смерти они послужили на благо этой планеты.

Томас в немом изумлении глядел на дракона. Он мало знал о магии. Все его сведения о волшебстве и таинственных приемах причастных ему чародеев были почерпнуты им из разговоров с Пагом. Он всегда относился к подобным вещам с почтительным восхищением и теперь, слушая дракона и представляя себе воочию этот поединок искусных мастеров магии, лишь покачивал головой и жадно ловил каждое слово Руага.

- С ним было странное существо, - продолжал Руаг, - походившее на гоблина, но передвигавшееся на двух ногах и с чертами лица более тонкими, чем у этих злобных тварей.

Волшебник жил здесь три года, между тем как слуга его то покидал нас, то возвращался в мой дворец. Я не мог отказать ему в его просьбе, и за это время он постиг все, что знал я сам. Но и он многому научил меня. Это благодаря ему я стал с уважением относиться к жизни во всех ее проявлениях, включая самые низменные, и поклялся никогда не посягать на нее. Он так же, как и я, пострадал от рук врагов. Ведь в сражениях с людьми я потерял многих, кто был мне дорог. Этот удивительный человек мог врачевать раны - не только телесные, но и душевные. Когда он покинул меня, я почувствовал, что благодаря ему стал сильнее и мудрее, чем прежде. Я больше не чувствовал себя побежденным.

Напротив, я стал победителем, избавившись с его помощью от своих ошибок и заблуждений. - Дракон умолк и тяжело вздохнул.

Речь его становилась все более медленной и тихой. - Если бы меня спросили, кого я хотел бы видеть у своего смертного одра, я не поручусь, что не предпочел бы этого человека любому из моих собратьев. Он был первым из твоего племени, мальчик, кого я могу назвать своим дорогим другом.

- А как его имя? - полюбопытствовал Томас.

- Его звали Макрос.

Долган задумчиво погладил бороду.

- Я о нем слыхал. Говорят, он и вправду великий маг.

Кое-кто, правда, побаивается его и называет черным колдуном. По правде сказать, я думал, что его уже давно нет на свете. Если верить слухам, он жил где-то на востоке.

- Не знаю, жив ли он теперь, - сказал дракон. - Ведь то, о чем я вам поведал, произошло много веков тому назад. - Он снова замолчал, собираясь с силами, и обратился к Долгану:

- Мой смертный час приближается. Я хочу попросить тебя об одной услуге, гном. - Дракон слегка повел головой в сторону. - Вон в том сундуке хранится дар волшебника. Он велел мне воспользоваться им, когда душа моя будет покидать тело. Это магический жезл. Макрос оставил его мне, чтобы, когда я умру, мой труп не стал добычей для крыс, червей и пауков, обитающих в подземелье. Ты принесешь его мне?

Долган подошел к указанному сундуку и, приоткрыв резную крышку, достал из него небольшой металлический стержень, покоившийся на синей бархатной подушке. Жезл оказался на удивление тяжелым. Он поднес его к голове дракона.

Дракон шумно вздохнул и коснеющим языком проговорил:

- Через минуту дотронься им до меня, друг Долган, и да будет с тобой благословение богов!

- Я сделаю это, - кивнул гном, - хотя я предпочел бы, чтобы он хоть ненадолго продлил твои дни. Мне жаль, что ты покинешь нас, друг дракон!

- Прежде чем я умру, - сказал Руаг, - я должен вознаградить тебя за оказанную мне услугу. Слушай меня. Долган! В сундуке, который стоит рядом с тем, где хранился жезл, ты найдешь дар, достойный твоей доброты, смелости и великодушия. Можешь забрать отсюда все, что тебе приглянется, ведь сокровища мне уже ни к чему. Но то, что лежит в сундуке, наверняка обрадует тебя гораздо больше, чем все горы серебра и золота, которые ты видишь здесь. - Он тщетно пытался повернуть отяжелевшую голову к Томасу, но силы стремительно покидали его, и он снова протяжно вздохнул. Голос его перешел в шепот. - Томас, спасибо, что ты был со мной все это время. Благодарю тебя также и за то, что ты не устрашился меня и поверил мне. Твоя награда находится в том же сундуке, что и дар для Долгана. Кроме нее, возьми все, что тебе понравится, ибо ты отважен, добросердечен и бескорыстен. - Из горла его вырвался хриплый стон, и он едва слышно шепнул: