Светлана Жданова - Невеста Демона. (Дилогия)

А затем умирает.

Дух заметался, зашипел, растеряв свои сверкающие перья.

Не в силах пережить, он бросается вниз и растворяется в теле девушки.

Секунда, одна, две, пять…

Тело выгибается и стонет. А рана на груди зарастает. Лишь меч пригвоздил тонкое девичье тело к земле, словно иголка бабочку.

- Все, хватит!

Я ударила по воде.

Все равно непонятно.

Я была мертва, дух должен был уйти.

- Теперь вы понимаете, - обратилась я к единорогам, вставшими над моей сжавшейся в комок тушкой, - почему Лилит Вольская мертва. Забавная была девчонка, только доверчивая. Такие долго не живут.

Сил не было даже на то, чтобы разморозить руку. И я предпочла скрыться от ноющей боли в сладких топях сна.

- Это самоубийство, - покачала я головой.

- Или это, или девчонка умрет, - покачал головой толстый индюк в цветастом щегольском костюме, расходившемся на его жирном теле по швам.

- Думаете, мне, магиане, есть дело до какого там отребья?

- Ну, как угодно, милочка.

Что- то происходит, я оборачиваюсь и вижу, как сотрясает тело худенькой гибкой девушки, стоящей на коленях рядом со мной. А затем она бездыханной падает на пол.

- Теперь твоя очередь. Ну, ты будешь послушной? - тянет он ко мне свои руки.

- Таня, ты кричала!

- Закричишь от такого.

- Что случилось? - единорог заботливо обнюхал мои свалявшиеся за пару дней волосы.

- Как всегда. Ну почему мне снятся лишь плохие сны? Ну, за исключением волшебных. Как я устала от этих кошмаров. Когда же это прекратится? - Я потерла лицо руками, изгоняя остатки сна. - Калгн, а ты не помнишь, что вчера было? Я ни черта не помню. Хотя нет, помню, - расплылась я в улыбке. - Одно. Мы случаем вчера не пили? А то мне это никогда хорошо не удавалось. Вадик говорит, что для меня алкоголь хуже дурман-травы.

- Не пили. Ты, правда, чуть не искупалась. Просто Зерцало тебя осушило, что пустынник после трехнедельного перехода - стакан воды. Ты чувствуешь-то себя как?

- Будь я по жизни пессимистом, сказала бы - как полупустой стакан. Голова раскалывается. - Я обхватила шею зверя и прижалась к ней. Проверив собственное состояние, я захотела дать кому-то в нюх. - А это что? Какой гад рогатый в меня столько чуждой магии запихал? Что, кому-то жизнь сахаром кажется? Так сейчас подправим.

Единорог застриг ушами и покосился на меня.

- Да ты труп напоминала. А рука у тебя вообще чернеть начала. Что нам было делать?

- Ага! А я думай, с чего у меня такое похмелье. Намешали. Как будто мне асуров не хватало, с их майя.

- Ну, прости!

- Ну, прости, - передразнила я дружка. По случаю утра и плохого настроения мне пришло в голову похамить. - Сразу видно - лошадь. Ой, как плохо-то! Интоксикация у меня.

- Чего? - обалдел Калгн.

- Отравление переизбытком и смешением магии, - пояснила я. Надо же, не зря в Академию ходила. - В следующий раз пусть лучше рука отвалится. Да, что-то я вчера погорячилась. Как будто на рожу Хананеля в кошмарах не насмотрелась.

- Это тот блондинчик что ли?

- Блондинчик, - кивнула я, крепче прижимаясь к теплому бочку единорога. - Повелитель металлов, что б его перекосячило. Морда чугунная. С каким удовольствием я его попинаю.

- Это он вражина твой?

- А как же, он голубчик. Мразь ржавеющая. Найду, на шпильки сестричкам разделаю. Бр-р, холодно-то как.

- Тебя знобит.

- Угу. Слушай, Калгн, ты влюблялся?

- Конечно. Я в тебя влюблен.

- А в двоих сразу?

Единорог озадачился.

- Нет. Так меня вроде еще не сконфузило. А что? Тебе это зачем?

- Да вот думаю, как жить дальше буду. И как бы мне в дружках демонах разобраться. Вечно у этих чертей не как у людей.

- А как?

- Через одно место. Откуда хвост растет. Ух, я им эти хвосты в следующий раз в косичку заплету, будут знать, как честным девицам голову морочить. А этому чуду крылатому вообще по рогам надаю, чтоб больше не скалился во все клыки чужим невестам. Думать-то надо что делаешь. А то ведь попадаются такие любительницы экстрима и ярких ощущений. Нет, Калгн, ты меня, конечно, извини, но все мужики - козлы, наворотят дел и в кусты. "Пока малышка, встретимся через пару лет". Тьфу! А ты что хочешь, то и делай. Самцы, никакой ответственности.

- Э-э, я тебе не мешаю?

- Что ты. Кому я еще поплачусь. Вадику, так он потом меня достанет. Или, пожалуй, сболтнет что-то не то. Больше и друзей-то нет. Я последний раз по душам разговаривала еще когда… живой была. Да и то, словно корабль на рифах, лавировала меж опасных тем. Корабли лавировали-лавировали, да не вылавировали. - Я тяжко вздохнула. - Люблю я его, понимаешь?

- Кого?

- Обоих. Только один меня выбрал, а другого выбрала я. Вот и вся разница. Кроме, может, трона. Только на кой мне трон? Прости меня, Калгн. У меня голова уже разрывается, так хочется хоть с кем-то поделиться.

- Ничего. Я понимаю.

- А я нет!

Долина расстилалась за спиной зелено-голубым ковром. А я шла дальше. Точнее назад.

Ну, вот и все.

Глава 6

Если вас съел дракон…

У меня по коже бежали мурашки.

Не люблю я кладбище. Не боюсь, не чувствую омерзения или той присущей живым ненависти. Просто не люблю.

За холод, за сырость, за мертвяков.

Ну вот, кажется, вновь влипла.

Начнем с того, что заплатить мне обещали не шибко много - с десяток золотых. А по россказням местных крестьян, не один маг убегал с этого заброшенного кладбища, сверкая пятками и громко матерясь на всю округу (тем самым всякий раз приносились сюда плоды просвещения, ибо уже с утра даже дети малые начинали бросаться новыми словечками). Но только я не маг, я магиана. Пожав плечами, смело ринулась в бой.

Ну, не в бой, в засаду. В нудную выматывающую скучную засаду.

Первые холодные ночи застали меня не в лучшем виде. Теплая куртка, заговоренная от промокания и раздирания, как-то неожиданно утопла во время охоты на водяную змею, новые блестящие сапожки пооббились носами, рубашки превратились в тряпье. Так что сижу я сейчас на заранее принесенном ельничке и дрожу от холода.

Даже огненная саламандра, примостившаяся на груди, не помогает.