Том Холт - Граальщики. Солнце взойдет

— Надеюсь, теперь ты довольна, — сказал, выходя, Симон Петр. — Эти женщины! Честное слово!

Когда они ушли, она подошла к раковине и стала расставлять все как надо. Именно тогда она заметила, что старая коричневая терракотовая чашка для жидкого мыла как-то изменилась. С ней что-то произошло. Вместо того чтобы быть коричневой и тяжелой, она была легкой и какого-то бледно-голубого цвета.

Онемев от изумления, девушка выронила чашку из рук; но вместо того чтобы разбиться, та подскочила, упала на бок, закружилась вокруг своей оси и закатилась за корзинку для овощей.

Это было чудо. Еще одно чудо, совсем как та мерзкая сцена на свадьбе кузины Юдифи в Кане, когда все надрались в стельку и ей пришлось призвать их к порядку. Словно ей и без того не было достаточно.

Кундри некоторое время молчала, ее лицо внезапно стало очень старым.

— И что? — спросил Боамунд. — Что было дальше?

— Можешь себе представить, что я чувствовала на следующий день, — сказала Кундри, — когда узнала, что Его арестовали. Это был какой-то кошмар. Я хочу сказать — ни у кого из нашей семьи до сих пор не было никаких проблем с полицией. Я радовалась только, что мама не дожила до этого дня. Она была бы просто в ужасе, если бы услышала такое.

— Но… — запинаясь, выговорил Боамунд, — глупая женщина, разве ты не знаешь, кто это был?

Кундри насупила брови.

— Разумеется, знаю, — раздраженно бросила она. — Я обнаружила это очень быстро. Ко мне послали ангела. Я была просто вне себя.

— Вне себя?

— От ярости, — пояснила Кундри, поджав губы. — Это так несправедливо! Знаешь, что они со мной сделали? Они прокляли меня! Сказали, что до тех пор, пока Сын Человеческий не вернется на землю и мне не будет позволено — позволено, можешь себе представить? — вымыть посуду за Ним и Его замечательными друзьями, как должна была это сделать тогда, — до тех самых пор я обречена вечно скитаться по земле, таская повсюду за собой эту ужасную пластмассовую чашку. Я, конечно, сказала им…

— Эта чашка, — прервал Боамунд, — вот оно что! Так это и был Святой Грааль?

— Ну разумеется, — ответила Кундри, сжав руки так, что костяшки ее пальцев побелели. — Что же еще это могло быть, придурок? Но я им все высказала. Я сказала им, что болтаться туда-сюда и ждать — это одно, я привыкла к этому, но таскать с собой дешевую пластмассовую чашку — это совсем другое. О да, я высказалась насчет этого весьма решительно!

Боамунд воззрился на нее. «Такое количество всего, — говорил он себе, — трудно переварить за один прием». С минуту помолчав, Кундри, казалось, восстановила душевное равновесие; улыбнувшись, она взяла у проплывающего мимо пескаря мятную пастилку и положила ее в рот.

— Вскоре после этого, — продолжала она, — я встретила Клауса. Он все еще учился в Дамасском университете, дописывая свой диплом, хотя к этому времени он уже совершенно потерял к нему интерес; и когда мы рассказали друг другу о том, что мы претерпели от рук этого… этой Персоны, мы почувствовали, что у нас действительно есть нечто общее, и поэтому мы решили пожениться. Это было ошибкой, разумеется, но ни один из нас не был готов признать это. Поэтому мы изо всех сил пытались как-то приноровиться друг к другу.

— Клаус — это в смысле Клаус фон Вайнахт, так, что ли? — спросил Боамунд. — Кажется, я…

— Да, — сказала Кундри с некоторым отвращением, — это был Клаус фон Вайнахт. Ну, как бы там ни было, о чем бишь я? Прошел год или около того после нашей свадьбы, когда Клаус решил бросить университет и вернуться в Атлантиду, из которой он был родом. Я поехала с ним — я не собиралась так легко оставлять это, по крайней мере, я должна была обеспечить себе достойное местожительство, — так что мы поехали в Атлантиду вместе. Он рассказал мне все о магическом золоте, и луне, и вращении Земли, и так далее, и я сообразила, что здесь открываются просто потрясающие возможности для того, у кого есть голова на плечах. Я организовала это дело — Клаусу я еще долго ничего не говорила о том, чем занимаюсь, а сам он тоже ничего не знал, поскольку был по горло занят доставкой всех этих подарков и прочим, — и довольно скоро все было уже на мази и крутилось как надо. Да, думаю, ты и сам все знаешь.

— Ты имеешь в виду всю эту возню со страховками? — уточнил Боамунд. — Не думаю, что я толком понял, как это в действительности работает, ну да и Бог с ним. Продолжай, — что ты там говорила?

— Лет примерно через двадцать, — продолжала Кундри, — мой дядюшка Джо приехал из Аримафеи навестить меня. Он привез с собой эту проклятую чашку, и, как ты можешь догадаться, я была несколько поставлена в тупик, снова увидев ее. Но потом он объяснил мне все насчет всяких чудесных вещей, которые она может делать, насчет налогов и так далее, — основной курс налогообложения был в те дни три денье за sol tournois, мы не знали, куда деваться, — так что я тут же нашла ей хорошее применение. Дядюшка Джо остался у нас, мы дали ему кресло в совете директоров, и какое-то время все шло отлично. Ну, не то чтобы совсем отлично; мы с Клаусом разговаривали друг с другом только на заседаниях совета, и даже тоща в основном ругались. Понимаешь, мне казалось, что он что-то замышляет. Ходило множество слухов, что он хочет выкинуть меня из списка директоров, так чтобы он и дядюшка Джо поделили все дело между собой. Разумеется, я не могла допустить этого. Надо же было такое придумать!

В конце концов я выяснила, что они замышляли. Они где-то раскопали, что это место — я имею в виду Альбион — было создано древними Атлантами для того, чтобы разделить два магнитных поля, за долгие годы до моего появления на свет, и что его можно использовать для уклонения от налогов. К тому времени, когда я обнаружила это, их афера зашла уже чересчур далеко, чтобы я мота уничтожить ее в зародыше, но через некоторое время я все же смогла до них добраться и заткнуть им лазейку. Они ходили зеленые как огурцы, когда поняли, что я спутала им карты, но мало что могли с этим сделать. Самое неприятное было то, что дядюшка Джо умудрился каким-то образом завладеть Граалем — будем называть его так, хотя лично я считаю, что это совершенно идиотское название для такой вещи, не правда ли? — контрабандой вывез его в Альбион и где-то там спрятал. О том, где он находится, знали только дядюшка Джо и Клаус, и был еще какой-то монах или отшельник из Гластонбери, который тоже был посвящен в тайну, но это было все. Они, разумеется, не могли использовать Грааль без того, чтобы я не узнала об этом; но и я со своей стороны не могла использовать его. Это был чистейший позор и абсолютная глупость, но так всегда с мужчинами. С ними каши не сваришь.