Инна Сударева - Клинки Юга

- Ну, вперед, - с таким вздохом молодой человек тронул пятками бока Мышки, и серый послушно вошел в Гали-Курь, за пегим жеребцом Ирса.

- Никто не узнает, кто вы, - успел еще шепнуть королю бывший сотник. - До поры, до времени. Не забудьте: для князя вы - эринцы, которые сражались со мной на стороне Хемуса и потому, как предатели, вынуждены из родной земли податься в Азарию.

Фредерик ответил "я помню" и поднял глаза на того, кто вышел, гулко топая, на высокое крыльцо большого бревенчатого дома, претенциозно именуемого замком.

Князь Галер оказался высоким, толстым человеком, облаченным в просторные одежды, украшенные богатой серебряной вышивкой. Из-за этого всего он сильно отличался от своих подданных. В зубах хозяин Гали-Кури держал длинную изогнутую трубку, а в руке - большую глиняную кружку, полную явно не воды. Сам князь заметно покачивался, громко икал и взгляд имел осоловевший. На потомственного аристократа он смахивал с большим трудом - это Фредерик отметил в первую очередь. Зато на головореза - вполне. Из-за шрамов, безобразивших его широкое краснокожее лицо.

- Ирс! - с нескрываемой радостью проревел князь, распахивая свои хмельные объятия бывшему сотнику, который поднимался по ступеням на крыльцо. - Где тебя носит? Мне без тебя ужинать скучно.

- Теперь вам будет еще веселее, - пообещал Ирс. - Я не один вернулся. Я гостей привел, - ступил чуть в сторону, указывая князю на Фредерика и его рыцарей. - Случайно в степи встретил. Это эринцы, мои давние товарищи. Мы вместе воевали под красным стягом Хемуса. Они - мои боевые братья.

- О! Это ладно. Если они воевали за Хемуса, значит они славные витязи, - сказал Галер, присматриваясь к гостям, которые не спешили покидать седла. - Ирс, твои братья - мои братья. Таков обычай. Я рад видеть их у себя и буду привечать их так, как привечаю тебя. Пусть дадут лошадям волю и проходят в мой дом. Ужин простывает…

14.

- Убейте его, - шепнул Ирс Фредерику.

У того кусок свиной колбасы встал поперек горла: вне всяких сомнений просьба Ирса оказалась неожиданной.

- Убейте Галера - сейчас самое время, - опять шепнул азарец.

Он был пьян. В подобном состоянии пребывали почти все, кто сидел за широким столом в трапезной зале Гали-Кури. Кроме Фредерика и его рыцарей. В незнакомом и явно враждебном месте они не могли позволить себе такой роскоши, как хмельная расслабленность. К тому же ни у одного из них сейчас не было оружия: по азарским обычаям за братский стол не полагалось его брать.

Князь Галер не уделял гостям особого внимания. Находясь в изрядном подпитии и после нескольких дополнительных кружек довольно крепкого вина, он мирно заснул, уложив лицо на тарелку, как на подушку.

Вообще, Фредерику казалось, что они попали на гулянку в не самый процветающий бандитский притон, а не на ужин к "великому князю Галеру". Помещение, которое носило громкое название "трапезная", представляло собой широкую комнату с низким, закопченным потолком, бревенчатыми стенами, земляным полом и крохотными окошками. Из мебели наблюдался лишь лавки да длинный стол, за которым и происходило пиршество. Освещалось все до невозможного просто - факелами. Вдоль стен примостились широкие, грубо сработанные из досок, сундуки, покрытые неопрятными рогожами. "Похоже, здесь, где едят, там и спят", - подумал Фредерик и оказался прав: одного из пирующих, который уснул и брякнулся, подобно князю Галеру, в тарелку, более стойкие товарищи вытащили из-за стола и перебросили (по-другому нельзя было назвать их действо) на один из сундуков.

Стол ломился от кушаний и выпивки, и это тоже производило неприятное впечатление. По мнению Фредерика, настоящий князь не имел права заниматься обжорством в то время, когда большинство его людей были голодны и оборваны. "Ирс прав: Галер - всего лишь разбойник. И княжеский титул ничего не поменял. Он, как обычно, прожирает то, что ему досталось, не думая о будущем".

- Убейте его, - промычал бывший сотник и тяжело привалился к больному плечу короля: рука, нывшая все последнее время, ответила усилением боли, но молодой человек лишь крепче стиснул зубы, приказал себе "терпеть!". Выявлять свою слабость в Гали-Кури он не собирался, как, впрочем, и убивать Галера по просьбе пьяного Ирса.

Вонь от большого количества немытых, пьяных людей и дым от факелов мешал нормальному дыханию, и Фредерик, оттолкнув уже храпящего азарца, поспешил уйти из трапезной - хотелось наружу, втянуть в легкие свежего ночного ветра. На выходе столкнулся с прислугой, несущей к столу очередное блюдо с мясом. Увидел огромные, черные глаза, полные испуга, на худом лице девочки лет пятнадцати и вежливо посторонился. Она, прижав к себе блюдо, замотала головой, отказываясь принять его любезность, забилась в угол.

- Как угодно, - буркнул Фредерик и прошел дальше - в сени, оттуда - на крыльцо, там прислонился спиной к перилам и задышал полной грудью, глянул в небо. Улыбнулся - оно оказалось почти таким же, как на родине: та же бездонность, те же созвездия. Только цвет был более синий…

Кто-то толкнул его в сапог. Опустив взгляд вниз, молодой человек увидал круглые темные глазенки малыша лет шести. Худенький, с запавшими щечками, в одной драной рубашке, он стоял, босой и грязный, под крыльцом и дергал Фредерика за ногу.

Король присел, чтоб быть ближе к ребенку, спросил:

- Тебе чего?

Дитя открыло рот и ткнуло туда пальцем.

- Ты немой? Есть хочешь? - понял Фредерик. - Ну, подожди, я тебе чего-нибудь принесу. В трапезной-то столы ломятся, - пробормотал, недовольный тем, что увидел.

Не успел сделать то, что задумал - рядом появился Элиас:

- Фред, там свара!

- Ну и что? Мужики напились - пусть дерутся, - король равнодушно зевнул.

- Они с нашими дерутся!

- С какой радости? Я уходил - все было мирно, - Фредерик если и заинтересовался, то чуть-чуть.

- Ты ушел - девчонка с тарелкой зашла. Князь этот упитый как раз проснулся, цапнул ее, стал прямо на столе раскладывать. Его болваны гоготать принялись, наши - девку спасать.

- Пооонял, - уже с озабоченностью в голосе протянул король и решительно вернулся в дом.

В трапезной развернулась нешуточная битва по всем правилам трактирной драки: летали и грохотали уже разломанные скамейки, кружки, тарелки и то из съедобного, что могло использоваться в качестве метательных снарядов. Фредерик дернул головой в сторону, спасая лицо от несущейся в него жареной куропатки - мясо, пролетев мимо скулы, врезалось в дверной косяк, оставило на нем жирный след и упало вниз.

Король выругался, коротко и грубо, окончательно пожалев о том, что принял приглашение Ирса и приехал в Гали-Курь.