Роберт Скотт - Ореховый посох

Страх перед неизвестностью и тревога по поводу того, сумеют ли они когда-нибудь вернуться домой, вновь охватили Стивена; он даже глаза закрыл, чтобы не видеть того сюрреалистического представления, что разворачивалось в пляшущих языках костра на темной лесной опушке. Поерзав и отыскав более удобное положение, он вскоре вновь погрузился в благодатную дремоту.

Проснулся он, потому что Марк настойчиво тряс его за плечо. Протирая заспанные глаза, Стивен поспешно встал и присоединился к Марку. Весь их маленький лагерь гудел от возбуждения; Версен, Гарек и Бринн окружили какого-то, видимо только что прибывшего, человека. Стивену его лицо показалось знакомым — они явно встречались в Речном дворце. Гилмор сидел у костра и преспокойно курил трубку. Саллакса нигде видно не было.

— Что происходит? — тихо спросил Стивен у Марка.

— Это, по всей видимости, Мика, еще один из этих бан... хм... из здешних борцов за свободу. А второй — его зовут Джеронд — тоже должен был сюда явиться, но так до сих пор и не прибыл. — Марк опустился на колени возле своей постели и принялся тщательно скатывать одеяла. — Бринн, похоже, очень встревожена. Да и все они тоже. По-моему, они уверены, что с этим Джерондом случилось что-то совсем уж гнусное.

— А Саллакс где?

— Где-то в лесу — на страже стоит. — Марк помолчал, явно что-то обдумывая. — Странно, что Саллакс даже не потрудился никого предупредить, когда этот Мика шел через лес, так что его появление в лагере оказалось для всех полной неожиданностью.

— Может, он там уснул? — предположил Стивен.

— Не похоже на него. — Марк был явно заинтригован, и Стивен уже начал опасаться, как бы подозрительность друга не создала новых трений в его взаимоотношениях с Саллаксом, и без того натянутых до предела.

Когда же Саллакс наконец появился в лагере, то так радостно обнял Мику, словно испытал огромное облегчение. А узнав, что Джеронд так и не пришел и запаздывает по неизвестной причине, он предложил немедленно собираться и поскорее отправляться на север.

— О господи! Опять придется ехать на этом проклятом животном! — простонал Марк и тут же принялся усердно разминать ноги и спину.

Даже и теперь, устав до полусмерти и не успев как следует отдохнуть, он двигался с экономичностью и четкостью истинного атлета.

— По-моему, у тебя отличный конь, — сказал Стивен. — Чем он тебе так не нравится?

— Тем, что у него на уме одни гадости! — сердито буркнул Марк. — И поступь у него какая-то неровная; такое ощущение, будто одна нога у него дюймов на пятнадцать короче остальных.

Он принялся засовывать в скатку их со Стивеном немногочисленные пожитки.

— Пора, друзья мои, — подходя к ним, сказал Гилмор. — До рассвета уже меньше авена, а нам нужно поскорее убраться отсюда, и как можно дальше.

Марк заметил, что Бринн смотрит на него поверх горящего костра, и, поскольку отвернулась она не сразу, он попытался прочесть, что именно написано у нее на лице. Но для этого, наверное, было еще слишком темно. В одном Марк был совершенно уверен: все это время она наблюдала за ним и видела, как он засовывает свои вещички в скатку из одеяла, пока остальные торопливо собирались и уничтожали следы своей стоянки перед тем, как покинуть ферму Гарека.

Никто не проронил ни слова, пока они пробирались сквозь темную чащу. Измученная спина Марка яростно протестовала против очередного путешествия верхом; она начала ныть с той минуты, как он взобрался на спину Злыдня. Впрочем, в целях конспирации он ругался исключительно себе под нос и даже почти не жаловался. Ехали они гуськом по узкой извилистой тропе. Время от времени Марку казалось, что он слышит неподалеку шум речной воды. Две луны — на этот раз довольно далеко друг от друга — висели в предрассветном светлеющем небе, и оба американца в полном восхищении любовались их красотой. Одна из лун, поменьше, казалась более близкой, а вторая, поистине громадная и, видимо, завершавшая свой торжественный танец в небесах, выглядела более далекой.

Стивен заметил, что Гарек навьючил на свою кобылу здоровенные тюки с одеялами, одеждой, едой, а большая седельная сумка до отказа набита стрелами с разноцветным оперением. Съездив к родителям и предупредив их о грозящей опасности, он прихватил из дома немало таких вещей, которые показались ему необходимыми в длительном путешествии. И, видя тяжело нагруженную Ренну, Стивен понял, что путешествие во дворец Велстар может сильно затянуться.

Как только взошло солнце, Гарек достал стрелу из колчана, висевшего у него за спиной, и вложил ее в лук, который постоянно лежал у него на коленях, чтобы можно было выстрелить в любое мгновение. Стивен, теперь доверявший Гареку почти так же, как Гилмору, даже встревожился: неужели за ними тенью следуют малакасийцы?

И тут Гарек выстрелил. Из кустов прямо на тропу вывалился толстый кролик.

— Отлично, Гарек! Вот нам и завтрак! — воскликнул Гилмор. — Я бы также не возражал и против жареного тетерева или куропатки. А может, тебе и ганзель удастся подстрелить. Такого славненького толстенького самца с мягкой вкусной грудкой.

— Я подумаю, что можно для тебя сделать, — весело откликнулся Гарек, спрыгивая с коня и подбирая убитого зверька. — Кто еще хочет сделать заказ?

— Пяток оладий с беконом и кружку черного кофе, — тут же заявил Марк, но по-английски, ибо оказался не в силах найти в ронском языке эквиваленты слов «оладьи» и «кофе».

— Я не знаю, что ты имеешь в виду, Марк, — усмехнулся Гарек, — но как только увидишь этих зверей, скажи мне, и я их с удовольствием тут же подстрелю.

— Господи, вот было бы здорово! Жаль только, что этих «зверей» ты подстрелить не сможешь. Но все равно спасибо на добром слове. Правда, спасибо! — И Марк, стараясь отвлечься от мыслей о кофе, спросил: — А долго нам до этого дворца Велстар ехать?

Гилмор обернулся и внимательно на него посмотрел.

— Это сложный вопрос, — сказал он чуть погодя. — Собственно, путь туда вряд ли займет больше одного двоелуния, но я понятия не имею, сколько времени нам потребуется, чтобы войти во дворец.

— Но ведь двоелуние — это целых шестьдесят дней! — взорвался Марк. — Ну что ж, надеюсь, начальство у меня в школе согласится выслушать мой увлекательный рассказ об этих приключениях — особенно о том, как на меня напал некий демон, высасывающий жизненные силы. Они, возможно, даже не выгонят меня сразу, а позволят доработать до конца года и с пониманием отнесутся к тому, что я пропустил всю вторую четверть, никого не предупредив хотя бы по телефону и не оставив никакого плана занятий.