Григорий Павленко - Империя

Наритали, стоявшая за закрытыми дверями зала, в который только что вошёл Ролд, услышала душераздирающий крик, больше походивший на звериный вой. Такая боль и ярость были в этом крике, что девушка не выдержала и, закрыв уши руками, заплакала.

Несколько часов никто не решался и близко подходить к дверям обеденного зала. Обитатели замка были в ужасе оттого, что могло их ждать внутри, ведь все они знали о жестоком нраве своего господина, а что с ним стало после известий принесённых Ролдом, они даже предположить боялись. Но после того крика из зала не доносилось ни звука, и люди стали поговаривать о том, что лорд попросту убил себя, не в силах пережить горя. Эта версия казалась вполне правдоподобной, ведь дети были для Логара всем миром, а их потеря просто уничтожила бы его. Но, так или иначе, нужно было хотя бы выяснить, жив ли лорд или нет, и для этой задачи вызвался один из его личных стражей по имени Артл.

Сопровождаемый тревожными взглядами слуг и жены лорда, он приоткрыл двери зала и вошёл внутрь. И спустя несколько секунд люди за дверьми услышали, удивлённый крик, перешедший в какое-то бульканье.

— Никто не должен входить внутрь без моего на то разрешения! — сказала Наритали, первая пришедшая в себя. То, что она сейчас услышала, дало ей чёткое осознание того, что Логар жив, хоть и… не в себе, — надо дать лорду… время.

— Да он же совсем рехнулся! — крикнул кто-то из слуг, — он всех нас поубивает!

Наритали, с неведомо откуда взявшейся решимостью подошла к наглецу и дала ему пощёчину.

— Не смей так говорить о своём лорде! — крикнула она, чуть ли не сорвавшись на визг, — ты будешь казнен, когда Логар вернётся к нам!

Слуга взглянул на неё, и в глазах его девушка увидела настоящий ужас, он знал, что это была не пустая угроза. Мужчина хотел, было сказать ей что-то, но его уже скрутили двое воинов.

— В темницу его, — сказала им Наритали, и те поспешили исполнить приказ своей леди, — любой, кто осмелиться оскорбить моего мужа, отправить вслед за ним! — сказала она, обращаясь к остальным слугам, но все они и так прекрасно понимали, что надо держать язык за зубами.

Логар не слышал ничего из происходящего за дверьми. Он вообще ничего не слышал и не видел, из того, что творилось в этом мире. Он не видел Артла, лежащего у приоткрытой двери. В горло мужчины был вонзён нож Логара, но лорд не помнил, как убил его. Точнее он вообще не знал, что тот заходил в зал. Так же он не знал и о Ролде, пригвождённому к стене мечём, торчащим из его груди. Для Логара не существовало этого мира, он сейчас был в совершенно другом месте.

Это была небольшая полянка посреди леса. Над ним светило летнее солнце, а среди деревьев доносились голоса птиц, поющих свои птичьи песни. Логар сидел на мягкой траве, а рядом с ним сидели его дети. Они опять что-то не поделили, и теперь Анара старалась ущипнуть Ковала, чтобы отомстить брату за какую-то мелкую обиду. Логар понимал, что это неподобающее поведение, но сейчас он не хотел ругать и наказывать их. В этом лесу было так хорошо и приятно, что ему даже не хотелось задумываться о чём-то плохом.

— Хотите, я расскажу вам историю? — спросил он, взглянув на детей, и те послушно закивали.

— Хотим, папа! Расскажи!

— Эта история о человеке по имени Шоратх Мореход, и как вы уже, наверное, догадались, всю свою жизнь он посвятил морю и кораблям. Он водил корабли из Нешорта к северным землям и даже в Корхатал. Говорили, что он исходил все Белое Море вдоль и поперёк, и слухи эти были вполне правдивыми. Но Шоратх всегда мечтал переплыть море и попасть на далёкий восток, на те самые земли, которые иногда видят мореходы, заплывающие в самые дальние воды.

— Но ведь туда нельзя плыть, — удивился Ковал, — нельзя переплыть Белое Море.

— Да, — кивнул Логар, — нельзя. Но человек и отличается от зверя тем, что всегда стремиться к невозможному. Люди всегда хотят превзойти свои пределы, и заглянуть в глаза Богу. Таким был и Шоратх. Однажды он, наконец, решился совершить это плаванье. Собрав команду из самых верных друзей, он отправился в путь из порта Нешорта. Три месяца они плыли по морю и не знали никаких бед. Ветер был попутным, волны оставались спокойными, а воды и еды они взяли с собой столько, чтобы хватило на год. Шоратх верил, что им удастся переплыть море и стать первыми людьми, совершившими это.

Но людям нельзя переплывать Белое Море. В один из дней на корабль Шоратха налетел ужасный шторм, во время которого погибла половина команды. Ветер был столь сильным, что даже мачты корабля ломались под его напором, а волны, бьющие в борта корабля, заставляли скрипеть и трещать доски. А когда шторм уже стал стихать, и люди подумали, что им удалось спастись, воды белого моря вспенились и исторгли из себя величайшее из чудовищ — кракена. Это был огромный зверь, размером с наш замок в Бакорте. Его щупальца обвили корабль Шоратха, горя раздавить бедную посудину в любую секунду, но Мореход не испугался зверя.

Когда зверь приблизился к нему, чтобы пожрать Шоратха, тот сам напал на кракена. Он бил мечём по незащищённым глазам зверя. Каким-то чудом ему удалось ранить кракена, и тот, рыча и шипя, вернулся на дно белого моря, оставив измученных моряков в покое. Тогда те смогли продолжить своё плаванье. Несколько дней они шли вперёд и начали было уверяться в том, что вытерпели все, чем могло испытать их Белое Море, но они ошибались.

Ясным утром моряки услышали прекрасную песню. Она буквально охватывала их души, заставляя смеяться и плакать. Она лишала их воли и разума, и вскоре, следуя за песней, первый человек шагнул за борт корабля, упав в холодные воды Белого Моря. С этой секунды песня зазвучала ещё сильнее и многие из людей Шоратха уже готовы были последовать вслед за своим товарищем, а сам же мореход с огромным трудом сопротивлялся этому манящему голосу.

Собрав последние силы, что ещё оставались в его измученном теле, он запел. Самая похабная и грубая из песен, известных Шоратху, разнеслась над кораблём, заглушая манящий зов воды. Матросы, которых буквально вырвала из объятий смерти, песня их капитана тоже подхватили её, и чем громче они пели, тем тише звучала песня моря. Они смеялись и пели, и безумие Белого Моря отступало.

Этим же вечером они впервые увидели далёкую землю. Ту самую цель, к которой они плыли все это время и ради которой преодолели столько всего. Они были близки как никогда, но в тот миг, когда на небе появилась полная луна, Шоратх стоял у одного из бортов своего корабля, и в воде он увидел прекрасную деву, но вместо ног у неё был рыбий хвост.

«Поверни назад, — сказала ему дева, — или все вы умрёте в морской пучине».