Валерий Быков - Проклятый остров

— Прикройте меня, я прорублю решётку, иначе нас тут убьют.

— Давай.

Я сделал несколько шагов назад, в арку ворот, развернулся и начал молотить мечом со всей силы решётку. Но на ней оставались лишь глубокие царапины от моих ударов, не более. И тут до меня дошло, решётка была сделана из монокристалла. Она была не просто стальной, а монокристаллической, сверх прочной, и перерубить её моим мечом очень не просто, а теми топорами и мечами которыми рубили её солдаты, вообще не возможно. Я попал в смертельную ловушку, и выбраться из неё было очень сложно. Через десять минут орки перебьют всех рыцарей, а после убьют и меня. Тогда я решился и достал золотую склянку, которую выдал мне генерал, чтобы я использовал её против золотого меча. Экстракт дракона, страшная смесь. Я выпил её, и тут же почувствовал прилив сил, во мне была сила, равной которой я ещё не чувствовал, и я начал рубить. От каждого моего удара на решётке оставались глубокие выщерблины, и вот ещё удар, и один из прутьев решётки перерублен, ещё два удара, и перерублен второй прут. Один из рыцарей, сдержавовших орков в арке крикнул мне:

— Рим, поторопись, нас осталось пятеро, мы долго не протянем.

— Тороплюсь, но тут решётка из монокристалла.

Я удвоил усилия, хотя казалось что я и так на пределе, ещё несколько прутьев поддались. Воины продолжали стоять на мостике, выдерживая лившуюся на них сверху смолу и падавшие камни. Но тут я заметил, что смола у орков кончилась, и это хорошо, потому что она протекала в щели между щитами, и обжигала солдат. А вот камни такого урона не наносили. Наконец, решётка поддалась, я перерубил очередной прут, и фрагмент решётки выпал на меня. В ней оказалась щель, через которую при желании мог пролезть один солдат. Я развернулся и бросился в атаку на орков, дело было сделано, а вот рыцарей осталось всего трое. Но сзади стало подходить подкрепление, по одному солдату в пять секунд. И уже через несколько минут нас во дворике было несколько десятков.

Глава 15: Золотой меч

Мы продолжали рубиться с элитными воинами орков, у нас под ногами уже хлюпали трупы, лежавшие в два слоя. Через щель в решётке продолжали подходить подкрепления. Я заметил, что бок о бок со мной рубятся уже не только людские, но и эльфийские воины. И орки поняли, что мы прорвались в крепость, так неудачно для них, и прорыв наш уже не остановить, и я увидел, как из замка, за спиной у сражавшихся с нами орков вышли вожди, их было пятеро, и один из них был вооружён золотым мечом. Я не много испугался, ведь я израсходовал свой эликсир. Ни капли не осталось. Но орки не ломанулись в атаку сразу, они стояли за спинами своих воинов, и медленно приближались к нам, по мере того, как гибли их солдаты. И я увидел, как вождь орков, державших золотой меч выделил меня из толпы, наши глаза встретились, я увидел в глазах орка ненависть и смерть сулившую людям, и он двинулся ко мне. Орки уже знали, слышали обо мне, они знали, что я великая угроза для них, но верили, что золотой меч остановит меня. Один из элитных эльфийских рыцарей бросился в атаку на орковского вождя с золотым мечом, нанёс удар, вождь отбил его, потом замахнулся и ударил рыцаря сверху вниз, рыцарь закрылся от удара своим мечом. И… Невероятно, но золотой меч перерубил меч эльфа и разрубил тому голову. Я понял, что золотой меч это серьёзно, элитные рыцари эльфов были вооружены хорошими клинками, и даже такой меч не смог выдержать удара. Орковский вождь с золотым мечом приблизился ко мне, и наши и орковские воины наблюдали за нами обоими. Бой прекратился, все расступились, вождь встал напротив меня. Воины смотрели, на нас, и решали, кто из нас победит. Все понимали, что победивший сейчас в этой битве, победит и в войне. Я достал из кармана экстракт, обычный экстракт усиления, и спокойно выпил его, орк ждал, потом я поднял свой меч.

— Сегодня Рим, ты умрёшь. И потом мы выгоним людей и эльфов из наших земель, и никто из вас не сможет меня остановить.

Откуда-то орк знал моё имя, странно, ну да ладно, я сделал шаг, и наши клинки скрестились. Я нанёс серию ударов, так быстро, как только мог, но орк легко отбил их. Он был на много быстрее и сильнее любого из тех вождей орков, с которыми я раньше сталкивался, меч питал его своей силой. Наконец и орк сделал свой удар, я отбил, и мой клинок выдержал, на нём не осталось даже зазубрины. Орк удивился:

— В твоих руках хорошее оружие человек, у кого ты его украл?

— У бога войны.

Я сделал несколько выпадов, и усилил натиск, орк махнул мечом в ответ, я не успел отбить его своим мечом. И едва увернулся, золотой меч достиг моей груди, и легко рассёк мой сверх прочный доспех, я почувствовал боль. Из моей груди полилась кровь, я посмотрел на грудь, доспех был пробит, но я почувствовал, что рана была не глубокой, просто сильная царапина, и не более того.

— Вот и всё, — сказал орк, — конец вашему славному Риму.

Я решил подыграть, и, делая вид, что обессилен, опустился на колено, тяжело опёрся на свой меч. Орк замахнулся для последнего удара, считая, меня смертельно раненым, и я прямо с колен, перенёс центр тяжести со своего меча, поднял его и воткнул в живот орку. Потом отбил удар орка и встал с колен, вождь орков согнулся в три погибели, из его живота хлестала зелёная кровь. Среди моих солдат раздался радостный крик, я победил. Я бросился в атаку, чтобы добить вождя орков, но остальные орки заслонили его своими телами, и тот, не выпуская из рук золотого меча, быстро поковылял в тыл внутрь крепости. Орки не умели пользоваться магией лечения, и я знал, что этот вождь орков в ближайшее время сражаться уже не сможет. Бой продолжился, наши воины усилили прессинг, но и орки сражались с отчаянием обречённых. Оставшиеся вожди бросились в атаку, и начался тяжёлый бой. Я, не обращая внимания на царапину, зарубил ещё одного вождя орков, меня спасало кольцо регенерации, очень удобно в бою, через десять минут царапина закрылась, и кровь перестала течь. Ещё нескольких вождей орков зарубили наши элитные рыцари, сражавшиеся в первом ряду. Мы оттеснили орков из дворика, и бой переместился внутрь крепости, я сотворил светлячка. И ожесточённо сражался с врагом, орки отступали, запирали двери, и мы прорубались сквозь них, орков было много, но к нам подходили всё новые и новые подкрепления. Я продолжал сражаться. Мы как раз прорубали очередную железную дверь внутри крепости, за которой заперлись орки, когда меня нашёл Рип. Он похлопал меня по спине.

— Эй, Рим, это я Рип, — но я не сразу отреагировал, в пылу боя продолжая рубить железную дверь. — Рим. Ау, приди в себя.

Наконец я заметил его, отошёл от двери, которую тут же начали рубить другие воины, и спросил: