Богдан Дорошин - Глаз Демона

Когда Дети Света пошли в слепую атаку, он насколько позволяла скорость, высвободил накопленную мощь Бездны, перенаправив ее себе под ноги по всему периметру. Взрывы раздались за доли секунды до того как хранители настигли его. В воздух поднялись камни и пласты земли, закрывая собой небо; осколки брусчатки разлетелись во все стороны, почва под ногами просела и провалилась. Геринг специально рассчитал все так, чтобы битва проходила над одним из центральных подземных желобов клоаки. Туда же упал и он сам, погрузившись по пояс в нечистоты. Не желая терять времени, слуга Бездны шустро начал пробираться сквозь мутную грязную воду через узкий тоннель, пока храмовники не пришли в себя.

Не слишком гигиенично, сквозь сарказм подумалось Герингу, зато действенно. Глаз Демона пылал и слезился, жуткая боль застилала сознание, благодаря чему странник не замечал множественных ран своего истерзанного тела. Он шел вперед, шел не оборачиваясь. Его шансы скрыться зависели от Детей Света и их желания его преследовать. Он был чрезвычайно опасным врагом, которого отпускать нельзя ни в коем случае, но на площади Экралота творилось черте знает что, и там поддержка носителей Дара требовалась не меньше.

Спустя пять минут, Тварь все же остановился и обернулся. Туннель по которому он пробирался был пуст, не считая жирных лоснящихся крыс. Храмовники за ним не последовали. По крайней мере, этой дорогой.

***

Паскуль ощущал себя выжатым, но горячка боя все еще не оставила молодого хранителя. Рукоять своего меча он сжимал до белых костяшек, а в ушах все еще плавал грохот взрывов. Улица, на которой они находились, лежала в руинах, хотя еще недавно по ней бодро бегали повозки и гуляли пешеходы. Сила Проклятого оказалась велика, но сейчас не об этом следовало беспокоиться. Возмущение, которое доходило до Детей Света с главной площади города, пугало куда сильнее. Что конкретно там произошло, сказать навскидку было нельзя, но что ничего хорошего -- так это уж точно.

-- Что будем делать? -- спросил Аархон и в его голосе неуверенности было куда больше, чем ему хотелось бы. -- Этот... это существо... как думаете, после такого взрыва он мертв?

-- Вряд ли, -- выдохнул с задних рядов Назир.

-- А вот мне показалось, что он решил уничтожить себя вместе с нами, но у него ничего не получилось. -- Аархон нервно засмеялся, но быстро умолк. -- Так что же теперь нам делать?

У Детей Света, присутствующих на разрушенной улице, был одинаковый ранг, и по сути отдавать приказы друг другу они не могли. Только в том случае, если командир назначался сверху, как в случае с Астор...

Только тут Паскуль вспомнил о своей коллеге. Когда общая группа хранителей настигла Проклятого, тот уже разделался с девушкой. Всеми силами она пыталась его задержать и у нее получилось!.. Да вот только все оказалось напрасным. Тварь улизнул... скорее всего, улизнул, ибо сын кузнеца не верил, что он мертв.

-- Необходимо позаботиться о наших раненых, -- Паскуль вышел вперед, и голос его звучал немного хрипловато. -- Шорг, Каррот, леди Натау. Постарайтесь отыскать выживших. Назир и Аархон -- вы последуете за Проклятым. Если отыщите его тело -- хорошо, если он все же жив, то ни в коем случае не вступайте с ним в схватку. Сейчас главное не дать ему скрыться. Не бойтесь: из-за черного облака магический фон сейчас застлан туманом и враг вряд ли сможет вас заметить.

-- Да кто боится, -- фыркнул Назир; почему-то ему совершенно не хотелось спорить. В сложных ситуациях людям свойственно слушать тех, кто готов взять на себя ответственность. - Но с тебя потом новые сапоги...

Паскуль тем временем продолжал, сохраняя на лице пугающую серьезность. Говоря свои следующие слова, даже ему показалось, что звучат они приговором:

-- Я и остальные сейчас же отправимся к площади Эркалота, и окажем посильную помощь нашим братьям по вере. Не знаю, что там произошло, но именно к этому Господь и готовил нас все эти годы. И если нам придется сегодня отправится к нему в объятия, то пусть так оно и случиться.

Дети Света, стоявшие полукругом меж руин, возражать не стали. Они были готовы умереть.

***

Вместе с группой послушников Макс спустился на первые ярусы собора, а именно: в молельный зал, столь огромный, что в нем без труда поместилась бы иная пятиэтажка из его родного мира. Ровные ряды скамеек тянулись бесконечно долго, и вероятно могли уместить тысячи желающих выслушать воскресную мессу. В самом конце виднелся монумент, изображающий Эркалота. В отличие от того же Иисуса, этот бог кротким не казался: в руке меч, торс закован в нагрудник, а если вглядеться в выражение сурового лица, то сразу же становилось ясно, что пощады еретикам и отступникам не будет. У подножья толпились люди, в основном все в рясах, они усердно молились вслух, но каменное божество к их святым песням оставалось равнодушным.

Другая группа держала массивную дверь, словно при осаде. Сначала Макс удивился, но потом до него донеслись гулкие удары и царапание об дерево. Кто-то с той стороны явно желал проникнуть внутрь, но не знал как. Панические крики с улицы почти стихли. Либо все успокоились, либо успокаиваться было уже некому. Подобная мысль заставила Сиркина содрогнуться, и он опасливо присел на краешек скамейки, не зная как ему быть. Благодаря памяти девушки по имени Кейт он неплохо ориентировался в городе, и знал несколько лазеек, которыми можно покинуть поселение, но неожиданно замолчавшая площадь... Она его пугала. Как впрочем и странные завывания, царапания о дверь и редкие вопли, которые принадлежать человеку никак не могли.

-- Чего прохлаждаешься?! -- к Аксиру подлетел один из священников и с силой рванул за рясу в районе шеи. -- Не видишь разве, что небеса разверзлись?! Это кара ЕГО! А я предупреждал! Всех их предупреждал...

Глаза священника полнились безумием, и Макс не долго думая с силой оттолкнул слугу Эркалота. Тот упал, но на это никто не обратил внимания. Все были заняты своим делом: либо молитвами, либо сдерживанием двери.

-- Эй, -- обратился Макс чуть погодя, подавая священнику руку. -- Я... извини.

-- Что толку мне от твоего прощенья? Не видишь разве: небеса разверзлись!..

-- Да, да, я слышал. Кара господня и все такое. Лучше скажи мне как отсюда выбраться.

-- С собора? -- ужаснулся падре. -- Теперь это самое безопасное место во всем Арсдане! Ни одна нечистая сила не сунется сюда...

"Сомнительно", -- подумалось Максиму, и он вспомнил с какой легкостью пронес в эти стены черную книгу. Эркалоту на это было как минимум плевать. Но все же оставлять свои попытки расспросить священника, когда того душит страх и неуверенность, не следовало. Молодому человеку почему-то казалось, что теперь уж точно местная инквизиция его изловит, если он не уберется до того момента, как хаос уляжется, и следовало отыскать наилучший способ для бегства. Если бы только получилось добраться к портовым переулкам или Медной улице...