Александра Лисина - Холодные дни

— Здравствуй, Трис, — тепло улыбнулся купец, едва мы поравнялись.

— Доброе утро, мастер Брегол. Разве мы не попрощались вчера?

Он цепко оглядел мое новое облачение и покачал головой.

— Да-а… знаешь, если бы я увидел тебя в таком виде месяц назад, подумал бы, что передо мной настоящая эльфийка.

— У них волосы светлые, — напомнила я, внутренне жмурясь от похвалы.

— Все равно, тебе очень идет. Но я не за этим так рано встал и полчаса торчу тут, как старый дурак. Вот, возьми. Думаю, тебе пригодится.

Я озадаченно приняла короткую деревянную трубочку, в которых, как известно, королевские гонцы возят важные грамоты, не боясь дождя и непогоды. В ней любое письмо сохранится лучше всякого сундука — главное, в сырость не открывать, да сушить вовремя, если в воду упадет. А так — не промокнет, не отсыреет, не сломается и не порвется никакая ценность. Одно удовольствие иметь при себе такую полезную вещь.

— Это твоя новая подорожная, — пояснил Брегол, когда я непонимающе подняла глаза. — В ней — твое имя, место рождения (Ларесса, я думаю, подойдет?), пункт назначения (сама потом впишешь, что потребуется), а также залог, который я внес вчера от собственного имени. Если что случится, можешь смело ссылаться на меня — я подтвержу, что ручаюсь за тебя так же, как поручился бы за родную дочь. У эльфов, насколько я знаю, есть свои бумаги, но я на всякий случай вписал и их, так что с Патрулями проблем у вас быть не должно.

— Спасибо, мастер Брегол, — дрогнувшим голосом ответила я, хорошо понимая, какое сокровище он мне сегодня подарил. Да с подорожной я могу у любого Патрульного, в любом городе, в любое время дня и ночи попросить помощи! Могу взять любой заем, какой потребуется — его потом спросят с поручившегося за меня купца. Могу беспрепятственно зайти в любой дом, и никто мне уже не откажет, потому что теперь я — не безродная беглянка, у которой не хватит средств оплатить себе приличный постоялый двор, а очень даже уважаемая дама, с которой не гнушается водить дружбу известный в этих краях господин.

— Надеюсь, это немного облегчит тебе жизнь. Большего, увы, я сделать не в силах, — виновато добавил Брегол. — И больше не знаю, как еще отблагодарить тебя за то, что ты для нас сделала.

Я, не дослушав, слетела с седла и порывисто обняла мудрого купца, который, хоть и был немолод, но все же совсем не походил на старика. Густые русые волосы, теплые карие глаза, до боли похожие на глаза его сыновей, печальная улыбка, в которой проступает понимание… я никогда ее не забуду. Это правда. И ведь я ни о чем его не просила, ни на что не намекала, не решилась бы потревожить его такой трудной просьбой. Но он прекрасно понял мои сложности и все сделал, как надо. Потрясающий человек! Действительно прекрасный!

— До свидания, Трис, — прошептала Зита, осторожно обнимая меня сзади. — Жаль, что ты уезжаешь. Жаль, что все так грустно. Я буду очень скучать.

— И я… — у меня отчего-то перехватило горло. — Береги ее, Велих. И сына тоже береги. Он у тебя замечательный. Чистый, как и весь твой род. А Леху передай, что я благодарна ему за все. И скажи… скажи, что мне очень жаль. Пусть не сердится, он ни в чем не виноват.

Велих хмуро кивнул.

— Передам, если увижу, но ты лучше сама скажи: ему будет приятно.

Я только вздохнула.

— Счастливого пути, Трис. И будь осторожна — Приграничье опаснее, чем ты думаешь. Здесь даже твоего тигра может не хватить, так что побереги себя.

— Конечно, — слабо улыбнулась я и лукаво покосилась в сторону эльфов. — Не думаю, что такого сопровождения будет мало даже для Приграничья. Не волнуйся, все будет хорошо.

— Все равно… если бы не Лех… — Велих насупился еще больше, но быстро глянул в сторону остроухих и проглотил какую-то фразу. — Не пустили бы мы тебя одну. Даже с Ширрой на пару. Понятно?

«Особенно с эльфами!» — безошибочно прочла я в его глазах и мысленно улыбнулась: интересно, а как бы они меня задержали, если это даже оберону в свое время не удалось?

Беллри сделал вид, что не понял подтекста, но красноречивый взгляд Брегола игнорировать не решился: вежливо наклонив светлую голову, мелодично пропел:

— Не волнуйся, с ней все будет в порядке. Мы присмотрим.

Брегол незаметно скривился, потому как не слишком радушно относился к нелюдям, особенно с такой сомнительной репутацией, как у заносчивых эльфов, но делать нечего: за побратимов ручался его старший сын, а значит, доверять им можно — Лех всегда умел разбираться в попутчиках.

Мы снова обнялись, и, в последний раз распрощавшись, я вскочила в седло. Уверенно ткнула кобылу пятками и направила смирную лошадку к воротам, от которых за нами с любопытством наблюдали незнакомые стражники. К счастью, не те, которых мы миновали два дня назад, потому что мне не хотелось бы разъяснять всем и каждому, почему я так быстро сбегаю от назначенного судьбой «жениха». Но мне повезло: эти и слыхом не слыхивали про наши маленькие неурядицы, а потому, предупрежденные загодя предусмотрительным купцом, беспрепятственно пропустили нас во Второй Круг.

— До свидания, Трис! — крикнула в спину Зита.

Я помахала рукой, мудро промолчав насчет того, что вернее было бы сказать «прощай». На мгновение встретилась взглядом с Бреголом, снова поняла, что он прекрасно разобрался в моих мотивах. Немного смутилась, но делать нечего — вздохнув, я заставила кобылу перейти на трусцу и постаралась как можно быстрее скрыться от проницательного купца.

Ну, вот и все. Вот и закончилась эта страница. Долго она тянулась, нередко рвалась, мокла и покрывалась дорожной пылью, но теперь все действительно кончено. Можно ее перевернуть и с чистой совестью отправляться дальше. Брегол меня поймет, он всегда меня понимал лучше, чем кто бы то ни было в караване. А раз понимает он, значит, к моему утешению, когда-нибудь поймут и остальные. Даже Лех.

Жаль, конечно, что с ним не получилось проститься по-человечески, но я не в обиде — могу его понять. Остается только надеяться, что он получит мое, дописанное-таки этим утром письмо и не будет слишком огорчен тем фактом, что у нас не было ни единого шанса стать чем-то большим, чем просто попутчиками. Но тут уж, как говорится, ничьей вины нет — невозможно сие просто, вот вам и весь сказ. Судьба, если хотите. Надеялась я, конечно, что увижу его хотя бы сейчас, рядом с отцом и братом, но нет. Наверное, он все еще злится за сманенных в Пустоши эльфов. И это тоже можно понять: побратимы на дороге не валяются и на кустах не висят, подобно гроздьям спелых ягод. Побратимы-эльфы — тем более. А я только что увела у него целых двух. И это тогда, когда гнотт только-только, наконец, собрался вместе после долгой разлуки. Прости, Лех. Прости, что так вышло. Знаю, что поступаю не лучшим образом, но запретить Беллри и Шиаллу не могу. Это их выбор, и ты хорошо понимаешь, что не можешь вмешиваться. Это их воля, и даже мне тут ничего не сделать: эльфы испокон веков славятся верностью слову и странной привязанностью к данным обещаниям. Эти двое поклялись, что доведут меня до Мглистых Гор в целости и сохранности, а значит, пойдут следом, что бы ни случилось, и станут охранять так, как стерегли бы эльфийскую принцессу. Так что прости еще раз и не держи зла. Прочти мое письмо и иди с миром. Отпусти прошлое. Прими настоящее. Не бойся будущего, потому что оно никому неведомо. Пусть у тебя все наладится, пусть случится так, что ты забудешь обо мне, простишь, если сможет. Найди себе красивую девчонку и радуй внуками престарелого отца с матерью.