Ник Эндрюс - Жемчужина Пустыни

… Восход озарился ярким светом. Небо приобрело желтовато-оранжевый оттенок. Из-за высокого холма показался край пылающего светила.

До открытия городских ворот времени оставалось достаточно, а потому путешественники не торопились. Несмотря на длительный переход по гирканской степи, они чувствовали себя удивительно бодро и свежо. Сон, как по волшебству, снял накопившуюся усталость. Зажили даже раны на бедрах Селены. Отловив лошадей, мужчины быстро их оседлали, и как только подвесной мост опустился через ров, отряд двинулся к Рамдану.

Людей в городе оказалось ничуть не меньше, чем в прошлый раз. Однако теперь по улицам ходили не праздные кочевники, а торговцы с многочисленной свитой и верблюдами, нагруженными огромными тюками с товаром. Конан без труда различал в толпе иранистанскую, шемитскую, немедийскую одежду. Это могло означать только одно — блокада снята. И снята гораздо раньше установленного срока. Ведь купеческим кораблям потребовалось не меньше седмицы, чтобы преодолеть Вилайет.

Не теряя времени, киммерец сразу направился в порт. Найти дорогу было несложно. Куда труднее оказалось по ней пройти. Сплошной поток людей и животных. Громкие крики, ругань, ржание лошадей, свист плеток. Мысль о продаже иранистанских лошадей пришлось оставить, их просто бросили. Северянин двигался первым, бесцеремонно расталкивая прохожих, за ним семенила волшебница, а спину девушки прикрывал Исайб. Связываться с гигантом никто не хотел, и торговцы поспешно отходили в сторону.

Подул свежий прохладный ветерок. Миновав западные городские ворота, путешественники достигли цели. Перед ними раскинулась бескрайняя зеленоватая гладь Вилайета. Море сегодня было спокойно, и волны с тихим шелестом накатывались на песчаный берег.

В порту творилось что-то невообразимое. Удивительно, что такое количество людей, вообще, помещалось на причале. От гомона закладывало уши. То и дело между купцами разгорались драки. Охране порта приходилось нелегко. Уследить за всеми было невозможно. Идеальное место для воров-карманников. Положив руку на кошель, киммериец уверенно врезался в толпу. Продвигались путешественники очень медленно, часто приходилось останавливаться. Мимо брели вереницы поденщиков и рабов. Сейчас для них самое тяжелое время. Одни товары грузятся на корабли, другие, наоборот, перетаскиваются на опустевшие склады…

С высоты своего роста Конан сразу заметил нужное судно. Команда активно работает на палубе, капитан стоит на кормовой надстройке, а купец у мостков рассчитывается с портовыми сборщиками налогов. Еще немного, и корабль поднимет якорь.

Схватив Селену за руку, киммериец рванулся к судну. Несколько человек отлетели в сторону, послышалась отчаянная брань, но разве это могло удержать северянина?! Вскоре он достиг края причала, оставив позади себя широкий коридор.

Матросы уже убрали мостки, а гребцы опустили весла на воду.

— Эй, на борту! — выкрикнул киммериец. — Куда плывете?

— В Аграпур, — ответил один из моряков.

— Возьмете трех человек? — спросил Конан. — Я хорошо заплачу.

Капитан повернул голову к киммерийцу и окинул его взглядом. Одежда довольно дорогая, но порвана, испачкана, из-за спины торчит рукоять меча. Подобные люди всегда вызывают подозрение. Тем не менее, мужчина лениво спросил:

— Сколько?

Северянина и моряка разделяло примерно пятьдесят локтей. Киммериец взвесил на руке кошель и с силой швырнул его в сторону корабля. Капитан ловко поймал кожаный мешочек, развязал шнурок — и чуть не задохнулся от изумления. Столько золота за трех человек ему еще никогда не предлагали.

— Опустить мостки! — поспешно скомандовал мужчина.

Конан, Селена и Исайб поднялись на борт корабля, и он сразу отчалил. Дружно налегая на весла, гребцы вывели судно из бухты Рамдана. Теперь перед ними был весь Вилайет. Ветер раздувал паруса, гоня корабль к противоположному берегу Турана.

… Путешествие на «Стремительной лани» длилось более седмицы. Надо признать, судно отнюдь не соответствовало своему названию. Тяжелое, неповоротливое, с низкой посадкой, оно двигалось довольно медленно. Вдобавок ко всему, дул северный боковой ветер, и команда корабля не очень умело с ним справлялась. Нанявшие его для перевозки груза кхитайцы, вели себя сдержанно, и ни с кем не общались. Капитан тоже оказался не очень разговорчив. Киммерийцу с большим трудом удалось вытянуть из него подробности снятия блокады. Флот Илдиза пришел из Султанапура гораздо раньше времени и сразу атаковал пиратов. Разбойники не ожидали нападения, и оказать достойного сопротивления не сумели. Их корабли обратились в бегство. Часть судов погибла, часть попала в плен, но большинству удалось спастись и уйти в Запорожку. Битва еще не завершилась, а Правитель Турана уже разрешил торговым судам выход в море. В своей победе Илдиз не сомневался.

В его казну вновь потекла золотая река пошлин и налогов.

Северянин целыми днями просиживал на палубе. Его раздражал и корабль, и матросы, и капитан. Киммерийцу казалось, что они все делают слишком медленно и плохо. Хорошо хоть погода отменная. Как себя поведет команда «Стремительной лани» во время шторма, наемник даже не представлял.

Но вот на горизонте показался Аграпур. С души словно камень свалился. Сидеть на месте Конан был больше не в состоянии. Собрав свои вещи, он с нетерпением ожидал, когда судно причалит к берегу. Крики поденщиков радостно будоражили кровь.

Надвинув поглубже чалму, киммерец первым сбежал по мосткам и смешался с толпой. Рисковать северянин не хотел, а потому девушка и ее телохранитель двигались чуть сзади.

В «Полном штиле» их ждал Арамаз, однако там же можно нарваться и на засаду тайной службы. Мишрак хитер и коварен. Он, наверняка, провел тщательное расследование после побега «Жемчужины пустыни». Догадаться, что за этим стоит Халид, много ума не надо. Вопрос лишь в том, сумеет ли глава тайной службы добраться до контрабандиста?

Сжав рукоять кинжала, киммериец смело вошел в таверну. Посетителей в заведении было необычайно много. Шумно и весело купцы отмечали совершенные сделки. За время блокады цены на некоторые товары выросли до небес, и удачливые торговцы сумели получить огромный барыш. Отойдя чуть в сторону, Конан искал глазами шемита.

— Я здесь! — послышался знакомый голос.

Из дальнего полутемного угла поднялся молодой человек и двинулся к киммерийцу. Он заметил северянина первым. Впрочем, киммериец на «барса» не смотрел. Его интересовала реакция остальных людей. На первый взгляд, ничего не изменилось. Купцы продолжали пировать, и освободившееся место было тотчас занято. Арамаз приблизился к наемнику и наивно спросил: