Татьяна Бродсских - Марта

— Ты мне ничего не хочешь рассказать? — опять догнал Рыжий, когда ему уже надоест, или ему наоборот это нравится? Он чувствует себя охотником, а я для него добыча?

— Дирк, сколько еще раз мне надо повторить, чтобы ты понял? Я не буду твой невестой, скажи спасибо, отец не знает о твоей дикой идеи, сделать мне ребенка без бракосочетания.

— Так все дело в свадьбе? Мог бы и догадаться, вы женщины вообще на ней зациклены. Хорошо будет тебе свадьба, и освящение богини тоже. — Он улыбался нагловато и ласково, вот получается же у него, сочетать несочетаемое. Я не знала, как еще сказать Дирку «НЕТ», он все мои слова и поступки переиначивает, мне кажется, начни я кричать, что лучше смерть, чем свадьба с ним, он и тогда бы переиначил эту фразу в свою пользу.

— Дирк…

— А раньше ты называла меня Рыжик, — в его уста слово «Рыжик» получилось с раскатистым «Рррр», и почему-то заставило меня покраснеть.

— Рыжик, солнышко, все вопросы по поводу нашей свадьбы к отцу, — от моего обращения он расплылся в улыбке еще больше. — Если тебе каким-то чудом удастся уговорить отца на этот брак, так и быть я подумаю над твоим предложением, но не раньше, чем закончу академию.

Я ничем не рисковала, обещание выходить за него замуж я не давала, да и отец никогда не согласится на этот брак, с его нетерпимостью к другим расам.

— Считай, мы уже женаты красавица, — подмигнул мне этот невозможный тип и чуть тише добавил. — Так может, не будем ждать до конца декады, и проведем эту ночь вместе? Я буду очень нежен…

А дальше последовали перечисления всей программы, нет, никаких пошлостей он не говорил, но и его фраз вроде: «поцелую каждый пальчик на твоих прекрасных ножках» или «прочерчу влажную дорожку до твоего пупочка и ниже», хватило мне, чтобы иметь пунцовый цвет лица, и вздрагивать от каждого, якобы случайного его прикосновения.

Правда, несмотря на смущение меня так и подмывало спросить, чем именно он будет «чертить влажную дорожку», но глянув в его расширенные зрачки, передумала, с него станется еще и продемонстрировать. Надеюсь, он имел в виду поцелуи, а не что-то другое.

Пока мы дошли до главного здания, я уже не знала, куда мне от него деться.

— Дирк, перестань, это даже неприлично, — отбивалась я от его откровений.

— Марта, я оборотень и нюх у меня развит намного лучше человеческого. Я чувствую, что ты меня хочешь не меньше, чем я тебя, — в его улыбке не было превосходства, только желание.

Я даже не могла на него разозлиться, ведь сейчас он был прав, и как бы я не обижалась на его слова, которые он говорил Зуру, меня все равно к нему немного тянуло.

— Дирк этот разговор ни о чем, да ты мне немного нравишься, но я не собираюсь падать в твои объятия. И никаких интимных отношений у нас с тобой не будет, — излишне резко закончила я. Дирк хитро улыбнулся и открыл передо мной дверь. Я думала, он и дальше продолжит свой натиск, но нет всю дорогу до финансового отдела академии, он молчал, предупредительно открывая двери. Там нас отправили к кассиру, вот тут влез Дирк, не слушая моего шипения, спросил можно ли оплатить проживание за год, и получив ответ, что только за полгода, до первой сессии. Дирк кивнул и выложил требуемую сумму, на мои тычки в бок, он не реагировал. Не буду же я ругаться при посторонних.

— Дирк, я же говорила, что у меня есть деньги, — сказала я, как только мы вышли из финансового отдела.

— Марта, на свои деньги, купишь себе новую шляпку или, что там вам женщинам нужно, — раздраженно отмахнулся Дирк.

— Я не понимаю, зачем тебе тратиться на постороннего человека, — буркнула я в ответ, мне претило брать деньги, и не потому, что он может потребовать что-то взамен. Он ясно сказал, что этого не будет, просто это было как напоминание, сама о себе я позаботиться пока не могу.

— Ты не посторонняя, запомни это, — сверкнул он глазами в мою сторону. — После обеда пойдем и купим тебе платьев, а потом поужинаем.

— Какой ужин, я еще не завтракала, — меня раздражало, что он уже все распланировал, не спросив меня. — И платья у меня есть, просто вчера не было времени их погладить.

— Значит, сначала зайдем позавтракать, — невозмутимо продолжил он. — И это возвращает нас к вопросу о вчера, с кем ты была?

— Тебя это не касается, — произнесла я, отходя от него, заметив опасные всполохи в его глазах. Дирк нехорошо улыбнулся, огляделся по сторонам, подхватил меня на руки и затащил в какую-то нишу. Поставил на лавочку и уткнулся носом мне в живот, от неожиданности я застыла, разом растеряв все слова, что хотела ему сказать.

— Никого, — с какой-то блаженной улыбкой проговорил Рыжий. — У тебя никого не было, ни вчера, ни раньше.

— Ты это по запаху узнал? — прорезался у меня голос, а с ним и понимание, что руки Дирка уже под моей рубашкой. Я категорично пресекла их поползновения, ну и пусть они вызывали у меня мурашки, это ничего не значит.

— Да малышка, и от меня тебе никуда не деться, — поправляя на мне рубашку сказа он.

— Поживем, увидим, — буркнула, спрыгивая с лавочки. Я тоже настырная, и привыкла добиваться желаемого, а если учесть, что у отца тоже есть планы, от которых он отказывать, не намерен, жизнь у меня будет веселая.

У кабинета декана мы простояли недолго, я периодически ловила заинтересованные взгляды, бросаемые на Дирка. Вот спрашивается, девушки недвусмысленно дают ему понять, что он им нравится, а ему подавай меня. Пару раз я обращала его внимание на особенно привлекательных девушек, но каждый раз он только злился.

— А этот, что тут делает? — были первые слова отца, когда он покинул кабинет декана. Выражение лица при этом у него было очень недовольное, видимо разговор не доставил ему удовольствия.

— Мы собираемся сходить позавтракать, можешь присоединиться к нам, папаша, — ухмыльнулся Дирк. — Моя малышка совсем не следит за своим питанием, кожа да кости остались.

Я очень старалась не рассмеяться, с моим отцом так никто еще не разговаривал, надо было видеть, как у него белеет лицо и сужаются глаза от ярости. На всякий случай я приготовилась отражать его атаку, как бы Рыжий меня не раздражал, но наши с ним дела отца не касаются, я вправе сама собой распоряжаться.

— Отец, я действительно еще не завтракала, и было бы неплохо продолжить наш разговор за едой. Вообще-то я тебе уже все сказала, но если у тебя есть, что добавить, то с удовольствием выслушаю, — постаралась направить разговор в более мирное русло.

— Я хотел поговорить с тобой наедине, — поджал губы отец. — Но раз твой оборотень настаивает на своем присутствии…

Вот так втроем мы обосновались в лучшей ресторации Мажеского городка, в отдельном кабинете, мне это напомнило наши с Рыжиком и Россом посиделки в трактире Каракса.