Трой Деннинг - Глубоководье

Келемвар даже решил, что о нем забыли.

– Меня подождите! – крикнул он.

Черный Посох смерил воина взглядом, в равной мере сдержанным и негодующим.

– Теперь мы справимся без тебя, приятель. Ты и так сделал достаточно, забравшись в такую даль.

– Я тоже пойду! – упорствовал Келемвар, раздраженный подобной снисходительностью.

– У тебя язык заплетается от усталости! – возразил Черный Посох.

– Я все равно поступлю по-своему, – пригрозил воин.

Черный Посох взглянул на Эльминстера, изучающего Келемвара холодным, испытующим взглядом.

– Он мог бы пригодиться, – сказал наконец волшебник. – Дай ему снадобье бодрости.

Черный Посох поднял руку, и в ней появился пузырек с темно-зеленой жидкостью.

– Это поможет тебе восстановить силы, – пообещал маг, вручая снадобье Келемвару. – На время.

Несмотря на любопытство, воин не стал расспрашивать о содержимом пузырька. Оба волшебника были явно не в настроении, поэтому Келемвар решил не тревожить их подобными пустяками и приберечь вопросы на потом. Одним глотком он опорожнил пузырек и тут же почувствовал себя бодрым – так, как и обещал Черный Посох.

Не обращая на Келемвара внимания, волшебники прошли лабиринтом изогнутых переулков и улиц и остановились только достигнув какого-то здания внушительных размеров. Вывеска на двери гласила: «Распахнутые Двери».

Черный Посох и Эльминстер вошли внутрь и, не замечая любопытных взглядов посетителей, направились прямиком в конторку управляющего. Келемвар последовал за волшебниками и уселся за единственный в помещении конторки стол. Служанка, не ожидая распоряжений, немедленно принесла несколько кружек с элем и вышла, закрыв за собой дверь.

Владелец «Распахнутых Дверей», отставной воин по имени Дарнан Скиталец, входил в число таинственных правителей Глубоководья – секретного республиканского правительства города. Но об этом не знали ни постояльцы его гостиницы, ни Келемвар, ни кто-либо еще из присутствующих в этом помещении, за исключением Черного Посоха и Эльминстера.

Имя самого Дарнана и название его гостиницы таили в себе нечто большее, чем могло показаться на первый взгляд. Название таверны «Распахнутые Двери» указывало на то, что постоялец в счет оплаты ночлега должен рассказать какую-нибудь интересную историю. Кроме того, в нем скрывался намек на глубокую шахту – некое подобие расположенного внутри помещения колодца, ведущего в пещеры под горой. Потому-то Черный Посох и привел сюда своих гостей, хотя Келемвар полагал, что это лишь условное место, где они встретятся с каким-то там Гоуэром.

Эльминстер и Черный Посох сидели, не говоря ни слова, и Келемвар тоже не стал нарушать молчание. Поведение магов внушало ему некий благоговейный страх, а между тем воин считал, что они обходятся с ним – с тем, кто ради спасения мира пересек половину Королевств, – как-то слишком уж невежливо. Однако это не имело значения. Волшебники предоставили Келемвару единственный шанс снова увидеться с Миднайт, и воин с радостью терпел их невнимание.

Через несколько минут в комнату вошел коренастый, широкоплечий мужчина. За ним следовали Айларелл и красноносый карлик-дворф.

– Гоуэр, ты должен провести нас к Заводи Потерь, – не тратя времени на представления, обратился к карлику Черный Посох.

Дворф вздохнул:

– Вам придется заплатить.

– Назови цену, – попросил Эльминстер, хорошо знавший склонность дворфов переоценивать свои услуги.

– Пятнадцать… нет, двадцать кружек эля, – ответил Гоуэр, боясь, как бы не продешевить.

– Договорились, – кивнул Черный Посох, зная, что Дарнан покроет расходы, несмотря на заломленную цену. – Но только после того, как мы вернемся. Ты нужен нам трезвым.

– Семь сейчас…

– Одну, и на этом закончим, – рявкнул Черный Посох и перевел взгляд на широкоплечего мужчину. – Дарнан, ты позволишь нам воспользоваться твоим колодцем?

Дарнан кивнул:

– Не желаете ли, чтобы кто-нибудь сопровождал вас?

Эльминстер, знавший о доблестях Дарнана, взглянул на Черного Посоха.

– Если он так хорош в бою, как утверждают…

Дарнан засмеялся над неловким намеком Эльминстера

– Я принесу свой клинок и кружку Гоуэра.

Черный Посох провел гостей в соседнюю комнату, где находился колодец. Вскоре к ним присоединился Дарнан, принесший с собой кружку эля, блестящий меч, моток веревки и полдюжины факелов. Раздав каждому по факелу и запалив свой от светильника на стене, Дарнан опустил ногу в колодезное ведро.

– Спускай меня медленно, Айларелл. Я давненько не бывал там.

Айларелл опустил Дарнана в колодец. Следом за хозяином таверны отправился Черный Посох, затем – Эльминстер и Гоуэр. Наконец Келемвар тоже поставил ногу в ведро и взялся за веревку.

– Опускай, – велел он.

Айларелл принялся вращать рукоять ворота, и Келемвар начал погружаться в темную шахту. Пролетели минуты, и в десяти футах над дном колодца из бокового туннеля вдруг появилась рука Черного Посоха и втянула воина в отверстие. Затем волшебник повернулся к дворфу:

– Пошли, Гоуэр.

Отказавшись от факела, карлик двинулся вперед. Дарнан пошел следом за ним – двое волшебников и, наконец, Келемвар. Они спускались по лабиринту полуобрушившихся, проложенных когда-то дворфами туннелей и естественных подземных коридоров. Время от времени им приходилось пересекать заполненные бурлящей водой впадины, порой настолько глубокие, что Дарнан был вынужден брать карлика на руки и держать его голову над водой. В конце концов, герои подошли к гладкому, покатому коридору, круто спускавшемуся вниз и исчезавшему в темной бездне. Келемвар был уверен, что, если кто-нибудь поскользнется здесь, он так и покатится, пока не достигнет дна.

Та же мысль пришла на ум Дарнану.

– Я привяжу веревку, и мы сможем спуститься, – сказал он.

– Ерунда, – возразил Гоуэр, усаживаясь на пол. – Для этого нам веревка не потребуется.

С этими словами он оттолкнулся и заскользил вниз, исчезая во тьме.

Дарнан, Эльминстер и Черный Посох вопросительно переглянулись, но последовать примеру карлика никто не решился. Эльминстер указал на огромный камень.

– Ты можешь закрепить веревку здесь, – сказал он Дарнану.

Хозяин таверны привязал веревку, и вся компания отправилась за Гоуэром. Дворф, самодовольно ухмыляясь, поджидал их внизу. Коридор выходил в сводчатый зал таких огромных размеров, что огонь факелов не освещал ни потолка, ни противоположной стены. Светящиеся белые силуэты сотен, а может, и тысяч людей бесцельно парили повсюду.

– Заводь Потерь там, – пояснил Гоуэр, ткнув рукой в центр пещеры. – Но творится что-то странное.