Алексей Свиридов - Крутой герой

— И-и-и… — тянула Ла-Вай-Ли.

— Спасибо, а теперь цивил-доброволец команды «Железный Жора»!

Объектив камеры уставился прямо в лицо Андреа. Разбитной голос Джудит доносился через гомонящую толпу:

— Что вы чувствуете, находясь в железных лапах взбесившегося танка-робота?

— Пошла ты! — отмахнулся Андреа, воспользовавшись полузапомнившейся терминологией Слокума. Джудит не обиделась:

— Вечером я туда и собиралась. Правда, Джули? (Ха-ха-ха.) Вы надеетесь попасть в Большой Город?

— Хотелось бы, — нехотя, но всё же ответил он.

— Прекрасно! А кому бы вы хотели передать привет, прежде чем прозвучит сигнальный взрыв?

«Вы хочете шуток? Их есть у меня!» — озлоблено подумал Андреа, и глядя прямо в отливающие мёдом линзы объектива, раздельно сказал:

— Я хочу передать привет некоему Киоси, и спросить — как его голова? Не болит ли? А ещё я хочу спросить о здоровье господина Прерывателя, а то когда мы с ним расстались у него был очень болезненный вид. Так же мои поздравления даме высшего цвета Юлианне, фрейлине величественного высочества Наталии — я поздравляю её с великолепно вышколенными и надёжными слугами, типа того, череп которого украшает шею одного из бойцов команды «Кататония». А вот привет величественному высочеству и прочая, прочая, то есть Наталии я надеюсь в ближайшее время передать лично!

Договаривая до конца Андреа почувствовал, что что-то изменилось вокруг, но что конкретно, он понял только когда закончил речь.

Зрители замолчали. Публика, только что разнузданная, орущая, плюющаяся и рыгающая, теперь стояла тихо, и замерши. Даже от комментаторского автобуса не донеслось ни звука, хотя нет, один звук всё-таки был — многократно усиленное «ик!», словно Джудит подавилась очередной плоской шуткой.

«Так, а что я такого ляпнул? И что из этого следует?!» — искать ответы на эти вопросы времени не было, но Андреа чётко ощутил, что та самая инициатива, о необходимости захвата которой он так часто говорил, сейчас сама отдалась ему в руки. Только вот что с ней делать!?

Тишина словно с каждым мгновением давила ему на уши все сильнее и сильнее, словно накапливая в себе давление… И спустя секунду она взорвалась! Заорали, засвистели ржавые, к ним добавились нечленораздельные вопли комментаторов, в толпе замелькали вспышки выстрелов, причем направленных не только в воздух. Андреа вдруг подумал, что если бы неистовствующая толпа окружала поле не со всех сторон, а только с трех, то в четвертую вытолкнуло бы всех, кто на поле оказался, словно пулю из гильзы, в которой взорвался порох.

Оператор присел на корточки, делая «нестандартный ракурс». Очередная роскошная блондинка в черном, визжа, с разбегу попробовала перескочить через канаву, не сумела, и теперь карабкалась вверх, срывая с себя вывоженную в грязи одежду. Восхищенно-жаждущий взгляд ее был устремлен на Андреа, и он всерьез испугался того, что произойдёт, когда она таки до него доберётся. На помощь ему пришел судья: как только блондинка появилась на поле, он неторопливо опустил ствол автомата, и дал короткую очередь — пули взбили цепь фонтанчиков прямо перед ногами блондинки. Она остановилась, балансируя на самом краю рва, и следующая очередь пришлась точно ей под пятки. Саму ее не задело, но песчаный грунт подался, она покачнулась, и съехала обратно туда, откуда только вылезла.

— Робот, робот! — перекрикивая вопли позвал Андреа, пользуясь тем, что торчащий вперёд микрофон телекамеры все равно не смог бы вычленить его голос в этом рёве. — Что делаем теперь, а?

— Я … знаю! — щегольнул робот знанием ненормативной лексики. — С поля просто так не выпустят, кроме «калаша» судейского у них за вагонами еще минометная батарея и пара багги с пусковыми установками наготове стоят, на случай если кто сбежать с игры решит раньше времени.

— А-а-а… — добавляла в общий гам свои завывания Ла-Вай-Ли.

«А может и хрен с ней?» — мелькнула подленькая мысль. — «Прямо сейчас ее хватануть, и сдать судье, типа выиграли. И все кончится…» — с досады, что такие идеи лезут в голову, Андреа даже плюнул на пол, и тут же получил предупреждение:

— Эй, парень, не в хлеву!

Андреа собрался в ответ сказать что-нибудь хамское, но случайно зацепил взглядом судью, и понял: тот готовится дать команду к продолжению схватки. Застывшие в стоп-кадре Ану-инэн с Голди, стоящие в двух метрах от выставившей шипастые локти татуированной, тоже напряженно ждали сигнала, а куда смотрит скрытый броней водитель клыкастой машины, сказать было трудно. Но судя по тому, что сразу из всех выхлопных труб вырвались фонтаны искр и черного дыма, он тоже был готов к действию.

Вот судья вытащил наконец свою гранатку, вот швыряет ее верх… Граната не взорвалась. Граната просто исчезла в беззвучной, или во всяком случае не более звучной, чем все вокруг вспышке белого пламени.

Правый динамик робота вдруг ожил, и из него донеслись голоса Джудит-Джули:

— Но что это? Что случилось, Джудит?

— Случилось то, о чем мы говорили в самом начале передачи. К нам прибыли представители спонсоров игр Мемориала Чёрта Таннера!!! Я попрошу наших операторов не пропустить этого величественного зрелища!

Андреа задрал голову: зрелище было и вправду величественное: на высоте примерно к сотни метров к полю подплывала летающая тарелка, несмотря на дневное время расцвеченная по окружности яркими огнями. Неутомимые зрители продолжали орать, но теперь общий шум стал ритмичным и рифмованным, напоминая песню, и большая часть толпы, воздев вверх сцепленные руки начала в такт это песне покачиваться.

— Ну вот, пожалуй что и всё, — уже не делая попыток приглушить свой голос устало произнёс Андреа. — Если я правильно понимаю, сейчас наши приключения окончатся. Жестяной, ты как на этот счёт?

— А мне-то что? Ну врубят гасилку, ну вмерзну… Точно так же и на свалке бы лежал. А так хоть развлекся напоследок, — откликнулся робот жизнерадостно.

— Гасилку не врубают. Есть словесная формула, её говорят… — ответил Андреа, просто ради того, чтобы хоть что-то сказать, и вдруг безумная идея озарила его.

— Хэй, жестяной! Плевать на судью, он сейчас в ступоре! Крути колёса к девчонкам, и мохнатого дорогой прихвати!

Робот не стал переспрашивать. Рычаг переключения передач сам собой скользнул вперед, двигатель загрохотал так, что у Андреа заболели уши, и рывок вперед повалил Андреа на пол вместе со спинкой кресла и баранкой в руках, а вместо руля осталась торчать голая колонка. Понял электронный мозг план Андреа, или нет — скорее всего нет, но поправка, которую робот внёс, оказалась очень кстати: покосившаяся дуга для тента зацепила за лямку комбинезона оператора, и протащила несчастного метров десять по земле, пока лямка не оборвалась — оператор отлетел в сторону, но камера осталась болтаться на дуге, постепенно сползая к борту.