Павел Шумилов - Иди, поймай свою звезду. Караван мертвецов. Адам и Ева - 2

Мириам поднялась и направилась к спящим мужчинам. Дора подумала, что сейчас произойдет нечто ужасное, но Мириам лишь поскоблила лопаточкой у каждого во рту и вернулась к своему столику.

– Ну как? – в нетерпении спросил Греб.

– Сейчас, сейчас… Да, все четверо здесь. Сперма пятого – самая старая, уже вся мертвая. Никак не меньше ста часов, а может и больше. Это трое здешних суток.

– Придется взять девушку с собой и распросить, – решил Греб. – Она транспортабельна?

– Нет, но здесь оставаться опасно. Я понесу ее на руках, – ответила Мириам и начала складывать имущество. Дора осмотрела лошаков воинов, выбрала самого сильного, проверила подковы, оседлала. Маленький караван тронулся в путь. Мириам шла на полусогнутых, держа девушку перед собой. Двигалась так плавно, что девушка будто плыла по воздуху. Километров через десять прошли немного по дну мелкой речки и остановились на ночлег на ее берегу. Дора и мужчины занялись лагерем, а Мириам хлопотала над девушкой. Дора ей больше не верила. Ни заботливым рукам, ни ласковым словам. Перед глазами стояла картина, как раздвинув колени несчастной, она с холодным любопытством копается в срамном месте.

– Греб, а что мы будем с ней делать, если она не беременна?

– У тебя есть идеи?

– Ты же знаешь, фантазия – мое слабое место, – обиделась Мириам.

– Тогда спросим Дору. Дора, что ты посоветуешь с ней сделать?

– Все, что угодно господину. Кто такая Дора, чтоб советовать хозяину?

– Бунт?

– Лошаки расседланы, вычищены, напоены. Костер горит, похлебка варится. Рабыня Дора знает свою работу. Но хозяин, если хочет, может наказать рабыню Дору.

– Послушай, Дора, чего ты добиваешься?

Дора открыла рот, чтоб ответить, да так и застыла. А на самом деле? В караване уже заработала бы плеткой по спине. А когда последний раз ее спины касалась плеть? Еще в караване Телима. А если сейчас кто–то из чужих ударит ее плетью? От своих она вытерпит. А чужого ведь убьет. Голыми руками убьет, как Мириам учила. А сколько счастья, настоящего, большого счастья испытала за последние дни. Сколько надежд рухнуло и вновь возродилось? Как на качелях, все на полный размах, от края до края.

Дора закрыла рот, подняла глаза и увидела, что Греб все еще ждет ее ответа.

– Хочу, чтоб тебе стало так же больно, как мне. Тогда, может, ты убьешь меня и не отдашь дракону.

– Дался тебе этот дракон!

– Хорошего человека драконом не назовут.

– О, господи! Он не человек! Он дракон. Настоящий, с хвостом, рогами и крыльями. Зовут его Джафар.

– Дора не верит господину.

– А кому Дора верит?

– Никому. Дору все предали.

– И я? – удивленно спросил Крис? – Ну, спасибо! Когда я тебя предал?

– Хозяин, прости Дору, это еще не случилось, но скоро случится. Когда Черная Птица над тобой крыло раскинет, ты забудешь Дору, я точно знаю, мне Белая Птица понятие дала.

– Опять мистика?! Кассандра доморощенная! – рассердился Крис. Мириам заплакала.

– Тихо! – рявкнул Греб. – Сейчас мы все перегрыземся, разбежимся по углам, а должны быть вот так! – он поднял сжатый кулак. – Если мы перестанем верить друг другу, то погибнем из–за какого–нибудь пустяка. А я хочу верить тому, кто прикрывает мою спину. Сейчас мы уже не команда. Нас можно взять голыми руками. А Всемогущий набирает армию и скоро пойдет на Ашен. Какой из этого вывод?

– Господин может доверять Доре. Дора не подведет.

– Помолчи. Ты уже сделала свое черное дело.

– Греб, если ты так заговорил, значит у тебя уже есть решение, – высказался Крис.

– Да, есть. Бери свою жену за вешалку, тащи наверх и познакомь с драконами. Я думал, будет лучше, если Дора останется рабыней, но она за день сумела развалить нашу группу. Пусть наверху сама разберется в ситуации. На всю операцию даю тебе сутки. И еще! После побега Мрака с Зоны драконы ввели дополнительную защиту. Все компьютеры транспортных систем пытаются идентифицировать всех людей, которые пользуются их услугами. Особенно это относится к нуль–т. Куда бы ты ни ехал, компьютеры передают тебя по цепочке друг другу. Побег с Зоны в таких условиях невозможен. Но если в системе появится новый человек, это наделает очень много шуму. Поэтому идентифицируй Дору в компьютере нашей базы как экспериментального биокибера–андроида, созданного Великим Драконом.

– Не понял, чем в таком случае биокибер должен отличаться от человека?

– Названием. Для компьютеров этого достаточно. Никаких сигналов тревоги по сети не пойдет.

– Понял. А если люди заинтересуются?

– От Великого Дракона можно ждать чего угодно. Удивятся, но не более. Можешь у Мириам спросить. Да, все, что я сейчас сказал – государственная тайна. Знать ее не положено даже мне.

– Уже все забыл.

– Тогда двигай. У вас с Дорой в запасе местные сутки. 32 часа. Аварийный резерв – 10 часов. Итого – максимум 42, но тогда останетесь без сна двое суток.

Крис поднялся, потянул за руку Дору.

– Хозяин, я не хочу к драконам! – взвизгнула девушка.

– А кто тебя спрашивает?

Дочь Дракона

Они вернулись через 32 часа 10 минут. Мрачные и угрюмые. На шее Доры блестела тоненькая металлическая полоска, пародия на ошейник. Обеими руками она прижимала к животу какую–то детскую книжку. Старательно упаковала книжку в непромокаемый пластиковый пакет, спрятала в свои вещи. Опустилась перед Мириам на колени, поцеловала руку. Мириам хотела обнять ее, но Дора мягко отстранилась, пошла проверять лошаков. Потом распаковала свою постель, легла и накрылась с головой одеялом. Греб поднял руку, призывая к тишине и прислушался. Из–под одеяла отчетливо доносилась какая–то музыка.

– Это из древних записей. Уинтон Марсалис, мелодия Дюка Эллингтона. А называется «Караван», – подсказала Мириам.

– Я мог бы догадаться, – пробормотал Крис. – Она крутит ее беспрерывно.

– Как? – спросил Греб. – Все хорошо? Капризов больше не будет?

– Что такое хорошо и что такое плохо, Греб? – пробормотал Крис. – Да, познакомьтесь! Дора, приемная дочь дракона. Мрака мы не застали, а Катрин, его жена, удочерила Дору. Вы знаете их детей?

Греб кивнул.

– Артем и Шаллах, – произнесла Мириам. – Артем давал мне уроки фехтования.

– Они от Доры без ума. А Дора – от них. Как увидели нас, напялили жилетки и ходили исключительно на задних лапах. Артем еще ковбойскую шляпу нацепил. Крокодил в шляпе и жилетке. На голову выше меня, но ребенок ребенком.

– Крис, они и есть дети. Им всего по четыре года, – пояснила Мириам.

– Как я понимаю, это хорошо. А что плохо, Крис? – настаивал Греб.