Лорри - Всё не просто

Только бы успеть.

Зрелище пастушеской стоянки, представшее перед отрядом орков в рассветных сумерках, вызывало ужас. Когда-то зелёная уютная низинка между трёх холмов, сейчас была вся изрыта копытами скота. Не менее десятка туш лежало там, где их настигли голодные хищники. Количество волчьих трупов в другое время вызвало бы всплеск восторга от охотничьей удачи, но сейчас — только страх. Страх того, что они опоздали и никого не осталось в живых. Увидев несколько тел, у старика сжалось сердце. Торрин слез с коня и, с трудом передвигая ноги, подошёл и присмотрелся.

— Благодарю тебя, Великий Ор! — В избытке чувств прошептал старик. — Это не они.

Перед шаманом лежали растерзанные волками тела пастухов. Но, где же сын и внук? Торрин отправил охрану на поиски.

— Нашёл! — Один из орков подбежал к шаману и показал куда-то вправо. — Ещё живы!

Откуда только взялись силы — старик опрометью бросился на холм и увидел Рорина. Немного в стороне от развороченной стоянки находилось основное поле битвы. По волчьим трупам можно было свободно читать о произошедшем. Но старику было не до изысканий — он бросился к сыну. Он сидел, опираясь спиной о тушу быка, вся одежда была изорвана до лохмотьев, даже кожаная безрукавка располосована в нескольких местах. Многочисленные ссадины, порезы и висящая плетью левая рука давали понять, что победа орку далась тяжело. Даже для его могучего организма такое количество хищников оказалось слишком велико. Около туши быка лежало около десятка волков и два собачьих тела.

До кого же так стремились добраться хищники и кого самоотверженно защищали Рорин и собаки? Сын понял безмолвный вопрос и откинул край одеяла — под ним лежал смертельно бледный Эчеррин. Старик бросился на колени, откинул одеяло и осторожно стал осматривать и ощупывать внука. На голых руках множество порезов, но это мелочи. Главное повреждение — большая рваная рана на правой ноге. Количество крови под ногой очень обеспокоило старого шамана — надо срочно принимать экстренные меры или мальчишка умрёт от кровопотери.

Торрин дал знак, и боец принёс его сумку с травами и эликсирами. Быстро наложив жгут выше раны, Торрин распорядился перенести внука дальше от трупов, на которые уже начали слетаться мухи. Пока возились с передислокацией пострадавших, полностью рассвело. В ярком свете дня картина ночного побоища выглядела ещё более неприглядно. Более того — странно и настораживающе.

Сейчас был конец лета и хищники заняты воспитанием подрастающих волчат. Щенки слишком малы для длительных миграций, а на своей территории клан давно вывел большие волчьи стаи. Нет, бывали случаи, когда в холодные зимы звери собирались от голода в большие стаи и доставляли кучу проблем, но сейчас не сезон. К тому же все трупы принадлежали матёрым самцам — ни волчиц, ни щенков. К тому же звери не успокоились, зарезав нескольких телят, они явно пытались добраться до орков любой ценой. Странное поведение для диких животных. Что-то здесь не так. Но что?

Ладно, разберёмся, но позже. А вот внуком надо занять вплотную, да и руку Рорина надо посмотреть. Укусы хищников самые опасные — грязные зубы животных оставляют глубокие рваные раны, тяжело поддающиеся лечению. До стойбища мальчишку можно и не довезти — придётся стать лагерем поблизости и немного подлечить внука (за сына старик был спокоен — орк и с более тяжёлыми повреждениями не выпадет из седла).

Торрин послал двух бойцов согнать остатки стада к подножию холма, на котором они расположились. Отправил гонца в стойбище с новостями и за помощью (пусть привезут юрту, чистого полотна на бинты, да и дополнительная охрана не помешает). Двое остались охранять раненых и следить за местностью, остальные принялись свежевать туши и готовить мясо к копчению и другой переработке — из стойбища должны приехать несколько повозок со всем необходимым для этого. Для орков наступают тяжёлые времена, поэтому нельзя разбрасываться никакими ресурсами. Из собак в живых остался только вожак, остальные все полегли, защищая Эчеррина. Плохо. Они ценные союзники в степи и орки держали их за членов семьи.

Слишком много потерь для банального нападения хищников на скот. Слишком много вопросов вызывает поведение волков. Пора искать ответы и сделать так, чтобы они встали кое-кому поперёк горла.

Пора.

Глава 28

Не проси ничего у бога - Вдруг он выполнит твоё желание. Бывший проситель.

Странно, очень странно чувствую я себя. Прекрасно помню, что меня волк погрыз, но у меня ничего не болит. Я что, уже умер? Не похоже. Чертоги богов не могут быть такими тёмными, душными и тесными. Да и мелкие порезы на руках саднят, так что поживу ещё. Но то, что я совершенно ничего не чувствую ниже пояса, наводит на весьма печальные размышления. Неужели все мои грандиозные планы пошли прахом и мне суждено закончить свою жизнь беспомощным инвалидом? Лучше бы я умер! Стало вдруг так страшно и одиноко. За что? За что мне всё это!?

— Ну, и чего ты испугался?

Голос деда не дал мне окончательно впасть в панику. Я стал старательно осматриваться, даже приподнялся на локтях, чтобы своими глазами убедиться в том, что я не один. Стал всматриваться и справа проступил красный силуэт, значит, странное зрение всё ещё при мне.

— Что со мной? Ноги целы или всё, отпрыгался?

— Да нормально ты выкрутился из всей этой истории. Рана на ноге, конечно, не хорошая, но вылечить можно. Так что успокойся.

— Но я не чувствую ног! Совсем!

— Ты хотел бы ощущать все прелести последствий твоего близкого знакомства с волками? Можно устроить.

— Торрин, как наши дела? Чем всё закончилось?

Шаман встал, что-то отодвинул и я, наконец, понял, где я нахожусь. Меня положили в юрте (походный дом орков, состоит из длинных жердей и выделанных коровьих шкур) и дед просто откинул в сторону коврик, прикрывающий вход. Миленько, но тесновато. Но намного лучше, чем оказаться больным под открытым небом, да и выбирать не приходится. Дневной свет сначала больно резанул по глазам, но потом я стал видеть как обычно. Судя по звукам, доносящимся снаружи, вокруг юрты расположился орочий лагерь. Сквознячок принёс вкусный запах чего-то копчёного, и я понял, что зверски хочу есть. Но оставались проблемы с подвижностью — из-за лекарств, снявших боль, ноги не слушались меня. Даже сесть не получалось.

— Дед, как ты здесь оказался и что с остальными? — Повторяя свой вопрос, я страшился ответа, так как надежды на то, что никто не пострадал, не было. — Рорин?

— Жив. Вместе с собаками не дал добраться волкам до твоей бесчувственной тушки. — Старик сел рядом, откинул в сторону одеяло и стал ощупывать пострадавшую ногу. — Его немного покусали, но ничего страшного. А вот пастухам не повезло. Эчеррин, расскажи мне всё, что помнишь, это очень важно.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});