Александр Карпов - Необыкновенные приключения капитана Шпарина.

— Потерял, — сразу сообразил Шпарин.

— Без карточки не позвонить, — сказал директор. — Никак. А куда вы хотели позвонить, добрый человек?

— В полицию, — Шпарин взял директора под руку. — Не трепыхайтесь! Сообщить о трупе в машине. Я прошу вас пройтись до первого патруля и сообщить о стрельбе во дворе дома номер 24 — «Проходил мимо и услышал пальбу». Вернётесь — я вам выдам деньги на дорогу домой и пропитание. Всё по-честному. Риск минимальный. Помогите мне и я помогу вам. Придется это сделать. Приведёте себя в порядок, побреетесь, помоетесь и предстанете перед своими… У вас есть жена и дети?

— Е-е-сть, — пытаясь вырваться, промычал директор.

— Предстанете перед женой и детками в наилучшем виде. Куда пропали? Придумаете. Попробуете меня сдать, пропадете. Вас тут же свяжут с убийством. Попробуете уйти не выполнив моей просьбы — вам конец. Сами знаете — ползать по помойкам осталось недолго. Заберут в конце концов и отправят в никуда. Принимаете предложение?

В небе раздалось едва слышное жужжание. Шпарин и школьный директор посмотрели вверх.

Над сквером скользнул красный вертолёт с надписью по борту: «Телевидение. Новости Первого Сорта» и завис над домом номер «24». Над ним, намного выше, парил точно такой же, его принадлежность с того места, где находился Шпарин, различить было невозможно.

— Вы не добрый человек, вы страшный человек, не знаю, что вы там натворили, — сказал оборванный директор. — Но деваться некуда, пойду. Куда идти, в какую сторону?

— Полицейская машина стоит на первом перекрестке отсюда. Я её видел, когда мы переходили улицу. Выйдете из сквера, повернете направо.

— А если не поверят и меня заберут?

— Поверят. Только скажете, что слышали стрельбу минуту назад и они тут же помчатся проверить. Тут ночью неподалеку кое-что произошло. Им будет не до вас. Обычный прохожий. Документы не показывайте, даже если попросят. В этом случае бегите со всех ног и молитесь на бегу, чтобы вас не догнали, если не забыли, как это делается. Постойте, — Шпарин достал из пиджака паспорт на имя Погонялова Михаила Ивановича и сунул в карман рубашки. — Мы одной комплекции. Наденьте мой пиджак. Вас в вашем загребут. Одевайте. На ваши мятые брючки никто не обратит внимания. Возьмите расческу. Причешитесь. Оставьте себе. Топайте. Я буду ждать здесь.

Шпарин подтолкнул директора в новом пиджаке с гильзами в кармане к тротуару.

«Будет несколько минут… Если надумает сдать. Пока обыщут, пока подъедут. Уйти успею. Что за вертолёты?».

Он посмотрел на часы. Шесть двадцать пять.

«Алина! Я тебя обидел. Вёл себя, как последний идиот».

Директор медленно шел к полицейской машине.

«Ты такого прощания не заслужила. Дурак, а не резкий парень. Вот теперь действительно душа заболела. Остановился… Пошел… Грабли, опять грабли, на которые ты снова наступил. Дать бы тебе и в самом деле этими граблями по лбу. Такую женщину отпустил и потерял. А может так лучше? Мы с ней по разные стороны моей жизни. Прошел мимо машины…».

Директор сделал шаг назад, остановился, что-то сказал и махнул рукой в сторону дома номер 24.

Полицейская машина сорвалась с места.

«Молодец. Естественно вышло».

Директор перебежал улицу и нырнул в кусты акации.

Проехав метров пятьдесят, полицейский автомобиль затормозил. Открылась дверь.

«Поздновато спохватились».

На дорогу выскочил полицейский. Посмотрел назад и залез обратно. Машина помчалась к дому с аркой.

Директор, тяжело дыша, вывалился из кустов.

— Мои деньги!

— Получите, — Шпарин протянул директору несколько крупных купюр. — Достаточно?

— Более чем… Хватит на круиз по Лазурному Озеру, — сказал директор, снимая пиджак.

— Оставьте, — устало произнес Шпарин. — Он вам нужнее. Без проблем доберетесь до вокзала. Увидите дома двойника — гоните в шею. Прощайте. Всё по-честному.

«Если решит сдать, гильзы улика против него. Никому нельзя верить».

Шпарин оставил директора, выбрался из кустов акации на другую сторону сквера и зашагал по улице с названием «Двенадцатая линия».

Глава 13. Движения

Над городом летали вертолёты. По улицам мчались автомобили. Над домом номер 24 парили красные вертолёты с надписями на бортах: «Телевидение. Новости Первого Сорта». Один повыше, другой пониже. Во двор дома одна за другой въезжали машины со спецсигналами.

Шпарин вклинился в группу людей. На перекрестке отстал от них, свернул на «Тринадцатую Линию» и заскочил под крышу автобусной остановки.

«Камеры? Ерунда… Не смогут они меня вычислить среди десятков тысяч прохожих, даже при наличии специальной программы, где компьютер снимет данные с уличных камер, обобщит, выделит похожих людей. Где, кого искать? Когда? Можно, в конце концов, так изменить внешность, что и любимые девушки не узнают. Ерунда… Не будут они этого делать. Опасны полицейские… У них будут фотографии. Но гораздо опаснее «Холм». Это невидимое чудовище… Неприятности доставляют люди и не люди, которых он посылает мне навстречу. Можно ли считать человеком двойника? Супонева, которого я убил в штабе?.. А сам я кто?.. Как эта дрянь работает? Всё запутано и события чередой налазят одно на другое, но каждый раз приходит помощь. Кто-то протягивает мне руку, я выскакиваю на ходу из летящего под откос поезда, чтобы тут же оказаться в другом, играющем на погнутых рельсах составе, несущемся в неизвестность. Ладненько… Какое-то время можно передвигаться без опаски. Останусь в городе пока не утихнет… Хорошо бы сообщить вдовам… невестам, об очередной безвременной кончине жениха. Хотя Древака сделает это раньше меня. Как дать знать Маралову что живой?».

— Такси! — крикнул Шпарин.

Проезжающий мимо синий автомобиль с «шашечками» на капоте и дверях, вильнул к тротуару.

— Погнали, — Шпарин захлопнул дверь. — В тихую, невзрачную, но приличную гостиницу, братишка. Ушел от подруги. Всё! Разбежались. Спрятаться и отдышаться, пока не опомнилась. Застал с любовником, билась головой, стояла на коленях. Простил. Потом замотала причудами. Богатенькие они ведь знаешь, какие… Еле унес ноги. Есть на примете одна бабёнка, попроще.

— Доставим в лучшем виде, — заржал таксист, полный малый в армейской форме без погон. — Сам недавно сбежал от своей. Тоже богатая. Аналогичный случай, то это не так, то это. Я её любимого кота выбросил в окно. С пятого этажа. Взял и выбросил, после того, как второй раз нассал в мои тапки.

— Ты, братишка, живодер! Это слишком.

— Так он, сукота, оказался живой. Вернулся, как ни в чём ни бывало. И через полчаса снова нассал. Тут уж терпение лопнуло.