Ольга Ильина - Особенные. Элька-4

— Из-за Венеры?

— И из-за нее тоже.

— Ну, ладно. Пытать не буду, но ты хоть расскажешь, как у вас все прошло? Я просто жажду услышать подробности.

— Расскажу, только не здесь. Вдруг девочки вернутся, а тут я.

— Сияешь от счастья. Да уж, с этим надо что-то придумать.

Я была полностью согласна с Катериной, вот только не знала, что именно. Ну, не могу я ходить с постным лицом, когда меня буквально распирает от позитива, которым хочется со всеми поделиться.

— А вы-то как? Хорошо вчера добрались?

— Да. Нас мальчики развезли. Им надоело одним тусоваться, ну, они к нам и подключились.

— И превратился девичник в дружескую попойку.

— Что-то вроде того, — усмехнулась Катя. Кстати, ты знаешь, наша официантка очень приглянулась Максу.

— Да ты что? — удивилась я. — А он в курсе, что у девушки в родне демоны ходят.

— Демоны?

— Ага.

— Хм, тогда, мы здорово повеселимся. Так просто наш мачо этот орешек не раскусит.

— Боюсь, все зубки на ней обломает.

— А мы на это посмотрим, — хищно улыбнулась Кэт. — А то задолбал этот Макс над нами подшучивать.

— И не говори, — согласилась я. Я до сих пор не забыла наши каникулы в доме Влацек. Макс тогда здорово повеселился, наблюдая за нашими отношениями с Диреевым. Теперь пришла моя очередь веселиться.

Мы еще немного пообсуждали вчерашний девичник и разошлись. Кэт к Нику на свидание, а я решила в хранилище заглянуть, проверить, как там Иннокентий без Ильи Захаровича справляется. Профессор уехал утрясать дела с выставкой. Она пройдет через неделю у нас в Экспоцентре. А завтра, Илья Захарович обещал отвезти меня туда и даже разрешил самой оформить одну из витрин. Когда я узнала об этом, то не удержалась от вопроса:

— Надеюсь, это не лампы.

Признаюсь, они за этот месяц мне так надоели. Самые бесполезные и энергоемкие на мой взгляд артефакты. Ну, кому в наше время нужна лампа с маслом, которое никогда не кончается? Разве что заядлым автомобилистам. Вот только, боюсь, на выставке таковых не будет.

На мое счастье, учитель сжалился и доверил мне камни и украшения. Да, вот это моя тема.

К моему удивлению, у лифта столпилось несколько моих знакомых научников, в том числе и Сережа Федотов, к которому я обещала заглянуть, но так и не зашла. То у него карантин, то у меня личная жизнь налаживается, а вот сегодня мне ничего не мешало, наконец, посетить знаменитый питомник на четырнадцатом этаже. Только вот лифт явно запаздывал.

— Сереж, привет. Как ваш карантин?

— Да сняли, слава богам. Заглянешь к нам?

— Загляну, если ты не против?

— Кто? Я? Да я только за, к тому же нам надо поговорить.

— Кир просил? — догадалась я.

— Нет, Эль. Это скорее моя инициатива.

— Ну, раз так.

В питомнике было шумно, это первое, что я поняла, когда вошла в это поистине странное место. А еще он был огромным, даже больше нашего хранилища, раза в два, а то и в три. Кругом были клетки, небольшие и, наоборот, во всю стену аквариумы, маленькие вольеры и стойла как для лошадей. А вот животных или скорее магических существ было не так много, как я думала. Вначале были безобидные и неопасные животные, а вот если углубиться, то можно услышать вой мифической гидры или голову скалистого ящера, всего того, что в обычном мире считается обыкновенной легендой. Меня поразил палладин. Странное китообразное животное, только плавающее не в воде, а по воздуху. Был еще мой любимый единорог. Именно такой, как я и предстваляла. Белоснежный коняшка, вроде пони, с такой же белоснежной гривой и большим искрящимся рогом на лбу. Он с интересом разглядывал меня своим лиловым глазом, как и я его.

— Какой же он красивый, — искренне восхитилась я.

— Но ужасно своевольный, — с нежностью ответил Сережа.

— Ты очень их любишь?

— Конечно. Каждый для меня словно ребенок. А знаешь, мы разрабатываем программу, чтобы устроить в тайном мире заповедник для этих чудесных зверей.

— Для всех?

— А почему нет? К сожалению многие не могут размножаться в неволе.

— Как жар-птицы? Кстати, где она, я бы хотела посмотреть?

— У Поли сейчас период смены оперения, она в специальной комнате вместе со своим куратором. Это продлится где-то месяц или чуть больше, и вот тогда, обязательно приходи. Она станет настоящей красавицей. А сейчас я могу показать тебе ее родителей. Хочешь?

Конечно же, я хотела. Когда еще такое чудо увидишь?

Странно, но у жар-птиц все не так устроено, как у обычных животных. Здесь блистала самка, а самец был серым, страшненьким и без удивительного огненного хвоста. Я даже удивилась от такого контраста.

— Почему он такой… такой.

— Некрасивый?

— Необычный, — поправила я приятеля, чтобы не обидеть птицу. Почему-то мне показалось, что они очень хорошо нас понимают, не просто голос и интонацию, но слова.

— Мужчина в этой паре защитник. Он позволяет своей избраннице сиять, привлекать внимание, быть у всех на виду, но стоит только какому-нибудь хищнику к ней приблизиться, то в дело вступает самец. Ты не верь такому непрезентабельному оперению. Когда опасно, они горят ярче пламени, и не только хвост, но и все оперение.

— И они не сгорают?

— Нет. В природе все продумано, даже в магической природе. Кстати, самцов часто называют мифическими фениксами, за эту способность гореть и возрождаться из пепла. Но только когда они умирают.

— Удивительные существа.

— Да, а еще очень верные. Один раз выбрав пару, они остаются с ней на всю жизнь, и если по какому-то злому року один партнер погибает, то второй умирает от тоски чуть позже.

— У людей такое единение душ редкость.

— Мои родители такими были, — некстати сказал Сергей. Я даже удивилась, хотела что-то спросить, но не нашла правильного вопроса. Впрочем, он сам продолжил.

— Многие верят, что родители были предателями, что они состояли в этом культе. «Темная кровь», но не многие знают, что на самом деле все было не так. Не многие знают, что они были инквизиторами и внедрились в культ, чтобы разоблачить его руководителя.

— Откуда ты знаешь это?

— Читал архивы. Знаешь, я все не мог успокоиться. Тоже верил, что они виноваты, Кир — нет, а я. Мы так ругались из-за этого. Но я просто не понимал. Знаешь, он был там, когда их убили.

— Что значит был? Мне казалось, их судили.

— Нет. Никто их не судил, даже обвинений вынесено не было. Их предали. Кто-то донес, что они служили в инквизиции.

— Ты сказал, Кир был там. Значит, он видел убийц?

— Он не помнит ничего из того времени, не знаю, то ли от того, что был слишком мал, то ли из-за пережитого ужаса. Их убили на его глазах. Такое не каждый взрослый-то выдержит.