Священная охота - Лоис МакМастер Буджолд

и из темницы он, если захочет, может исчезнуть — тем же ужасным способом, — как бы его ни охраняли и в какую глубокую камеру ни запрятали бы. Ингри решил, что совсем не хочет, чтобы Венсела заточили.

Губы Йяды дрогнули, когда ей пришла новая озадачивающая мысль:

— И как же на протяжении всех этих столетий происходят похороны графа, если его душа никогда не устремляется к богам?

Ингри задумался: действительно, ведь никакие слухи не ходили… Потом он махнул рукой:

— Он же занимал тело следующего наследника, который обычно и организовывал все обряды. Держу пари: он давно наловчился устраивать все так, как ему хочется. Ну а если раз-другой ему это не удалось… что ж, некоторые люди ведь превращаются в призраков.

Странность всей этой ситуации вновь завладела воображением Ингри. Каково было Хорсриверу смотреть, как его тело хоронят, снова и снова? Каково было прилюдно скорбеть, зная, что оплакивать следует не отца, а сына?

Йяда кивнула: подобные же размышления заставили ее погрустнеть.

— Если бы древним заклятием занялся храм, что смогли бы сделать священнослужители?

— Не уверен… Ничего, мне кажется, если только не при помощи колдовства или чуда.

— Боги уже по колено увязли во всей этой истории — и без особого почтения к храму.

— На то похоже, — вздохнул Ингри.

— Так что же нам делать?

Ингри потер болевшую шею.

— Ждать, пожалуй. Пока. Я отправлюсь к Хорсриверу и буду шпионить, но вовсе не только ради Хетвара. Может быть, мне удастся узнать что-то, что прояснит ситуацию, найти недостающий кусочек головоломки.

— Но какой ты подвергнешься опасности! — забеспокоилась Йяда. Ингри только пожал плечами. Девушку такой ответ не устроил: — В твоем молчании мне чудится какая-то ужасная неопределенность.

— Неопределенность? — фыркнул Ингри. — Сегодняшний неласковый денек едва не заставил меня развалиться на части.

Йяда снова всплеснула руками.

— Пока я тут прохлаждалась в этом доме!

Ингри наклонился к Йяде, мгновение поколебался, все еще опасаясь того, что сделал с ним тот первый поцелуй, но все же приник к губам девушки. Йяда не отстранилась. На этот раз не было внезапного шока, ни для него, ни для нее мир не померк, — но только потому, что теперь их соединяла нерасторжимая связь. Ингри отчетливо ее ощущал — словно текущий сквозь них могучий поток.

Телесное возбуждение приглушила усталость, а сладость губ Йяды заслонило отчаянное беспокойство. Девушка прижалась к Ингри не из-за вожделения или любви, а в страстном стремлении найти опору — не в его сомнительных дарованиях, а в Ингри целиком, включая волка. Это чудо согрело сердце Ингри.

Йяда немного отодвинулась и откинула волосы со лба Ингри, все еще встревоженная, но уже улыбаясь.

— Ты сегодня ел? — практично поинтересовалась она.

— Когда-то давно.

— Ты выглядишь ужасно усталым. Нужно поесть.

— Хетвар тоже так говорил.

— Значит, так оно и есть. — Йяда поднялась. — Я распоряжусь, чтобы на кухне занялись твоим ужином.

Ингри прижал прохладную руку девушки к своему лбу, прежде чем неохотно выпустил ее.

На полпути к двери Йяда оглянулась через плечо.

— Ингри…

— М-м? — Ингри поднял голову, которая уже успела опуститься на скрещенные на столе руки.

— Если Венсел в самом деле в каком-то мистическом смысле священный король, а ты в самом деле его наследник… что это для тебя значит?

«Страшную угрозу».

— Ничего хорошего мне это не сулит.

— Ха! — Йяда покачала головой и вышла.

На следующее утро Ингри проснулся позже, чем намеревался, а распоряжения — принесенные Геской — прибыли раньше, чем он ожидал.

Поправляя только что надетые камзол и пояс с ножнами, Ингри спустился по лестнице и увидел в холле бывшего своего лейтенанта. Геска наклонился к уху Ингри, бросил недовольный взгляд на привратника, который мешкал у двери в кухню, что-то говоря мальчишке-слуге.

— Вы должны явиться к графу Хорсриверу.

— Уже? Быстро сделано. А что насчет пленницы?

— Я должен занять ваше место и сторожить ее здесь.

Ингри напрягся.

— От чьего имени — Хетвара или Хорсривера?

— Хетвара и верховного настоятеля.

— Они не намерены перевести ее куда-то в другое место?

— Никто мне об этом не говорил.

Глаза Ингри, изучавшие нервничающего лейтенанта, сузились.

— И кому ты докладывал о собрании у Хетвара прошлым вечером?

— С чего это мне кому-то докладывать?

Ингри небрежно — ничуть не обманув этим Геску — сделал шаг вперед, так что лейтенанту пришлось попятиться к стене, и заставил Геску посмотреть ему в глаза.

— Можешь признаться, что ходил к Хорсриверу. Раз уж мне предстоит служить ему, как я служил Хетвару, не сомневайся: я скоро стану его доверенным лицом.

Геска открыл рот, но сумел только, не выдавив из себя ни слова, покачать головой.

— Отпереться не получится, Геска. Я знаю о твоих письмах Венселу. — Это был еще один выстрел наобум, но по тому, как дернулся лейтенант, Ингри понял, что попал в цель.

— Откуда вы… Я не думал, что это принесет вред! Ведь он — союзник лорда Хетвара. Я просто решил услужить другу хозяина.

— Почему-то мне кажется, что не задаром.

— Н-ну… я ведь небогатый человек. А граф — не скряга. — Геска нахмурился, снова насторожившись. — Так откуда вы узнали? Готов поклясться: вы ничего не видели.

— Благодаря такому своевременному прибытию Венсела в Миддлтаун. Ну и по другим признакам тоже.

— Ох… — Геска, скривившись, поник.

Так что же так огорчило лейтенанта: то, что он не устоял перед соблазном и предал господина, или просто то обстоятельство, что его разоблачили?

— Катишься по наклонной плоскости, а? Человек попадает в зависимость, не только когда пользуется милостями, но и когда оказывает услуги. Поэтому я, например, избегаю и того, и другого. — Ингри улыбнулся своей самой волчьей улыбкой, чтобы иллюзия его неуязвимости не вызвала у Гески сомнений.

Голос Гески сделался еле слышным:

— Вы собираетесь меня выдать?

— Разве я тебя в чем-нибудь обвинил?

— Это не ответ — особенно от вас.

— Верно, — вздохнул Ингри. — Если бы ты признался Хетвару, не дожидаясь обвинения, дело скорее всего кончилось выговором, и он тебя не выгнал бы. Хетвар не рассчитывает, что ему будут служить безупречно честные люди, но предпочитает точно знать пределы их стойкости. Это, наверное, дает ему приятную уверенность.

— А каковы пределы вашей стойкости? И какова его уверенность в вас?

— Мы не позволяем друг другу терять бдительность. — Ингри осмотрел Геску с головы до ног. — Что же, бывают и худшие тюремщики.

— Ага, и не такие красотки пленницы.

Ингри сменил шутливый тон на откровенно угрожающий.

— Пока леди Йяда под твоим присмотром, ты будешь обращаться с ней со всей доступной тебе вежливостью, Геска. В противном случае тебе придется беспокоиться