Янтарный свет. Трилогия (СИ) - Вишневский Сергей Викторович

– А чужая сила не мешает… В процессе?

– Нет. Наоборот. Она подчеркивает. Когда рядом вода, начинаешь ценить каждый огонек. Каждую искорку. Стихия четче, отклик ярче, пламя жарче.

Руди задумчиво покивал и с усмешкой спросил:

– А женщин некромантов у вас много?

– Мало, и они все… – тут парень задумчиво осмотрел Руди и закончил: – Не очень любят мужчин.

– В смысле?

– Совсем не любят. Чаще любят женщин.

– Да? – удивленно спросил Руди. – Я про такое слышал только про Савальдоских жриц. Там с мужчинами туго.

– Мужчины в жрецах не ходят?

– Нет, они их едят, – хохотнул оживший мертвец. – А почему так повелось?

– Женщин с даром смерти очень мало, – пояснил Тор. – Не спрашивай почему. Такова судьба одаренных. А те, кого угораздило заиметь такой дар, сталкиваются с обратной стороной. Среди одаренных магов жизни почти нет мужчин.

– Как это нет? Я ведь есть.

– Почти. Целители в основном женщины. Такова судьба одаренных. И те девушки, что имеют дар смерти, почти обречены на одиночество. Мужчин с даром жизни немного, и для них нет принципиальной разницы, с какой стихией иметь дело в партнере. Они растут от антипода любой стихии.

– Но антипод жизни – смерть.

– Да, говорят с ними лучше, но… у некромантов специфическая слава. Особенно у женщин.

– Ты просто не слышал про Свадийских шлюх, – хмыкнул Руди и задумчиво почесал голову. – А как поступают в вашу… ваш оплот?

– Сдают экзамен, – пожал плечами Тор. – Только вот вас туда навряд ли примут.

– Это еще почему?

– Бесплатно обучаться в оплоте Стального хребта имеют право только Дракарцы. Остальные обязаны платить.

– М‑м‑м‑м? Думаешь у нас не хватит денег? – хмыкнул Руди.

Юный маг огня скосил взгляд на золотой котелок на огне и перевёл взгляд на воришку.

– По две тысячи золота за каждого, – ответил он. – Не каждый герцог Бравии может позволить такое обучение для отпрыска.

– Ну, парочка может, – хмыкнул мёртвый целитель. – По крайней мере могли до того как мы встретились.

– Тебя точно не возьмут, – покачал головой Тор. – Нежить у нас не учат.

– А это уже наши проблемы, – хмыкнул Руди и достал стаканчик с костями. – Ну, а пока… часть команды занята. Я предлагаю небольшую игру.

Руди осторожно взглянул на кости в стаканчике и произнёс:

– У меня с собой нет денег.

– О, поверь, деньги порой не главное. Иногда – это просто металл. Красивый, блестящий, но всего лишь металл. Я предлагаю сыграть на кое‑что другое.

***

– Именно поэтому он древний, – произнёс Ларс, глядя на длинную грядку, около двадцати метров, покрытую письменами. – Впервые в жизни ощущаю себя студентом, проверяющим аксиомы учителя.

– Да. Этот Ким… – начал было Гюш и остановил взгляд на последней формуле и индексах, которые им удалось получить. – Не знаю, кто он, но подход завораживает. В первый раз я был уверен, что мы где‑то ошиблись в расчетах, но уже ять проверок в четыре глаза и…

– Знаете, коллега, я думаю, что нам всё же надо оставить след на этих скалах и записать всё это, – произнес Ларс.

– Только сделать пояснения и добавить практические выводы, – кивнул маг теней и, поймав недоумевающий взгляд Ларса, пояснил: – Для тех студентов, которые постоянно проверяют аксиомы учителей.

Старичок с легкой улыбкой закивал и направился к огромной скале.

– Как думаете, коллега, эта подойдёт? Склон ровный, на нем будет отлично смотреться…

– Только сначала укрепить структуру. Отвесный склон – не самое надежное место.

Маги с довольным видом отправились к отмеченному месту, но на полпути одновременно остановились, заметив у костра довольно жующего кашу Руди. Перед ним лежала одежда мага огня, сидевшего с офигевшим лицом, напротив.

– Мне кажется или… – начал было маг теней.

– Я тоже заметил, – кивнул Ларс. – Руди заметно восстановился.

Лицо воришки почти пришло в норму, отличаясь лишь бледным оттенком. Руки уже не имели язв, но всё ещё были сухими и с синюшным оттенком.

– Я не понимаю, как это происходит, но по‑моему он… Он восстанавливает силу от своих проделок.

– Деда! – махнул рукой им воришка. – У меня два вопроса!

Ларс сморщился, взглянул на Гюша и кивнул головой.

– Пойдём. Этот мелкий пакостник не отстанет, – проворчал он.

Маги подошли к улетающему кашу парню.

– Что за вопрос? – спросил Ларс и, уловив аромат каши с мясом, сглотнул.

– Первый – как соблазнить лесбиянку, – спросил Руди, отчего Гюш закашлялся.

– Я изучаю магию уже не первую сотню лет, – подняв одну бровь, произнёс старичок. – И это первый раз, когда я не знаю, чем ударить спрашивающего.

– Ой, да ладно тебе, неужели нет какого‑нибудь заклинания, чтобы женщина на мужика смотрела, а не на бабу?

– Можно вырастить бабе чл… кхе, мужской орган, – предложил Гюш, стараясь не рассмеяться. – Тогда чисто технически…

– Есть еще вариант вырастить сиськи мужику, – тут же поддержал Ларс.

– Да вы два извращенца! – пригрозил им ложкой Руди. – Слушать вас – аппетит себе портить!

– Какой вопрос, такой ответ, – пожал плечами Ларс.

– Ты сказал, что у тебя два вопроса, – напомнил Гюш.

– А второй это не вопрос. Это скорее новости.

– Да? И что же у тебя за новости? – с усмешкой спросил Ларс.

– Деда, ты походу скоро снова станешь студентом, – широко улыбаясь, ответил Руди.

***

– Можно, в принципе, попробовать его придушить, – задумчиво глядя в спину Руди, предложил Гюш.

– Удушить мертвеца? – хмыкнул Ларс. – Смешно.

– Удушить? Нет. А вот заставить помучиться – да.

Ларс довольно улыбнулся и кивнул.

– Он будет забавно мотылять ногами в воздухе.

Пока два мага, что были на карете, выбирали месть для Руди, сидящий рядом с воришкой Ари рассказывал свой план:

– … В этом и дело! Этот рыжий знает, как поставить метку. Ставим мне метку, и я свободно добираюсь до этого… Оплота.

– Если на тебе будет метка, то она должна быть чья‑то, – задумчиво произнёс Ари. – А если на тебе будет чья‑то метка, то ты по сути будешь чьей‑то собственностью. Думаешь, тебя примут?

– Примут. Если на мне будет моя метка – никуда не денутся, – кивнул головой Руди.

– А этих ты зачем туда решил запихнуть? И как ты это вообще собираешься делать?

– Этих я собираюсь туда запихнуть из вредности, – заявил воришка.

– Они рабы, значит, по сути собственность. Как ты собираешься это делать?

– Оставь это мне, – пожал плечами воришка. – Что‑что, а нужное мне я сделаю.

Ари вздохнул и спросил:

– У нас есть Ларс и Гюш. Нам точно нужен этот оплот?

– Нужен, – кивнул Руди. – И в первую очередь тебе и Нами.

– Это ещё почему?

– Ты видел этих двух? Видел, как бьются маги? Слышал, что говорят о маге в первую очередь?

– Про то, как бьются – да, но при чём тут…

– Когда простолюдины спрашивают о маге, в первую очередь интересуются не его стихией, а о том, какую академию он заканчивал. Когда маги бьются на дуэли, они демонстрируют знаки своих школ. Даже у этих двух на одежде знаки Стального хребта. А что будешь демонстрировать ты или Нами, если случится дуэль? Про какую школу будешь говорить? Про тебя будут говорить – дикий.

– И что в этом плохого?

– В принципе ничего, но ты же не всегда будешь шататься по свободным землям. Ты вообще думал о том, чтобы остановиться? О месте, которое будешь называть домом?

– Думал, но…

– Не подумай, что я навязываюсь, но я бы предпочел жить рядом с вами. И мне кажется, что жить в карете под открытым небом для вас двоих… Может и приемлемо, но не тоже самое, что в своём доме. И уж тем более не то же самое, что жить в своей башне, со статусом и привилегиями.

– Мне привилегии не нужны, – нахмурился Ари.

– Ровно до того момента, как твои привелегии не помогут кому‑то выжить, – кивнул Руди. – Привилегии – это не только возможность комфортно проводить время и кичится своим статусом. Привилегии – это инструмент.