Инесса Заворотняя - Алина Дымова

— Привет, — с улыбкой сказал он

— Привет, — в ответ улыбнулась я

Вчера вечером Витя отвез меня к тете. Страшно было! Если бы не Снегов, я наверняка бы сбежала, а он не дал.

— Хорошо, что ты пришла, — вместо приветствия сказала мне тетя

— Нам, наверное, нужно поговорить, — выдавила я из себя, все еще стоя на пороге

— Может, зайдешь для начала? — приподняв бровь, спросила она

Кивнув, я зашла в квартиру. Вдохнув знакомый запах родного дома, я как бы почувствовала себя увереннее.

— Чай будешь? У меня есть твое любимое пирожное, — с улыбкой сказала тетя

— Подготовилась, — улыбнулась я, присаживаясь на свое любимое кресло, — конечно, буду!

Когда тетя налила чай и села напротив меня, я поняла, что молчать дальше глупо. В конце концов, я же сама к ней пришла.

— Как подготовка к свадьбе? Помощь нужна? — вопросы сами собой вырвались, хотя интересовало меня совсем другое. Правда, как это самое другое спросить я не знала. Я уже убедила себя, что все это меня не касается и не должно меня волновать, но червячок сомнения все еще грыз меня. Избавится от него, я могу, только узнав все до конца.

— Справляемся. Ты же не об этом хотела спросить, — с легким прищуром сказала тетя

— Не об этом, — тихо согласилась я. В конце концов, какая разница, почему она меня спас-ла! Она ведь спасла! А потом еще и вылечила и вырастила, хотя вполне могла просто сдать меня в приют! — Тетя, я влюбилась, кажется

— Вообще-то я заметила. Снегов мне давно приглянулся, — с улыбкой добавила она. Я да-же рассмеялась от неловкости. И как она обо всем узнает?

— Слушай, а ты вообще чего-нибудь не знаешь? — спросила я все от той же неловкости

— Не знаю, — легко пожала плечами тетя, а потом уже серьезнее сказала, — например, не знаю, почему ты вдруг стала меня сторониться

— Я не… — попыталась я оправдаться

— Алина, хватит юлить! — Строго сказала тетя

— Мне стыдно, я не имею права тебя об этом спрашивать, — на меня всегда безотказно действовал ее этот тон, но мне все равно было немного не по себе

— Алина! — прикрикнула она на меня и я сдалась

— Почему ты меня спасла? — опустив голову, выпалила я, чувствуя себя предательницей

— Что значит "почему"? — удивилась тетя

— Ты же должна была сопровождать семью Верблюдова. Почему я, а не Александра? — я опять вспомнила все свои сомнения, и голос даже окреп, но ощущение собственного преда-тельства захлестнуло меня

— Ты помнишь, когда ты была маленькая, я рассказывала тебе, как нам удалось спа-стись? — тетя же наоборот была спокойна и даже улыбнулась, когда спросила это.

— Помню. Мы оказались в спасательной шлюпке еще до аварии, — осторожно ответила я, вглядываясь в ее лицо — никаких признаков обиды.

— А как мы там оказались? — мягко спросила она

— Не знаю, — я совсем растерялась. Я думала, она обидится и вообще выгонит меня, а она вон даже улыбается!

— Я гуляла по палубе и услышала плач ребенка, твой плач. Ты играла в прятки и залезла в эту шлюпку. Я полезла за тобой, в этот момент случился тот взрыв, и нашу шлюпку просто сбросило на воду. Так что еще неизвестно кто кого спас, — с улыбкой добавила она

— Ты мне этого не рассказывала, — ошарашено пробормотала я, чувствуя какую-то неверо-ятную свободу. Наконец-то я свободна от этих постоянных сомнений и постоянных вопросов: "Почему я?". Наконец-то все разрешилось. Нас спас случай, счастливый случай!

— А теперь выкладывай, что ты там себе напридумывала! — потребовала тетя

— М-мм, мне теперь вдвойне стыдно… Ты только не обижайся, но я… — нет, не могу я ей этого сказать! Она для меня всё, а я в ней сомневалась. Да как я вообще могла о ней такое по-думать?! Предательница я! Самая подлая из всех возможных!

— Судя по твоему вопросу, ты подумала что-то не совсем хорошее. Зная твою буйную фантазию, я даже боюсь предположить что именно, — качая головой, произнесла тетя. Я почув-ствовала, что краснею

— Пусть это останется на моей совести, — потупилась я. Хотя кое-что я все же хотела бы узнать, — Тетя, а как давно ты… ну, симпатизируешь Верблюдову

— Симпатизирую? Надо же, слово какое подобрала, демократичная ты моя! — рассмеялась тетя, — Преследовал он меня давненько, конечно!

— Преследовал? — ничего не понимаю! Зачем преследовал? Почему преследовал?

— Ага, вот только я все время от него убегала, — усмехнулась тетя

— Почему?! — я буквально почувствовала, как рухнула башня из моих предположений и версий. Рухнула окончательно и бесповоротно, а я почувствовала легкость и свободу.

— Дорогая моя, я с 15 лет любила одного и того же человека! — со смехом сказала тетя

— Петровича? — с энтузиазмом спросила я

— Ты что, деточка! Славу! — воскликнула тетя

— Дядю Славу? — ошарашено уточнила я, — А почему вы тогда не поженились? — хм, надо же! Дядя Слава, который и так в принципе был мне за отца, которого я все время считала просто другом тети, на самом деле был ее любовью! Да уж!

— У нас с ним были очень сложные отношения, — с теплотой в голосе, ответила тетя, — мне самой до сих пор многое в наших отношениях непонятно, — с легкой грустью, сказала она. Чуть помолчав, улыбнувшись, тетя продолжила, — Ну, а после его гибели началась вся эта эпопея с Толей

— Как после?! Петрович сказал, что вы были знакомы еще до его женитьбы! — выпалила я

— Ну, да, были, — легко пожимая плечами, сказала тетя, — Подожди, так ты считала, что я все это время любила Петровича?! Да-а, тебе надо любовные романы сочинять, — качая голо-вой, протянула тетя

— Прям-таки и любовные! — Надулась я, правда больше из вредности, чем от обиды

— Ну, можешь и детективные, — рассмеялась тетя.

— В общем, вот так и поговорили, — закончила я свой рассказ Вите и села рядом с ним на диван.

— Ну, вот видишь, а ты боялась! — с улыбкой сказал он, обнимая меня за плечи

— Если бы не ты, боялась бы еще очень долго, — честно призналась я. Эти сомнения как гири придавливали меня к земле, не давали нормально жить. Теперь же, когда я от них осво-бодилась, у меня такое чувство, будто я могу летать! Ого, я завернула! Красиво сказано, эээ в смысле подумано. Может тетя права и стоит начать писать романы?

— Ты куда пропала? — чуть сильнее прижав меня к себе, со смехом спросил Снегов

— Да, так задумалась о своей фантазии, — ой, что-то как-то не так звучит, — в смысле, что она у меня буйная, — а так еще хуже. Пожалуй, лучше мне помолчать

— То, что она у тебя буйная, я уже давно понял, — рассмеялся Витя, — тебе бы романы пи-сать