Анна Алмазная - Лоза Шерена

    - Проводите ее в белые покои. И проследите, чтобы не удрала.

    - Слышишь меня, Рэми? - повторил Арман.

    Странно, вновь удивился Нар. Обычно архан не повторял. Обычно всем хватало и первого раза, а с теми, кому не хватало, Арман не церемонился. А теперь смотрел на мальчишку неожиданно мягко и... терпеливо ожидал ответа.

    - Слышу вас, архан, - изволил, наконец-то, ответить рожанин. - Но обязан ли вас слышать?

    - Когда выйдешь из залы, - Нар вновь удивился - архан явно пытался говорить с дерзким мальчишкой как можно мягче и спокойнее. А ведь обычно Арман с чувствами других особо не считался, - ты пойдешь с моим харибом.

    - А если не пойду? - сузил глаза мальчишка, и Нар мысленно сжался, ожидая привычной вспышки гнева. Однако архан вновь удивил:

    - Пойдешь! - отрезал он, направляясь к выходу.

    - А это еще мы посмотрим, - вздернул подбородок мальчишка. - Меня сам принц одолеть не смог, а вы, архан, на что надеетесь? На мое добровольное согласие? Тогда надеетесь зря!

    - Рэми, - вмешался молчавший до сих пор принц. - До сих пор не понял, что чудом сегодня остался в живых?

    - Миранис, я...

    - Хватит с меня и вчерашнего! - заметил принц. - До сих пор я тебе не приказывал, а теперь приказываю - подчинись! Забыл, кто я? Иди, Арман. Рэми не покинет замка и пойдет за твоим харибом, даю тебе слово.

    - А что ты сделаешь? Вновь применишь магию? - закричал Рэми. - А, может, еще немного зелья? А давай прям счас к жрецам смерти, тогда точно никуда не денусь!

    - Лерин! - приказал принц.

    Нар не понял, что произошло. Просто глаза Лерина блеснули синим, стрелой пронеслось короткое заклинание, и дерзкий мальчишка согнулся пополам, застонав. А когда выпрямился, то лицо его было спокойным, как у ребенка, а глаза безжизненными. Что же, может, оно и к лучшему.

    Но развернувшийся в дверях Арман так не думал. Он вдруг помрачнел, подошел к Рэми, взял его за подбородок и заглянул в глаза. А потом посмотрел на принца и жестко спросил:

    - Ты что творишь!

    - Арман, я... - неожиданно смутился наследник.

    - Ошалел? Так хочешь сделать его телохранителем?

    - Арман...

    - Я сам справлюсь, слышишь! И никакой магии. Никаких зелий. Или не видать тебе нового телохранителя, как своих ушей. Неволить Рэми я даже не дам. Даже не надейся!

    - Интересно, а как иначе я его остановлю? - не выдержал принц. - Он ведь опять сбежит.

    - Я его остановлю, - ответил Арман. - От меня не сбежит... Нар! Отведи юношу в его покои и приведи в порядок! Я хочу, чтобы к завтрашнему утру ты вернул ему рассудок.

    Нар мысленно сжался, ожидая, что принц накажет архана за дерзость. Но сегодня все было необычно: Миранис жестом остановил дернувшихся телохранителей и лишь усмехнулся:

    - Дорог тебе Рэми, если ты решился со мной так разговаривать.

    Арман слегка побледнел:

    - Прошу прощения, мой принц.

    - Я прощаю, - холодно ответил Миранис. - Но будет лучше, если ты вновь научишься держать себя в руках, глава Северного рода! Не смотря на нашу дружбу, я - наследный принц. Будущий повелитель. А ты - мой подданный. Чего стоишь, Нар? Выведи Рэми, пока Арман не натворил глупостей.

    Нар поклонился принцу, архану, потянул Рэми к выходу. И тот пошел. Безвольно, улыбаясь, будто лучшему другу. Кто же ты такой, мальчик?

    Дороги до комнаты Рэми не помнил. Помнил, как его выворачивало наизнанку, а стоявший рядом слуга то и дело менял тазики. Помнил, как прикасался ко лбу смоченный в холодной воде платок. Как вновь накатывала волной тошнота, заставляя согнуться в новом приступе.

    А утром, обессиленный и уставший, Рэми с удовлетворением улыбнулся. Плескалось в нем море силы. Возвратился разум... И тоска по принцу уже почему-то не мешала. Она спала внутри, свернувшись где-то в глубине калачиком. Может, притомилась?

    - Спасибо, - сказал он молчаливому слуге Армана.

    - Не надо благодарить, - ответил тот.

    Так ли уж не надо? Перед Рэми стоял маг - сильный, уверенный в себе, а все же слуга... рожанин, как и он...

    Не стать Рэми телохранителем принца. Не будет он таким же бесправным слугой-магом, как Нар и жрецом не будет, не дождетесь!

    - Вам надо отдохнуть, прошу, мой архан, - настаивал слуга.

    - Кто ты?

    - Я хариб Армана, мой архан. Меня зовут Нар.

    - Арман отдал мне своего личного слугу... интересно, - по глазам Нара было видно, что хариб тоже не понимал, что и к чему. - Так ты мой новый тюремщик, не так ли?

    - Сомневаюсь, что в таком состоянии вы можете убежать.

    - Ты меня плохо знаешь...

    - Арман не приказывал мне вас задерживать. Если вы действительно этого хотите - дверь открыта. Я не буду вам препятствовать.

    Рэми вздрогнул.

    - Даже так...

    Рэми попытался встать, но слабость вновь отбросила его на кровать.

    - Проклятье!

    - Слабость минует к утру, - невозмутимо заметил слуга. - И тогда вы сможете нас покинуть... если заходите. А пока отдохните, прошу вас.

    Рэми лишь посмотрел с ненавистью посмотрел на слугу, но послушно лег на кровать. Убегать из замка на карачках Рэми все же не хотелось... звать же Ариса было опасно. Возможно, завтра все будет иначе.

    - Рэми вернул свой статус, хорошо... - Марнис уже почти и не удивился, услышав рядом с собой голос сестры. - Ты притупил его связь с Миранисом - плохо.

    - Так почему не вернешь мальчишке любовь к наследнику?

    - Потому что Рэми пойдет за Миром не ради какой-то там привязки... он сам того захочет.

    - А если нет?

    - Пойдет... я его слишком хорошо знаю.

    - А если нет?

    - То я отдам его тебе, - Марнис вздрогнул. - А если пойдет Рэми за Миранисом, то ты... простишь мне историю с Акимом, брат. А я тебе помогу восстановить культ...

    - Ты отдашь мне наследника? Не верю.

    - Я же уже сказала - я уверена в победе и ничем не рискую.

    - Но ты знаешь мою силу...

    - Я знаю и силу человеческих чувств, Марнис. Итак... ты согласен?

    - Да!

Глава девятая. Тяжелый разговор 

    Проснулся Рэми поздно, когда проникали сквозь незашторенное окно в спальню сумерки. И, вспомнив вчерашний день, вздохнул с облегчением - он закончился. Не важно чем, не важно как - но закончился. И теперь Рэми один, хоть и в чужих покоях, но в голове почти не осталось тумана, а море силы тихонько волновалось, избавившись от сковывающего его льда.

    Рэми вновь был магом, а не слепым, забитым, опоенным наркотиками рожанином. Это очень даже успокаивало - Рэми не любил быть беспомощным.