Дмитрий Попов - Судьба и удача

В пути тревоги оставили Эрна. Он начал чувствовать себя свободным, по-настоящему свободным. На душе стало легко. Принц и эльфийка двигались навстречу неизвестности, перед ними были открыты все дороги, и это давало необъяснимую надежду.

"Неужели я так же как и Анна могу найти душевный покой лишь в бесконечных скитаниях? — размышлял принц, глядя на зеленоватые волны, бьющиеся о борт корабля. — Что если то, о чем написали в письме из Приюта Святой Веры, правда? Готов ли я вновь увидеть брата живым, увидеть его рядом с собой? Время игр в королевской библиотеке давно прошло…"

Спутники сошли на берег. Путешествие им предстояло продолжить верхом. На какое-то время Анна задержалась около реки. Сквозь толщу воды девушка разглядела множество разноцветных камешков. Она нагнулась и достала один из них. На воздухе темно-оранжевая галька уже не казалась такой красивой и яркой.

— Этот кусочек востока всегда будет со мной, — улыбнулась Анна и подошла к Эрну, который держал уздечки лошадей.

С каждым днем спутники все дальше уезжали от реки. Теперь им некуда было скрыться от жары и песка. Эрн, покидая столь полюбившийся ему восток, начал испытывать грусть. Ведь именно там он смог хоть немного успокоиться и прийти в себя после смерти брата, именно там он почувствовал настоящую свободную и самостоятельную жизнь. Анна, которая всегда жила одним днем, никакой грусти не испытывала. Эльфийке было хорошо сейчас, а остальное ее мало заботило. Какая разница восток или запад?

День сменялся ночью, вновь рождался рассвет. Большие, бурлящие жизнью, города, крохотные умирающие деревни оставались за спиной. Друзья продолжали двигаться к Приюту.

В один из вечеров, когда спутники ехали в сторону заката, навстречу сияющим золотом облакам, Анна почувствовала себя плохо. К ночи у нее начался жар и озноб. Путешественники кое-как добрались до ближайшего селения и задержались там на целую неделю, пока девушке не стало лучше.

Эльфийка мучилась от головной боли и жаловалась, что в горло ей кто-то засунул маленького ежа. Принц накрыл ее всеми одеялами, которые только имелись, но Анну продолжало трясти от холода, будто она лежала не в кровати, а на промерзшей земле. Затем юноша начал поить подругу различными лекарствами. Жар немного спал, и девушка смогла уснуть.

Темная эльфийка все время проводила в постели. Вечерами, когда больной становилось легче, она охотно болтала с Эрном.

Он как обычно принес ей кружку горячего молока с медом и сел около изголовья.

— С каждым днем я все больше волнуюсь, — начал принц, — и сам не знаю из-за чего. Я представляю себе Оливера живым, представляю себе, что мы приезжаем в Приют, а лекари действительно смогли вернуть его к жизни. Как было бы здорово! Наверное, я просто боюсь, что все это окажется обманом, и вновь придет безнадежное разочарование.

— А тебя пугает радость, которую ты можешь испытать при встрече с братом? — Анна повернула на подушке голову и посмотрела на Эрна.

— И это меня тоже беспокоит, — немного помедлив, ответил он. — Иногда я думаю, что страдания и самоистязания стали неотъемлемой частью моей жизни. Я переживал от того, что потерял брата, теперь я переживаю от того, что могу обрести его вновь. А представь, что рождение как и смерть было бы неожиданным событием, некой сильной внезапной радостью.

— Даже не знаю… — протянула эльфийка. — Ой, у меня неожиданно родился ребенок! Еще вчера я ни о чем таком и не думала! Куда мне его теперь девать?

Эрн улыбнулся, глядя на смешное выражение лица собеседницы.

— Ну… смерть всегда приходит неожиданно, невзирая на чьи-либо планы, кроме своих.

— Нет, с рождением так быть не должно.

— А ты когда-нибудь думала, что у тебя появится ребенок?

— Думала, конечно, но не знаю, когда буду к этому готова. Точно не скоро. Мне кажется, я умру от скуки, если день за днем придется нянчиться с ребенком. С тобой у нас родиться ничего не может, ведь ты все-таки человек, а я темная эльфийка, поэтому внезапное появление младенца меня не пугает.

— Это же так мило, представь себе маленького эльфенка с такими же забавными ушками как у тебя.

Анна улыбнулась.

— Человек, значит человечек, а если эльф, значит эльфичек. Ударение на первый слог, — подчеркнула девушка.

— Хорошо, маленький эльфичек, — согласно кивнул юноша. — Представь, родятся сразу два таких маленьких эльфичка, разве не прелесть?

Собеседница задумалась.

— А почему сразу два?

— Не знаю, — пожал плечами Эрн. — Близнецы.

Анна вновь улыбнулась и сделала последний глоток горячего молока, а затем сползла под одеяла. Принц заботливо укрыл подругу и поцеловал.

Через несколько дней жар у эльфийки спал окончательно. Она начала вставать с кровати и даже выходить на улицу. Эрн настаивал, чтобы Анна хотя бы еще немного провела в постели, но подругу было не удержать. Постоянно лежать под горой одеял и маяться от безделья являлось для нее самой страшной пыткой.

Путешествие продолжилось. И вновь дорога, новые пейзажи и лица.

Приют Святой Веры располагался в большом городе почти на самой границе Восточной и Западной Части Земли Четырех Корон. Назывался город Кайатаро. И вот одним прекрасным июльским днем уставшие путники въехали в ворота этого славного поселения.

— Наконец-то, нормальные кровати, хорошая еда, горячая ванна, — протянула девушка.

За последние две недели на пути друзьям не попадалось ни крупных городов, ни хороших трактиров. По большей части приходилось спать под открытым небом. Искать ночлега в глухих деревнях, где не рады чужакам и встречают их чуть ли не с вилами и топорами, было бесполезно.

— Самое главное, что мы наконец-то добрались до Приюта. Можно записать еще один маршрут в нашу книгу путешествий и приключений. Назовем его "Антараг — Кайатаро", — проговорил принц.

Анна засмеялась и, сняв с головы запыленный платок, вытерла им вспотевший лоб.

Здешнее лето сильно отличалось от того, что царило сейчас на берегах Ары. В Кайатаро отсутствовал жуткий зной и духота, тут было просто жарко.

Покинув не по своей воле заснеженный пустырь, оставив огромных тварей с ослепительно белой шерстью, Даирна и его отряд Оливер оказался в каком-то незнакомом месте.

Его окружали странные люди, все как один облаченные в темно-синие одеяния с золотистыми змейками на груди. Принц сразу же окрестил незнакомцев жрецами. Густой туман перед глазами и полутьма толком ничего не давали разглядеть. Юноша хотел что-то сказать и пошевелиться, но окончательно прийти в себя ему так и не дали. Оливер услышал мужские голоса, которые произносили звуки заклинаний, а потом он погрузился в глубокий сон.