Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2

Тварь упала, и Конрад добил ее ударом сапога. Забрав у нее меч, Конрад заметил, что он не похож на оружие, которым пользуются скавены; кроме того, под мехом твари виднелись доспехи.

В это время из туннеля вынырнуло еще одно существо. Мечи противников со звоном скрестились, и тут Конрад увидел, что сражается не со скавеном. Это был человек в волчьей шкуре, наброшенной на шлем и доспехи. Но у скавенов не было живых людей; значит, это один из воскрешенных Гаксаром мертвецов. Когда тот упал, сраженный мечом Конрада, из его раны на шее полилась красная кровь, а не полезли белые личинки.

«Волчий мех», — подумал Конрад, расправившись с третьим воином. А Миденхейм — город Белого Волка. Наверное, это солдаты местного гарнизона. Теперь Конрад предпочел защищаться, а не атаковать. Не стоит связываться с городскими властями; чтобы уйти от Литценрайха, ему придется выйти в город. Он убил двух городских стражников, и за это его вряд ли погладят по головке.

— Литценрайх! — крикнул кто-то. — Ты арестован за незаконное использование варп-камня! Прикажи своим людям сдаться!

«Сдаюсь» — такого слова в лексиконе Конрада не было; кроме того, он только что расправился с двумя солдатами, и сдавать после этого меч было бы верхом глупости. Много раз он становился свидетелем того, как сдавшиеся воины подвергались немедленной казни. Здесь, в подземной лаборатории, его наверняка примут за помощника Литценрайха, а наказание за работу с варп-камнем — смерть.

Сзади раздался топот, и Конрад узнал знакомые шаги. Так могут топать только дварфы. Через секунду возле него оказался Устнар. Увидев, что Конрад остановился и не хочет прикончить своего противника, дварф решил взять дело в свои руки. Выскочив вперед, Устнар два раза взмахнул топором — и солдат упал, лишенный обеих ног.

В это время подоспели Юкельм и Хьорнур, которые, пробежав прямо по умирающему солдату, бросились в пролом, кося атакующих направо и налево. Это были специалисты, отлично владеющие техникой ведения боя под землей. Конрад посмотрел на безногого солдата, который, вопя и извиваясь от боли, медленно умирал. Помочь ему он мог только одним способом — добить. Это первое, чему научил его Вольф, когда показал, как надо добивать раненого противника. Конрад хорошо запомнил тот случай в Ферлангене.

Приставив к горлу солдата нож, Конрад нажал на него всем телом. Вскрикнув в последний раз, тот дернулся и затих. Из его горла и рта потекли две струйки крови, смешиваясь с кровавым потоком, вытекающим из отрубленных ног.

Литценрайха Конрад нашел в главной лаборатории. Здесь творилось что-то невообразимое, и Конраду осталось только удивляться, что солдаты обнаружили волшебника так быстро. Но вскоре он понял, что весь этот шум и разгром были вызваны магией. Литценрайх стоял в углу, а вокруг него плясал огонь. Волшебник сжигал свидетельства своей работы — книги и записи, инструменты, механизмы и аппараты.

Из-за невыносимого жара Конрад отступил в коридор, но волшебник не двигался с места. Он мог бы отбросить атакующих силой своего колдовства, но почему-то этого не сделал, а предпочел уничтожить все, чем занимался в подземной лаборатории.

Конрад понимал: волшебника это не спасет. Сам факт, что он сжег свою лабораторию, уже доказательство его вины. А если есть доказательство, есть и наказание — смертная казнь Литценрайху и ему, Конраду.

Но вот волшебник спокойно вышел из полыхающего пламени и только тут заметил Конрада.

— Они не воспользуются результатами моих гениальных трудов, — спокойно сказал Литценрайх. — Все, что я сделал, принадлежит только мне. Ну а самый важный мой инструмент всегда со мной.

И он постучал пальцем по голове. Мимо них проскочили четыре стражника, спеша на помощь дварфам.

— Всем занять свои места! — скомандовал Литценрайх. — Сейчас они полезут со всех сторон!

— По крайней мере, это не скавены, — сказал Конрад.

— Мне кажется, сейчас бы я предпочел скавенов, — ответил Литценрайх. — Ты видел, что стало с дверью? Эти так называемые волшебники Миденхейма боятся встречаться со мной лицом к лицу, а потому подсылают своих наемников — городских стражников.

Но если военные власти города-крепости и его волшебники образовали единый союз, то у него и Литценрайха шансов почти нет.

— Почему вы не хотите воспользоваться магией? — спросил Конрад.

— Мои конкуренты объединились, чтобы одолеть меня. Я чувствую сильнейшее противодействие. Они создали некую оболочку между мной и городом. Мои заклинания на атакующих не действуют.

— Значит, мы можем только драться.

— Драться? О нет, нет. Я попробую поговорить с ними, рассказать о скавенах, объяснить, что происходит.

Но Конрад его уже не слушал. Что толку в словах? Пока они будут болтать, их схватят, а это будет означать, что он сменит одну темницу на другую! Нужно бежать, и в этом ему помогут дварфы, которые знают потайные ходы.

— Скавены, — сказал Конрад. — Вот именно! Мы попали меж двух огней. Нужно стравить их, пусть дерутся, сколько душе угодно, а нас оставят в покое.

— Но как?

Скавены были таинственным племенем. Об их существовании знали не многие. Возможно, что даже граф, правитель. Миденхейма, не догадывался, что под его городом находятся огромные владения грозных подземных хищников. Твари, прячущиеся в темных подземных лабиринтах, представляли куда большую угрозу для города, чем Литценрайх, и Конрад решил, что попытается объяснить это городскому начальству. И тогда они бросят все силы на борьбу со скавенами — а он потихоньку уйдет из города.

— Хайнлер… я хочу сказать, Гаксар… Он что-то говорил о новой партии подопытных, — сказал Конрад. — Он имел в виду мертвецов. Скавены собирались их забрать. Откуда?

— Моррспарк, — сказал Литценрайх. — Катакомбы.

— Вот туда мы и пойдём, — сказал Конрад. — И обязательно проследим, чтобы все видели, куда мы пошли. Вы меня понимаете?

— Я, может быть, и не солдат, — сказал Литценрайх, — но все же не дурак.

Миденхейм был расположен так, что не мог расширяться, — его границами были края скалы. Плато, на котором он стоял, занимало не больше квадратной мили, а это означало, что земля была в большой цене.

Места здесь едва-едва хватало для живых, что же было говорить о мертвых? Бедняки просто сбрасывали тела своих умерших родственников со скалы Вздохов. Те, кто был побогаче, оплачивали кремацию или захоронение у подножия склонов.

И только самые богатые могли себе позволить хоронить умерших в склепах под Моррспарком.

Именно в этом месте в давние времена дварфы, пробившись сквозь гранит, вышли на поверхность. Это была старейшая часть города; здесь находились самые длинные и разветвленные туннели. С течением времени многие из них обвалились, тем самым еще сильнее ограничив площадь захоронений и, следовательно, резко увеличив их стоимость.