Люциан Ферр - Чужая жизнь

Я в отчаянии обвел взглядом зал в поисках ответа. И к моему несказанному удивлению ответ действительно нашелся. В данном случае он выглядел как пара уже немолодых воинов, облаченных в красные плащи с изображенным на них кулаком. Я прислушался к их разговору.

– Что за день! – горестно вздохнул черноволосый и сделал большой глоток из кружки. – Надо было произойти этому именно сегодня!

– И не говори, – согласился рыжий. – Просто удивительно, как рабам удалось сбежать. С такими-то порядками. Уж я-то знаю, о чем говорю – сам несколько месяцев там работал, перед тем как в стражу пойти. И поверь мне на слово: без помощи снаружи тут не обошлось. По-другому просто невозможно сбежать. Будь уверен.

После этой речи рыжий отпил из своей кружки. И словно в подтверждение своих слов гулко бухнул ею о стол. Черноволосый только скривился.

– Да какая нам разница, КАК они сбежали, – махнул он рукой. – Нам главное найти сбежавших рабов. А как это сделать? Все-таки не в деревне живем. Они наверняка уже затаились в каких-нибудь крысиных норах. И капитан не хуже меня это знает. Так ведь нет! «Чтобы все рабы вернулись в свои клетки!» И ему все равно, как мы это сделаем.

– Жизнь – дерьмо, – безрадостно заключил его собеседник и потянул к себе кружку.

– Действительно, – согласился с ним брюнет, припав к своему сосуду с живительной влагой. Я же быстро прикинул наклевывающийся вариант.

«Что ж, как сказал один не самый глупый человек на свете: «Если гора не идет к Магомету, то Магомет пойдет к горе». В данном случае его, то бишь меня, понесут. Не с плясками и песнями, конечно. Но и не ногами вперед. Что не может не радовать».

Решившись на авантюру, я поднялся из-за стола и направился к хозяину трактира.

– Уважаемый, есть ли у вас свободные комнаты? – обратился я к нему, подойдя.

Тот важно кивнул. Что поделать, мой внешний вид не слишком вязался с образом обеспеченного человека. Да и говорил я несколько иначе – без наглости.

«А может дело в том, что я приезжий. К иноземцам во все времена относились либо настороженно, либо с пренебрежением», – предположил я.

– В таком случае, я хотел бы снять комнату на один день, – продолжил я, как ни в чем не бывало. – Сколько это будет стоить?

– Вместе с обедом три серебряных монеты, – наконец соизволил трактирщик ответить. Очевидно, он имел в виду тот обед, который я уже съел.

Не торгуясь, я выложил затребованную сумму. Молниеносным движением хозяин смахнул деньги со стойки и жестом подозвал одну из служанок.

– Отведи уважаемого в шестую комнату, – гораздо более теплым голосом сказал трактирщик, вручая ей ключ. Похоже, я все-таки переплатил, потому что другой причины для столь быстрой перемены в его характере не видел.

Девушка кивнула и, подхватив ключ, направилась прочь от стойки. Я пошел за ней.

По странной традиции моя комната оказалась на втором этаже. Не знаю, почему так происходило, но селили меня всегда на втором этаже. Сказать хорошо это или плохо, я не мог. Просто в одних ситуациях помогало, в других, наоборот, создавало проблемы. В общем, как и на все в этой жизни, на данный факт можно смотреть с разных сторон. И в зависимости от позиции он выглядел тоже по-разному.

– Вот ваша комната, господин, – сказала служанка, открывая дверь.

Я вошел внутрь и мельком осмотрелся. Кровать, стол, шкаф. Все как всегда. Ничего особенного. Ничего необычного. «Разве что…» – мелькнула мысль.

Служанка прошла вслед за мной в комнату и теперь переминалась с ноги на ногу, будто чего-то дожидаясь. У меня тут же возникла мысль, что надо дать чаевые, но я почти сразу вынужден был признать ее несостоятельной – чаевых в средневековье, вроде, не давали. Но других идей не появлялось. А девушка тем временем переводила взгляд с меня на… Проследив за ее взором, я обнаружил там только кровать. И до меня вдруг дошло, ЧЕГО она ждет.

– Извини, милая, но сейчас у меня нет времени, – развел руками я. – Вот закончу с делами, и тогда может быть.

На самом-то деле я точно знал, что и потом ничего не будет, просто говорить этого не хотел. Поэтому пришлось использовать расплывчатую формулировку. Впрочем, обмануть её оказалось не так-то просто.

– Ну смотри, красавчик, – немного разочарованно протянула она и, бросив ключ на кровать, удалилась.

– Мдя, теперь ясно, с чего вдруг трактирщик стал любезнее, – задумчиво протянул я, глядя на дверь. – Наверняка надеялся подзаработать на мне еще и таким образом. Вот ведь он огорчится сейчас.

Весело хмыкнув, я принялся прятать лишние в моем плане вещи. Хотя, пожалуй, это слишком громко сказано. Спрятать предстояло одну лишь поясную сумку, потому что остальное находилось в ней. Недолго думая, я сунул ее в тюфяк, заменявший подушку. Конечно, не слишком оригинально, но с другой стороны вынуть из нее что-то можно, только если знаешь, что там лежит. Воровать пустую сумку никто не станет. А если такой идиот все-таки отыщется, я все равно смогу ее найти с помощью магии». Разобравшись с этим, я подхватил с кровати ключ и покинул комнату.

Внизу за время моего отсутствия ничего принципиально не изменилось. Кончено, вполне возможно, что кто-то из посетителей покинул трактир, а кто-то новый, наоборот, появился здесь. Но они меня не волновали, потому что необходимая мне парочка все еще продолжала лакать пиво. Впрочем, уже нет. Как раз в этот момент брюнет с сожалением отставил в сторону пустую кружку и, бросив перед собой монетку, поднялся из-за стола. Его напарник, единым духом опорожнив свою, поспешил вслед за ним.

Я неспешно спустился по лестнице, не торопясь пересёк зал, и все также неспешно вышел из трактира. Мельком осмотревшись, я обнаружил эту парочку неподалеку. Верхом они двигались по улице, окриками заставляя прохожих освобождать дорогу. К счастью, двигались не быстро, можно даже сказать медленно. Так что мне не пришлось в спешном порядке осваивать курс «Экстремального преследования конников пешим ходом в экстремально-городских условиях».

Сначала я собирался приступить к воплощению своего замысла в жизнь на глазах у всей толпы. Но после некоторого обдумывания вынужден был отказаться от этой идеи. В основном потому, что по моему плану стража должна доставить меня в тюрьму как нарушителя общественного спокойствия. Чтобы стать таковым, я предполагал избить имеющихся под рукой стражников. Но ввиду отсутствия поблизости их коллег вторая часть плана, согласно которой меня должны будут оттащить в местную тюрьму, вызывала некоторые сомнения в своей реальности.

«Тем более, – мысленно продолжил я. – Что народ, вполне вероятно, кинется не меня вязать, а помогать избивать стражей. И тогда придется начинать все с начала. А оно мне надо? Нет. Значит, буду ждать подходящего момента».