Дэвид Эддингс - Владычица магии

– Я не боюсь жрецов, – ответил стражник, нервно озираясь – Перед ними всегда лучше жить в страхе, – посоветовал Иссас. – И не забудь напоить этих животных, ведь за них деньги плачены.

Он было зашагал впереди державших Гариона мужчин, направляясь к погружённому в темноту проходу между: двумя колоннами, но опять остановился и громко приказал:

– Убирайся с дороги!

Что-то зашевелилось, зашуршало, и Гарион с отвращением увидел, как поблёскивает чешуя огромной змеи.

– Иди к остальным, – велел гадине Иссас, показывая на полуосвещённый угол, где копошилась бесформенная зеленоватая масса, из которой время от времени показывалась узкая треугольная голова.

Гарион услышал шорох трущихся друг о друга сухих чешуйчатых тел. Змея, загородившая дорогу, высунула раздвоенный язык, громко зашипела и уползла в указанном направлении.

– Когда-нибудь тебя ужалят, Иссас, – предупредил один из мужчин. – Они не любят, когда вот так приказывают!

Иссас равнодушно пожал плечами и продолжал путь. У широкой полированной двери их встретил давешний евнух.

– Сэйди желает поговорить с тобой, – злобно ухмыльнулся он. – Я рассказал, как ты меня ударил. Маас тоже там.

– Прекрасно, – кивнул Иссас, толкнув створку.

– Сэйди! – громко окликнул он. – Скажи своему другу, что это я. Не желаю, чтобы он ненароком ошибся.

– Он знает тебя, Иссас, – донёсся чей-то голос. – И никогда не ошибается.

Иссас вошёл, плотно притворив за собой дверь.

– Ты можешь идти, – сказал толстому евнуху один из стражников, схвативших Гариона.

– Мне приказывает только Сэйди, – фыркнул тот.

– Ну да, если он свистнет, ты тут же танцуешь на задних лапках.

– Это наше дело – моё и Сэйди!

– Ведите его, – приказал Иссас, вновь открывая дверь. Стражники втолкнули Гариона в комнату.

– Мы подождём снаружи, – боязливо пробормотал один из них.

Иссас хрипло расхохотался, толкнул створку ногой и потащил Гариона к столу, на котором тускло горела единственная масляная лампа, почти не дававшая света. За столом сидел тощий человек с мертвенными глазами, осторожно поглаживающий длинными пальцами безволосую голову.

– Ты можешь говорить, мальчик? – спросил он Гариона необычно высоким голосом.

Юноша заметил, что его одеяние, сшитое из плотной пунцовой ткани, совсем не походило на полупрозрачную цветную одежду найсанцев.

– Нельзя ли хоть глоток воды? – прохрипел Гарион.

– Через минуту.

– Неплохо бы получить мои деньги, Сэйди, – вмешался Иссас.

– Как только мы убедимся, что это тот самый мальчик, – кивнул Сэйди.

– Спроси, как его зовут, – раздался из темноты свис тящий шёпот.

– Сейчас, Маас, – с некоторым раздражением ответил Сэйди. – Не в первый раз допрашиваем.

– Слишком много времени тратишь…

– Твоё имя, мальчик? – обратился Сэйди к Гариону.

– Дорун, – поспешно соврал тот. – Очень пить хочется.

– Принимаешь меня за дурака, Иссас? – ощерился Сэйди. – Думаешь, любой мальчишка сойдёт, лишь бы денежки получить?

– Это тот парень, которого велено доставить, – настаивал Иссас. – Значит, твои шпионы ошиблись – Говоришь, ты – Дорун? – повторил Сэйди.

– Да Юнга на корабле капитана Грелдика. Куда меня привезли?

– Здесь я задаю вопросы, мальчик, – предостерёг, Сэйди.

– Он лжёт, – вновь донёсся свистящий шёпот из-за спины Гариона.

– Знаю, Маас, – спокойно отозвался Сэйди. – Они всегда поначалу лгут.

– У нас нет времени, – донеслось из темноты. – Дай ему орит. Мне нужна правда немедленно.

– Как скажешь, Маас, – кивнул Сэйди и, поднявшись из-за стола, исчез во тьме. Послышался звон стекла и шум льющейся жидкости. – Только помни, это ты приказал. Если Она рассердится, я не желаю отвечать за мальчишку.

– Она поймёт, Сэйди.

– Возьми, мальчик, пей, – предложил Сэйди, выходя на свет и протягивая коричневую обливную чашку.

– Да… нет, пожалуй, спасибо, – отказался Гарион. – Не так уж я хочу пить.

– Хочешь или не хочешь, придётся выпить, – прищурился Сэйди. – Не послушаешь, Иссас будет тебя держать, а я волью это тебе в горло. Не бойся, больно не будет.

– Пей! – скомандовал шипящий голос.

– Лучше делай как велено, – посоветовал Иссас.

Гарион безвольно взял чашку. У воды оказался неприятно-горький привкус, язык и гортань заболели, будто обожжённые.

– Ну вот, уже лучше, – кивнул Сэйди, вновь усаживаясь за стол.

– Говоришь, тебя зовут Дорун?

– Да.

– Ты откуда?

– Из Сендарии.

– Из какого места?

– Недалеко от Дарины на северном побережье.

– Что ты делаешь на чирекском судне?

– Капитан Грелдик – друг моего отца, – начал Гарион, желая по какой-то причине всё объяснить подробно. – Отец хотел, чтобы я стал моряком, говорил, что такое занятие лучше, чем гнуть спину на ферме. Капитан Грелдик согласился взять меня в ученики, потому что я крепкий, никогда не страдаю от морской болезни, не боюсь взбираться по вантам на мачту и скоро смогу грести и…

– Как, говоришь, тебя зовут?

– Гарион… то есть, Дорун. Да, Дорун, и…

– Сколько тебе лет, Гарион?

– На прошлый Эрастайд исполнилось пятнадцать Тётя Пол говорит, что люди, родившиеся на Эрастайд, всегда счастливы в жизни, только пока я этого не заметил…

– Кто это – тётя Пол?

– Моя тётка. Когда-то мы жили на ферме Фолдора, но пришёл господин Волк и…

– Как называют её другие люди?

– Король Фулрах обращался к ней «леди Полгара» – это когда капитан Брендиг привёз нас в Сендар во дворец. Потом мы отправились к королю Энхегу в Вэл Олорн и…

– Кто такой господин Волк?

– Мой дедушка. Его имя – Белгарат. Раньше я этому не верил, но потом убедился, потому что он как-то раз…

– Почему вы покинули ферму Фолдора?

– Сначала я не знал, но потом услышал, что всё произошло из-за Зидара, который похитил Око Олдура с рукоятки меча в тронном зале райвенского короля, и мы должны возвратить Око, пока Зидар не успел доставить его Тораку и разбудить его и…

– Это тот мальчик, который нам нужен, – просвистело сзади.

Гарион медленно повернулся. В комнате, казалось, чуть посветлело, словно крошечное пламя стало немного повыше. В углу, лениво свивая и развивая кольца, шевелилась огромная змея с чересчур плоской шеей и красными мерцающими глазами.

– Теперь можно вести его к Солмиссре, – прошипело чудовище и поползло к Гариону. Сухой холодный нос ткнулся в ногу. Внутри мальчика всё задрожало, но он заставил себя стоять неподвижно, пока гадина медленно обвивала тело.