Лиланд Модезитт - Война гармонии

Когда парусина была увязана, Джастин спросил:

— Куда это отнести?

— Ты еще не настолько окреп, как тебе кажется, — заметила Дайала.

— Ладно, понесем вместе, — предложил он, поднимая край увязанного рулона.

Дайала без труда подняла другой край, и они направились к затененному участку ущелья, где дожидались лошади. Рулон оказался на удивление легким. Ткань, которую Джастин принял было за парусину, явно таковой не являлась.

— Что это за материал? — полюбопытствовал инженер.

— Как бы сказать... разновидность шелка. Мы навьючим палатку вон на того каурого жеребца.

Взглянув на трех лошадей, Джастин удивился: ни у одной из них не было ни седла, ни шенкелей, ни даже недоуздка. Охватывающие тела мягкие плетеные ремни явно предназначались только для крепления вьюков. Две лошадки уже были нагружены небольшими тюками и кувшинами. Джастин подошел к свободному коню и, забросив палатку ему на спину, стал привязывать ее к ремням.

— Туго не затягивай, — предупредила Дайала. — Достаточно того, чтобы груз не елозил.

— А... а как мы дальше-то двинемся? — осведомился Джастин.

— Точно так же, как и они. Так же, как пришел сюда ты. Пешком, — порывшись в одном из тюков, она извлекла какой-то предмет и протянула Джастину. — Бери. Это немного защитит тебя от солнца.

Взяв из ее рук мягкую, сплетенную из какой-то травы шляпу, Джастин с опаской нахлобучил ее на голову. Шляпа оказалась почти невесомой, а широкие поля отбрасывали на лицо тень, благодаря чему его глаза перестали так сильно слезиться.

— Спасибо, — промолвил Джастин, поправляя головной убор. — Она и вправду помогает. Но я вот что хотел бы понять... У тебя есть лошади, но ты ходишь пешком, да еще и босая! По всем этим каменюкам! Прости, но тут поневоле подумаешь, что это все-таки сон.

— Лошади согласились мне помочь, — отозвалась Дайала столь обыденным тоном, точно сообщила нечто само собой разумеющееся. — Что же до обуви... Ты, наверное, привык к сапогам, а на мой взгляд, они как колодки. Я бы в них далеко не ушла, — женщина поежилась.

— Надеюсь, Рибатта не слишком далеко? — спросил Джастин, удивляясь самому себе. Неужто он и впрямь вознамерился как ни в чем не бывало тащиться пешком через пустыню в город, о котором отродясь ничего не слыхивал, в компании женщины, являвшейся ему во снах?

Он покачал головой. Боль в натертых ногах настойчиво убеждала в том, что все происходящее ему вовсе не мерещится.

— Я бы сказала, в восьми дневных переходах. Но это в худшем случае — надеюсь, по мере того как ты будешь становиться крепче, мы будем идти все быстрее.

Джастин промолчал. Он сильно сомневался в том, что пеший поход через Каменные Бугры может ускорить его исцеление. Дайала между тем двинулась вперед по острым камням и горячему песку с такой легкостью, будто шла не босиком, а в сапогах из прекрасной кожи на толстенной подошве.

Оставив позади несколько холмов, Дайала неожиданно остановилась. Остановился и Джастин. Женщина прищурилась — даже сильнее, чем требовало того слепящее солнце, сосредоточилась, а потом, достав из поклажи чалого небольшую лопату, направилась к песчаному участку с затененной стороны ближнего холма. Она начала рыть в песке яму, что явно требовало немалых усилий.

— Давай лучше этим займусь я, — предложил Джастин.

— Займись, — согласилась она. — И тебе, и лошадям потребуется вода. А здесь она есть... хоть докопаться до нее и нелегко.

Докопаться и впрямь оказалось нелегко. Джастину несколько раз пришлось передохнуть, но в конце концов песок на дне ямы сделался влажным. После еще нескольких взмахов лопатой выемка стала заполняться водой. Достав из вьюка небольшой черпак с зауженным концом, Дайала наполнила два кувшина, которые везла кобыла, а потом и фляги. Потом Джастин ощутил, как между нею и лошадьми проскочило что-то похожее на импульс гармонии, чернота которого имела странный, зеленоватый оттенок. Дайала отступила в сторону, а лошади по очереди напились из ямы, продолжавшей наполняться водой.

— Теперь нам долго не потребуется останавливаться, — заявила женщина.

Джастин осторожно отпил из фляги. Вода имела слабый привкус песка, однако чувства подсказали ему, что она не содержит никаких вредных примесей. Сделав еще глоток, он закупорил флягу и повесил на пояс.

Жеребец заржал, и лошади отошли от ямы, после чего остатки воды, прямо на глазах Джастина, ушли в песок. Он прищурился и, повернувшись, последовал за шагавшей на юг Дайалой.

71

— Ты звал меня? — Белтар с поклоном вошел в комнату, служившую сейчас рабочим кабинетом наместника.

Некоторое время Зиркас продолжал смотреть в окно вниз, на расположенную под утесами прибрежную часть Рильярта и опустевшую ныне гавань.

— Да, — ответил он наконец. — Мы хорошо отдохнули, пора и честь знать. Отправляйся к своему другу, в Клинию, или докуда он там добрался, гоняясь за тем Черным инженером, — Зиркас умолк, отпил красного вина и продолжил: — А потом двигайтесь вместе в глубь материка. Я хочу, чтобы ты занял Берлитос, и тогда мы оба...

— Прошу прощения, но вряд ли мне стоит идти кружным путем, — подал голос Белтар. — Пусть Элдирен займется Клинией. Если я захвачу Борнт и проследую рекой к Берлитосу, Клиния и Рорн окажутся отрезанными. Оба эти города невелики, так что Элдирен может справиться и сам, но случись что — я смогу перемахнуть в Клинию очень быстро. Ты ведь не против захвата Борнта?

— А что, твоя идея мне нравится, — отозвался Зиркас с довольной усмешкой. — Отправляйся к ним. Если они не покорятся, можешь поступить с ними как... как с Сарронной. А вот Джиру я предпочел бы оставить нетронутой: приятный городок. К тому же там неплохой порт. Позднее ты и твой друг сможете заняться мелкими городишками. Думаю, это должно тебе понравиться. Знаешь, как тебя прозвали местные жители? Белый Мясник. Неплохо, да? По сравнению с тобой даже я кажусь добрым и сострадательным.

Зиркас рассмеялся. Белтар предпочел промолчать.

— Знаешь ли, молодой человек, — продолжил Зиркас спустя некоторое время, — проблема обладающего силой состоит в том, что все ждут от него ее непрестанного применения. А если же он не оправдывает ожиданий, люди приходят к выводу, что он лишился либо самой силы, либо воли к ее использованию. И никто не может сохранить амулет власти в одиночку. Ты... — Зиркас покачал головой. — Ты этого не понимаешь, да, наверное, и не поймешь, пока не станет слишком поздно. Так что действуй — рушь, жги, уничтожай что хочешь. Только вот Джиру оставь в покое.

— Уверяю тебя, я уничтожу не больше, чем это будет продиктовано необходимостью, — отозвался Белтар с низким поклоном. — Полагаю, я могу рассчитывать на оставшихся копейщиков, а также кертанских и галлианских пехотинцев?