Павел Кошовец - Три удара колокола

Но Ройчи отрицательно покачал головой, бросил выразительный взгляд на эльфа, и с безмятежным видом продолжил наблюдение. Не поймёшь его: действительно ли он равнодушен к происходящему или это просто маска. Но на памяти Листочка человек никого никогда не пытал ради удовольствия - только по делу, и насколько он знал, товарищ не испытывал при этом радости... Отвращения, впрочем, тоже. Это была одна из тех областей его разума, куда никто не смог проникнуть, и о чём Ройчи думает в такие моменты: о цветочках или своих самых страшных кошмарах - неизвестно.

- Странная стража, - шепнул человек чуть погодя очень тихо, но явно не очень опасаясь этих безалаберных охранников.

И эльф наконец-то понял, что его смущало - повадки, но особенно речь говорившего, не эмоциональность - динамические скачки от шёпота до возбуждённого относительно громкого форте, а именно слова и манера их подачи. Они больше подходили к какому-нибудь бандиту, нежели рядовому патрульному, обязанному беречь покой граждан, пусть и пересёкшемуся с неблагонадёжным народцем по долгу службы.

Да, действительно странная стража. Но в людских сообществах с их постоянно меняющейся мотивацией, нередко отсутствием действительно крепких жизненных принципов, здравомыслия и морали, чего только не бывает: могут и преступников в исполнительный орган набрать, якобы руководствуясь принципами: свой своего скорее обнаружит и изобличит. Естественно, без гарантии навести реальный порядок. При этом не стоит забывать, что подобные "стражи" могут быть и чьими-то протеже, а то и вообще тонкой диверсией государственного масштаба, этакой миной замедленного действия (или одноразовой миной). И, конечно же, "ноги" у подобных действий растут из самой что ни на есть верхушки власти.

Нервный в этот момент, продолжая бормотать, присел над лежащим беспомощно солдатом и стал тыкать того ножом в район головы или шеи - с их ракурса не было видно. Пленный, болезненно мыча - рот забит кляпом, стал извиваться, что только добавило радости и энтузиазма.

- Эй, Вошь, не испорть товар! - вновь прикрикнул правый охранник; в его голосе наконец-то мелькнула тревога.

- А что... думаешь ему.. дракону драному... одного глазика... будет мало? - сам вопрос и соответствующая вопросительная интонация садиста покоробили эльфа.

- Хочешь, чтобы наши разнервничались? - проговорил его собеседник озабоченно и с угрозой.

- А что... они уже должны... прийти? - на этот раз нервный не на шутку чего-то испугался.

- Так в том-то и дело, что придут они только утром, а нам тут всё это время куковать. Но этот... мало того, что станет стонать, как беременная лягушка, так ещё и кровью истечёт.

- А я это... выколю и прижгу, - предложил тот, на время прекратив истязание.

- Ну-ну... Что-то я сомневаюсь в твоих лекарских способностях. Дырки делать легче, чем их штопать.

- Ага, - нервный над чем-то задумался, но видно было, с каким наслаждением смотрит на свою жертву и вряд ли откажется от уникальной возможности помучить. Связанный же, до этого лежавший словно парализованный, вдруг попытался отползти, что вызвало широкую улыбку у трусливого истязателя, и он по-хозяйски похлопал того по бедру.

- Не со-орьтесь дева-а-ачки, - неожиданно встал здоровяк и с хрустом потянулся. - Сейча-ас я тебя-я, Вошь, на-аучу пра-а-вильному ра-а-азвлечению, от ка-а-то-ро-во жи-сть не мо-о-жет па-астра-адать, а вот кое у ка-аво и ма-азги могут за-акипеть, - он неспешно направился к пленным.

- Ты шо, Мудак, решил яйца пощекотать и дракона пополоскать? - бросил с неодобрением оставшийся у дверей, а тот лишь обернулся и весело подмигнул. - Ну вы и извращенцы.

- Да ла-адно тебе, - примирительно обронил здоровяк, - эта-а ка-а-нешна-а не аристокра-аточки, до ка-аторых ты охоч, но удовольствие га-ара-антирую. Присоединяйся-а.

Но тот лишь сплюнул.

Ройчи привлёк внимание Листочка к себе, указал на довольно бормочущую в глубине амбара парочку и провёл по горлу рукой в красноречивом жесте, и эльф, не рассуждая более, извлёк лук, стрелу - руки аж дрожали от нетерпения, а человек скользнул ко входу...

- Стоп, - тихий шёпот остановил Листочка, тот, встряхнувшись, взял себя в руки.

Нервный уже угомонился, третий у дверей даже не пикнул, курчавый здоровяк недоумённо застыл посреди амбара с отвисшей челюстью, стеклянным взглядом глядя на скукожившегося со стрелой в глазу Вошь.

- Давай поговорим? - спросил с улыбкой Ройчи у мрачного эльфа, тот молча вложил стрелу в колчан и извлёк меч - этого борова просто хотелось прирезать, как свинью. - Эй, чудо, - негромко позвал человек оставшегося охранника.

Тот повернул лобастую голову со здоровенными, будто сытые дождевые черви губами и испуганно уставился на два неясных силуэта, явно несущих угрозу. Колени у него внезапно ослабли, живот булькнул и не почувствовав опоры, с тёплым шумом истёк в штаны...

Эльф с отвращением отвернулся - его породистый нос негодующе шевельнулся - хоть прищепкой затыкай, сделал шаг назад - к этой выгребной яме на двух ногах не хотелось приближаться категорически. Даже ради того, чтобы избавить Веринию от этой гадости; кажется, что и черви побрезгуют ею, а земля неизвестно, сможет ли переработать это в перегной.

- Что ж ты так пугаешься, говнюк, - ласково обратился меж тем к застывшему здоровяку Ройчи. - Мы добрые, и не будем делать того, что ты тут наобещал, с тобой. Даже если попросишь. Уж извини, что не рады твои штанишки нашему приходу. Иди сюда, - поманил рукой к себе, из-за чего эльф недовольно глянул на человека: зачем, мол, нам эта бочка дерьма? И тот, прикрикнув на начавшего медленное движение курчавого: - Аккуратненько только, добро своё не растеряй, тогда может и убьём тебя небольно, - склонился к эльфу и объяснил свои действия. - Не хочу, чтобы эта туша воняла возле пленных, с которыми я тоже хочу пообщаться.

- Стоит ли нам тут задерживаться? - с сомнением произнёс Листочек.

- Мы не долго, - оскалился навстречу приближающемуся здоровяку. - Вряд ли сюда кто заявится. Этот же, - кивнул на мёртвого у дверей, которые успели подпереть небольшим брусом, - что раньше рассвета сюда вряд ли кто заявится. А с нами к тому часу уже всё решится. Времени, конечно, в обрез, но очень уж хочется задать несколько вопросов - ты же знаешь, какой я любопытный.

Листочек неодобрительно покачал головой, отступил назад и в сторону - усилившийся запах и вообще атмосфера амбара на него, в принципе, достаточно привычного, всё равно действовала гнетуще. Обонятельная пытка и замкнутое пространство огромного тёмного помещения, аура боли и мучений - это никогда не улучшало его настроения.

Человек, верно поняв его, серьёзно кивнул.