Энн Бишоп - Королева Тьмы

Это заставило Мегстрома решиться.

— Поскольку этому человеку наверняка грозит опасность за раскрытие столь важной информации, не следует заставлять его ждать.

— Нет, — странным тоном произнес Джорвал. — Определенно не следует.

Они почти сразу, как вышли из здания, нашли свободный экипаж, запряженный обычными лошадьми. Тяжелая пелена молчания опустилась на них и поднялась только после того, как повозка через несколько минут остановилась.

Мегстром вышел, огляделся и ощутил укол страха. Они оказались на самой окраине Гота, в трущобах. Не самое подходящее место для ни о чем не подозревающего… для пожилого человека.

— Знаю, знаю, — поспешно произнес лорд Джорвал, взяв Мегстрома под руку и потащив его за собой по узким, грязным улицам. — Вам это место кажется не самым подходящим для подобной встречи, однако именно поэтому оно и было выбрано. Если даже кто-то увидит нас и узнает, то подумает, что ошибся.

Тяжело дыша, Мегстром пытался не отставать от быстро шагающего Джорвала. Он чувствовал, что из каждой подворотни за ними наблюдают люди, настроенные не слишком дружелюбно, и чувствовал отблески силы, исходящие от них. Впрочем, было много причин, по которым мужчина, носящий темный Камень, мог оказаться в подобном месте.

Наконец они вошли через черный ход в большое строение и молча поднялись по лестнице. На втором этаже мужчины остановились, и Джорвал суетливо достал ключ, пытаясь отпереть нужную дверь, а затем посторонился, пропуская пожилого лорда.

Мебель в гостиной была неновой, вытертой. Сама комната выглядела так, словно здесь уже давно не убирали. В ней царил сладковатый запах разложения.

— Что-то не так? — со странной радостью уточнил лорд Джорвал, склонив голову набок.

Мегстром двинулся к узким окнам. Возможно, свежий воздух разгонит вонь.

— Думаю, где-то здесь сдохла мышь или крыса, поэтому здесь…

Джорвал издал странный звук — высокий, визгливый смешок — в тот самый миг, когда открылась дверь спальни и закутанная в плащ с капюшоном фигура шагнула в гостиную.

Мегстром обернулся — и онемел.

Он увидел, как двигаются кости, проглядывающие из рваной кожи, когда потемневшие, коричневые руки откинули капюшон.

Мегстром уставился в наполненные ненавистью золотистые глаза на обезображенном, гниющем лице. Она сделала шаг к нему. Он отступил. Еще шаг… и еще… и еще… а потом отступать было уже некуда.

Джорвал улыбнулся ему:

— Я подумал, что пора представить вас Темной Жрице.

— Что-то случилось? — спросил Деймон, обращаясь к Сэйтану.

Он покосился на Люцивара, напряженным взглядом изучающего их отца.

Сэйтан наконец поднял глаза от листа бумаги, лежащего в центре огромного стола из черного дерева.

— Я получил письмо от лорда Джорвала, в котором сообщается, что лорд Мегстром был жестоко убит прошлой ночью.

Деймон медленно вздохнул. Люцивар яростно выругался.

— Я познакомился с Мегстромом на ярмарке. Он произвел на меня впечатление весьма достойного человека.

— Таким он и был, — отозвался Сэйтан. — И он был единственным членом Темного Совета, с которым Джанелль не отказывалась встретиться.

— Как он умер? — бесстрастно уточнил Люцивар.

Сэйтан ответил не сразу.

— Его нашли в одном из закоулков в трущобах Гота. Тело изувечено настолько, что было сделано предположение, будто Мегстрома убили представители родства.

— Но почему заподозрили именно их? — спросил Деймон.

— Смерть окончательная? — одновременно с братом прорычал Люцивар.

— Да, смерть окончательная.

Сэйтан ответил сначала на вопрос эйрианца.

— Поэтому нет ни малейшей возможности, что хотя бы призрак Мегстрома появится в Темном Королевстве и поведает нам о том, что с ним случилось. Там есть, разумеется, стаи диких собак, однако обычный щит защитил бы лорда от них. Только целая стая родства или единичный его представитель, носящий Камни темнее, чем у Мегстрома, могли бы осушить его ментальную силу, чтобы добить окончательно.

— А это похоже на правду? — уточнил Деймон.

— Если неизвестный человек без приглашения ступит в один из Краев, принадлежащих родству, такой исход практически гарантирован. Но в Готе? Нет.

— Значит, тело изуродовали, чтобы скрыть настоящие смертельные раны.

— Похоже на то.

— И что, теперь Джорвал хочет отложить исцеление этого неизвестного типа? — поинтересовался Люцивар.

Сэйтан покачал головой:

— Встреча по-прежнему назначена на сегодняшний вечер. Все готово?

Эйрианец кивнул:

— Мы отправляемся через час.

— Место, которое ты отыскал для Джанелль, надежное? — спросил Сэйтан.

— Это приграничный форт в землях Деа аль Мон, — отозвался Люцивар. — С нами отправится Шаости, а стражи границы Деа аль Мон обеспечат необходимую защиту от физического нападения. Кошка сказала, что ей еще нужно съездить за чем-то в Амдарх, так что после встречи мы сразу же отправимся в Демлан и, наверное, пробудем там день или два. Шаости вернется сюда и доложит о том, как прошла встреча.

Деймон с трудом приструнил вспыхнувшую ревность, начавшую разъедать его душу. У Люцивара не было никаких причин полагать, что поездка с Джанелль на пару дней может быть воспринята неправильно, несмотря на то что эйрианцы по-прежнему ждут отъезда в Аскави и должны отправиться туда до зимы, несмотря на то что у него самого жена и ребенок. Джанелль была не только его сестрой, но и Королевой. Разумеется, нет ничего странного в том, что он согласен отправиться с ней в любой момент, когда ей это нужно…

Усилием воли отогнав эти размышления, Деймон сосредоточился на их планах. Он не знал наверняка, какое расстояние разделяет Гот и Зал, но, чтобы преодолеть его, наверняка требуется не меньше двух часов. На то, чтобы добраться до этого форта в землях Деа аль Мон, уйдет, вероятно, еще больше времени. Если Люцивар планирует тронуться в путь через час, чтобы своевременно добраться до форта, он наверняка позаботился о том, чтобы после приезда у Джанелль была возможность отдохнуть и пообедать, прежде чем она вновь двинется в путь и сделает, что запланировала — что бы то ни было. Но времени все равно катастрофически мало…

Неожиданно в нем пробудился Садист. Он взглянул на Сэйтана и прочел в его глазах отражение собственных подозрений.

— Когда было обнаружено тело? — с обманчивой мягкостью спросил он.

Люцивар резко поднял голову, посмотрел на брата и выругался.

Сэйтан выдержал пристальный взгляд сына.