Сергей Шевелев - Время Икс

Заскрежетал ключ в замке, и на пороге вновь появился приведший Лену сюда сержант госбезопасности.

— Выходите… оба!

Ребята переглянулись и, подхватив свои вещи, двинулись к выходу. Теперь их сопровождали трое.

Идти на этот раз пришлось недолго. Не пройдя и двадцати шагов, они сверну-ли налево и оказались во дворе управления, где стояло несколько автомашин. От яркого солнечного света Лена на секунду зажмурилась. Жара стояла неимоверная, но солнце уже склонялось к горизонту.

Конвоиры подвели их к стоящему у ворот черному тюремному "воронку", а старший направился к старенькому зеленому "форду" из которого выбирался пожи-лой усатый дядька в белой рубашке с расстегнутым воротом.

— Задержанные доставлены, вот на них документы, — чекист протянул усатому какие-то бумаги. — Можете ехать.

Этим усатым незнакомцем был не кто иной, как Борисенко, направленный Бердышевым по указанию Роберта в Могилев за Леной и Виктором.

Борисенко мельком глянул на документы, потом на стоящих возле "воронка" юношу и девушку, и прогудел низким басом:

— Перестраховываешься ты, Салтанов. Бензина что ли много еще одну машину гнать за тридцать верст. Я б эту парочку и в свой бы "форд" поместил; нас-то тут трое вместе с водителем, так что два места как раз свободно.

Салтанов развел руками.

— Таково приказание руководства. В вашем предписании не сказано, чтобы на-правлять без конвоя. А раз так — вот спецмашина, вот конвой! Эй, Гущин, — рявкнул он на одного из конвоиров, — ну что ты стоишь, рот разинув, загружай!

— Давайте-давайте, залезайте в машину, — засуетился тот, подталкивая Маслен-никова в спину.

Виктор поднялся в кузов, а Лена чуть замешкалась. Ее взгляд случайно упал на окно на третьем этаже, из которого на них с задумчивым видом смотрел Листра-тов.

— Да давай же ты!.. — Сильные руки оторвали ее от земли и буквально заброси-ли в фургон. Хлопнула дверь, взревел мотор, и машина медленно выкатила со дво-ра.

— Перестраховщики!.. — буркнул Борисенко, усаживаясь на переднее сидение "форда". — Бывай, Салтанов!.. — крикнул он в форточку и, обращаясь к водителю, сказал: — Жми, Андреич!..

Стоящий у окна мрачный Листратов проводил взглядом выехавшие одна за другой из ворот автомашины и направился в свой кабинет. Черт бы побрал этих москвичей! Раскомандовались, понимаешь! Получается, что Бердышеву удалось их склонить к тому, чтобы переправить Берестову и Масленникова из города к аппа-рату. И это несмотря на то, что немецкие танки буквально в двух шагах… Нет, тут дело положительно нечисто!

Виктор Николаевич заложил руки за спину и раздраженно стал ходить по ка-бинету из конца в конец.

И что самое главное — ничего нельзя было сделать! Уж больно серьезный до-кумент предъявили приезжие тогда, при их первой встрече. Шутка ли — за подписью самого Берии бумага! Да что Берия! Сам Сталин звонил по этому поводу…

При воспоминании о звонке вождя Листратов поежился и с опаской посмотрел на телефон. Пока, к счастью, молчит! А, впрочем, сейчас тут всем заправляет вернувшийся и приступивший к исполнению своих обязанностей начальник управ-ления Аксенов. Собственно он-то и дал команду, чтобы арестованных отдали при-бывшему за ними Борисенко. А теперь, если что, пусть за это и отвечает…

В дверь постучали, и в кабинет заглянул Салтанов.

— Разрешите, товарищ старший лейтенант госбезопасности?

— Заходи! — буркнул Листратов. — Ну что, отправил этих двоих?

— Так точно!.. Борисенко, правда, был недоволен, что с конвоем. Говорит, что, мол, сами сопроводили бы…

Листратов недобро прищурился.

— Что-то наш главный эксперт стал много на себя брать, я погляжу. Совсем страх потерял… Слишком сильно видно снюхался с Бердышевым, да этими мос-ковскими визитерами…

Вдруг ни с того, ни с сего Салтанов крякнул и, хлопнув себя по лбу, зачем-то полез в кожаную папку для документов, которую он держал в руках.

— Ты что, совсем очумел? — грозно спросил Виктор Николаевич своего пору-ченца.

— Простите, товарищ старший лейтенант госбезопасности, — виновато ответил сержант. — Забыл сейчас отдать Борисенко одну вещицу…

— И что за вещица?

— Да бумажник… Бумажник капитана Бердышева…

— А он у тебя, откуда взялся? — изумленно спросил Листратов. — В первый раз такое слышу…

— Понимаете, — начал рассказывать Салтанов, — когда Бердышев был у нас в по-следний раз, он, садясь в машину, случайно выронил этот бумажник из заднего кармана. Ну, а я подобрал… Хотел сейчас Борисенко отдать, да забыл…

— А что там внутри, не глядел?

Сержант махнул рукой.

— Да ничего серьезного. Денег немного, да старая фотография.

— А что за фотография? — насторожился Виктор Николаевич.

— Да капитан наш с какой-то девчонкой лет тринадцати.

Листратов потер лоб. Что Бердышев никогда не был женат и не имел детей — это Виктор Николаевич знал точно. Может где на стороне нагулял? А может кто-то из знакомых…

— Дай погляжу…

Салтанов раскрыл старый потрескавшийся бумажник из телячьей кожи и про-тянул своему начальнику небольшую пожелтевшую любительскую фотографию, на которой был изображен улыбающийся Бердышев, сидящий в соломенном кресле на берегу озера и держащий на руках симпатичную светловолосую девочку с длинной косой до пояса.

Листратов начал внимательно вглядываться в фотографию. Действительно — девчонка лет тринадцати. Но было в ней что-то подозрительно знакомое. Но вот что? Где ж он ее мог видеть?

— Ты знаешь что, Салтанов, — сказал он вдруг, о чем-то несколько секунд по-думав, — а принеси-ка ты мне срочненько дело комбрига Берестова из архива.

Сержант мигом испарился. Листратов закурил папиросу и несколько раз про-шелся по кабинету. Озарившая его мысль была невероятной… А, хотя, собственно говоря, чего тут невероятного. Мир, как говорится, тесен! И в жизни этой все может случиться… Чутье его, кажется, не подвело. Бегало, бегало же у него в душе этакой серенькой незаметной мышкой ма-а-ленькое сомнение… А сейчас, скорее всего, сомнение это может перерасти в факты… Неоспоримые факты…

Где-то вдалеке заревели сирены воздушной тревоги. Похоже, фашисты реши-ли сегодня не ограничиваться одним утренним налетом. Некстати, надо сказать, некстати!.. На окраинах захлопали зенитки.

"Черт бы побрал этого Салтанова! — со злостью подумал Виктор Николаевич. — Ну что он там копается! Трудно добежать до архива, взять дело с особым грифом "хранить вечно", и принести его сюда…"

Раздались приглушенные взрывы. Все ближе, ближе… Загремели пушки рас-положенные в городском парке.