Виктор Кувшинов - Пограничник

— Я не убийца, я воин, — стараясь не поддаваться на провокацию, деланно равнодушным тоном ответил разведчик. Ведь она была права: не понятно, что его остановило от очередного убийства. Но, раз уж не убил, то надо хотя бы допросить… — Лучше скажи, Иниа, что это за сооружение и почему оно так далеко спрятано от остальных объектов?

— Как бы тебе объяснить… это библиотека… вернее, это архив знаний нашей цивилизации. А мы… — девушка с необычно мудрыми глазами осеклась и, помолчав, махнула рукой за спину. — Теперь уже те, кто остались…

Арх мгновенно вскинул оставшийся бластер и приготовился к возможной атаке.

— Уймись, воин… — с горьким сарказмом усмехнулась Иниа. — Все, кто мог носить оружие, мертвы. Остались дети… самые смышленые, которые нашлись среди колонистов. Ведь без хранителей все эти знания останутся лежать мертвым грузом. Мы мечтали преобразовать эту планету в цветущий сад, ведь в отличие от нашей общей прародины, здесь есть главное: энергия солнца. А снизить температуру и сделать атмосферу более влажной не такая уж и сложная задача.

— Покажи мне детей, — приказал на правах завоевателя Арх. — Я должен убедиться, что они не причинят вреда.

Иниа, ничего не говоря, повернулась и пошла внутрь огромного купола. Разведчик последовал за ней, держа наготове бластер и пытаясь разобраться в самом себе. Он уже не был самим собой. Ведь войску был дан ясный приказ: уничтожать всех на своем пути. Арх никогда не нарушал приказы, а сейчас кто-то словно подмял его под себя и заставлял тело и разум выполнять действия, кощунственные для его военного воспитания. Эта женщина… юная красавица с взглядом мудреца — ему нужно было немедленно ее уничтожить, а он вместо этого идет у нее на поводу рассматривать каких-то сопляков. Племени не нужны никакие чужие знания — им и так неплохо живется. И все-таки, несмотря на все протесты, он, как мякиш, следовал велению непонятно кого. Его желания уже не были его.

Они вошли в большую комнату, где находилось несколько детей разного возраста. Старшие сидели за какими-то светящимися окнами, в которых была видна необычная жизнь — так и хотелось туда сунуть руку и потрогать маленькие создания и предметы, находящиеся там. Повсюду в экранах висели строчки текстов — совсем как в книгах, которые они изучали в школах. Ребята помладше играли невероятными живыми игрушками. Арх даже сначала не понял: живые это существа или только странные подделки под них.

— Вот оно, наше войско, — с непонятной гордостью ответила Иниа. — Надеюсь, с ними ты воевать не станешь?

— Нет, — ответил против своей воли Арх и, сам не понимая зачем, спросил. — И что же за знания вы тут храните? Как пользоваться этими игрушками?

— Здесь знания обо всем, — снисходительно пояснила красавица. Я могу показать, но не думаю, что столь «храбрый» воин решится на такой риск — ведь прикоснувшись к ним, ты не сможешь остаться прежним: решительным и жестоким.

— Я готов, — неожиданно для себя ответил Арх. — Что для этого нужно?

— Только желание, — мстительная нотка проскользнула в голосе Иниа. — Следуй за мной.

Они прошли в боковую комнатку, в которой стояло одно кресло со странным колпаком над спинкой. Арх, несмотря на внутренние попытки сопротивляться, плюхнулся на сидение и замер, закрыв глаза и ожидая любой гадости со стороны хозяйки купола.

Но гадостей не последовало. Вместо этого он словно стал растворяться в темноте, теряя ощущение тела. Вместо него осталось только сознание, внимательно следящее за всем, происходящим вокруг и внутри него. А вокруг происходили волшебные преобразования: он словно бы вылетел в небо и, удалившись от планеты, завис в космосе. При этом какой-то голос нашептывал о разных сложных вещах так, что они казались воину понятными.

Сначала ему показали то, что он знал раньше: две планеты и великое переселение. Но потом он увидел рождение Вселенной, которая была создана на основе двойной системы элементарных частиц. Изображение словно провалилось внутрь ближайшей планеты, до магмы, кристаллических структур, молекул и атомов. И вот перед ним возникла триединая связка: протон — электрон — квазипротон. Два протона не могли совмещаться в одном ядре, но взаимодействовали с одним и тем же электроном.

Это противостояние элементарных частиц порождало две самостоятельные гравитационные силы. Пара протон-электрон формировала свои звезды, а пара квазипротон-электрон — свои. Причем, такие звезды в космосе образовывали пары, так как на близком космическом расстоянии массы протонов и квазипротонов отталкивались, а на дальнем — притягивались общей гравитацией. В результате большинство звезд в галактике были двойными. Когда они выгорали, то коллапсировали, и каждая образовывала свои спектры атомов, которые могли вступать в химические взаимодействия из-за общих электронных орбит.

Вокруг вторичных звезд образовывались планеты, состоящие из родственной звезде материи, но почти всегда в составе планет находилась смешанная квази-материя, которая выбрасывалась из твердого космического тела близкими взаимодействиями, но удерживалась положительной гравитацией на некотором расстоянии от поверхности планеты. В результате большинство планет Вселенной имело летающие острова. Эти острова в основном были плоскими, так как смешанная порода старалась занять оптимальное удаление от планеты. Летающие платформы никогда не сталкивались друг с другом все по той же причине отталкивания близкими взаимодействиями.

Но явления двойных звезд и летающих островов были только самыми явными проявлениями единства и противостояния двух материй. На самом деле это порождало бесконечный спектр разнообразных явлений. Самым малым из которых была особая пряжка разведчика из черного и белого серебра — пары металлов-антагонистов. Белое серебро — тяжелый квази-металл, который за счет химических связей откладывался в костях живых существ и делал их легче. Именно поэтому он был так нужен их детям.

Разведчик чувствовал, как кто-то внутри него направлял любопытную мысль, пытаясь осознать все огромное разнообразие молекулярных взаимодействий и сил мира. «Это невероятно!» — мысленно проявлял себя внутренний наблюдатель, и Арх тут же возражал: «А разве может быть по-другому?»

Спустя какое-то время он снова нашел себя, сидящим в странном кресле. Только теперь оно не казалось ему странным. Арх понимал, что это всего-навсего нейро-сканер, для связи с базой данных хранилища. И еще ему со всей ясностью пришло понимание: Иниа была права — он больше не являлся простым воином племени. Но вряд ли она предполагала все изменения, которые произошли в Архе.