Дэйв Дункан - Прошедшее повелительное

Второй мужчина усмехнулся. Голос у него был довольно молодой. Осторожно выглянув из-за колонны, Элиэль одним глазом разглядела его. Он сидел спиной к ней на упавшем каменном блоке. Должно быть, Т’лин сидит где-то рядом. Они смотрели на пустую площадку в круге колонн.

– Ничего удивительного! «Филобийский Завет» на поверку оказался поразительно точным. В нем говорится, что девчонка прибудет с синей монахиней, – она и появилась с синей монахиней. Только чудо могло предотвратить это.

– Чудо – то, что я не придушил эту старую ведьму!

Таргианец расхохотался, словно от удачной шутки.

– Насилие над такими не поощряется!

Элиэль высунулась из-за плюща еще на пару дюймов, так чтобы смотреть уже обоими глазами. Оба мужчины сидели в тени, сняв шляпы. Таргианец не уступал в росте Т’лину. Он сидел, откинувшись назад и опершись на руки – жилистые молодые руки, темные от загара. Он казался заметно моложе. Его волосы были темными, и, когда он повернул голову в профиль, она увидела, что он чисто выбрит.

В левом ухе его блестело маленькое золотое колечко!

– Она пока осталась в гостинице, господин, – сказал Т’лин. – Так что мне с ней делать?

«Господин»? Т’лин Драконоторговец обращается к этому сопляку как к «господину»?

– Неплохой вопрос! – Таргианец выпрямился и пригладил волосы рукой. – Как думаешь, что ты получишь, скрестив кенгуру с ягуаром?

– Что? О… боюсь, не знаю, господин.

– Правильно. Я просто хочу сказать, что есть кое-что, чего я не могу тебе рассказать. И не думай обижаться! Я не сомневаюсь, что у тебя есть свои секреты политического характера, которых я не знаю. А это дела религиозные, только и всего.

Т’лин испустил свое привычное фырканье.

– Это я и сам знаю! Подрывная деятельность, инфильтрация – в этом я разбираюсь. В религиозных вопросах я не специалист.

– Не ты один, поверь! Что тебе удалось понять?

– Очень мало. В дни Празднеств в Суссленде ожидается рождение некоего младенца. Девчонка должна принять роды. Карзон, Эльтиана и их братия пытаются предотвратить это. Тион и Астина вроде бы настроены в пользу «Завета». Насколько я понимаю, Служба – тоже?

– Мы – да, – буркнул молодой человек. – Зэц и Оис, само собой, против. Карзон с Эльтианой, возможно, тоже. Но не советую тебе доверять Тиону! Он ведет собственную, грязную игру.

Элиэль поперхнулась. Богохульство!

– Но разве не Тион послал мальчишку спасти девочку? – удивился Т’лин.

– Ты хочешь сказать, Кирб’л! Мне страшно подумать, какие у него интересы в этом деле. Кирб’л – настоящий маньяк. Сама Астина пока держится в стороне.

– Но это ее рощу сожгли сегодня утром!

– Нет, – вздохнул таргианец. – Это была роща Иилах. Иилах более или менее поддерживает нас – или поддерживала. Возможно, она уже мертва. Послушай, я и так говорю тебе больше, чем следовало бы, так что будь благоразумен, ладно? Теологическая доктрина жрецов абсолютно запутана, что в общем-то понятно. Идея пяти великих богов, Пентатеона, является упрощением – довольно полезным, но все же далеким от действительности. Конечно, все пятеро обладают огромной силой – Висек, Карзон, Эльтиана, Астина, Тион. Но некоторые другие обладают гораздо большим влиянием, чем ты думаешь, и их принадлежность к партии того или иного из великих не всегда такова, какой ее представляют. Все эти теории аватар и ипостасей – им место на свалке. Иилах – далеко не Астина, а Кирб’л – не Тион, точно так же, как Гарвард – не Карзон! Да и Оис – не Эльтиана. Сука сукой – с этой-то ее ритуальной проституцией, – но и чертовски сильная благодаря этому. Возможно, она и впрямь может вызывать лавины, как утверждает. Тион тоже мало уступает ей в порочности.

Гнусная, гадкая ересь! Как может Т’лин Драконоторговец терпеть подобное богохульство?

– К счастью, – добавил незнакомец, – не все они поддерживают Палату. Среди них есть вполне пристойные, и многие занимают выжидательную позицию.

Помолчав немного, Т’лин усмехнулся:

– А я-то думал, нет ничего сложнее политики! Тарг со дня на день захватит Нарсию, ты, наверное, и сам знаешь.

– Ничего удивительного, – ответил таргианец. – А джоалийцы и ухом не ведут, вот дураки! Но по сравнению с нашим делом это все ерунда. Войны приходят и уходят… Освободитель может оказаться куда важнее любой войны. Ты прибыл в Суссленд уже после восхода солнца?

– Сильно позже. За полдень.

– Ага! Этот сброд Гарварда разгромил рощу в Филоби раньше. Значит, ему не повезло.

Последовало молчание. Элиэль подавила сильное желание взвизгнуть. Она испытала настоящее облегчение, когда Т’лин спросил: «В чем не повезло?»

Последовала еще одна пауза. Таргианец нагнулся и достал откуда-то бутылку. Он отпил и протянул ее Т’лину.

– Мне надо объяснить кое-что. Во-первых, все эти разговоры насчет родов – неверное толкование. Мы ожидаем вовсе не ребенка. Освободитель, о котором говорится в «Завете», будет взрослым человеком.

Т’лин усмехнулся:

– Представляю, как будет рада моя маленькая подружка. Она не пришла в восторг, услышав, что ей предстоит быть повитухой.

– Не говори ей ничего! – резко одернул его таргианец.

– Конечно, нет, господин. Я никому ничего не скажу.

– Верно. Она должна действовать по собственному побуждению. Если она узнает, что от нее ожидается, она может сделать все не так. Впрочем, я и сам толком не знаю, что от нее ожидается. Возможно, это все равно, но мы не можем рисковать. Палата уже много лет пытается сорвать исполнение пророчества. А то, что подходит им, никак не устраивает нас, если ты меня понимаешь. – Он снова помолчал. – Вот почему Гарвард уничтожил сегодня рощу Иилах – он пытался оборвать цепь. Я думаю, он ее только укрепил. Он действует, как тупой бык. Впрочем, он никогда не отличался умом.

Это он о боге так!

– Тем не менее, – продолжал богохульник, – Палата бросила на это дело гораздо больше сил, чем Служба, Семьдесят Седьмой. Ну например, в этом активно участвует Зэц.

– Смерть!

– Тот, кто называет себя Смертью. Похоже, Освободитель представляет для него личную угрозу.

– У него здесь двое Жнецов, насколько мне известно.

– Больше, чем двое. Мы абсолютно уверены, что он сам попробовал предвидеть события. Он достаточно силен, чтобы рискнуть. Возможно, он точно знает, где появится Освободитель, в то время как нам это неизвестно. – Он невесело усмехнулся. – По крайней мере мы не знали этого до того, как прибыл ты. Я-то думал, у меня здесь рутинное дежурство, и тут ты бросаешь меня в самую гущу событий.

– Тем, что притащил сюда девчонку, ты хочешь сказать?