Кирилл Быстров - Я - Гений. Заражение

 – Но ведь если я не вернусь, и больше никто не поступит на факультет иллюминатов, его ведь закроют, так?

 Датсон удивлённо моргнул и кивнул головой, подтверждая слова Гордона, и мальчик продолжил:

 – А это будет означать, что тёмные маги добились своего. Они ведь именно закрытия факультета хотели. А факультет иллюминатов ни за что нельзя закрывать, особенно теперь, когда всем стало известно, что тёмные маги действительно существуют. Ведь вы столько сил приложили, чтобы открыть этот факультет.

 – Спасибо, – искренне поблагодарил Датсон Гордона, глядя на него уже совсем другим взглядом. – Что ж, тогда до сентября, Гордон. Я обещаю, что приложу все силы к поискам лекарства.

 Он низко поклонился ребятам и оставил их наедине.

 Гордон вспомнил, что до сих пор не собрал вещи, и принялся носиться по всем этажам с рюкзаком в руках. Вещей у Гордона было не так уж много, но они странным образом оказались разбросаны по всей башне. Заглянув на кухню, он увидел эмблему магического флота, на которой было написано: "Лесли Янг". Гордон остановился в нерешительности. Он испытывал смешанные чувства, когда читал это имя. С одной стороны, она была матерью человека, который его чуть не убил, да ещё и наградил биостигмой. С другой стороны, она была невинной жертвой. Гордон помялся ещё пару минут, и решил, что должен взять эмблему с собой. Эта пластина обладала гораздо большей ценностью, чем могло показаться на первый взгляд. Это не просто кусок металла с надписью. Это память! Память о тех событиях, которые завели Гордона в такое положение. Спустившись на первый этаж, мальчик нашёл в шкафчике свои старые чёрные перчатки, привезённые из приюта. Гордон кинул правую перчатку в рюкзак, а левую натянул на руку, чтобы скрыть от любопытных глаз биостигму. Ему вовсе не хотелось выйти из башни и увидеть на себе тысячи сочувствующих взглядов. Так он сможет хотя бы не выставлять свой приговор напоказ. Пошевелив пальцами, Гордон понял, что плести магию в перчатках будет неудобно. Он снял перчатку, и отрезал от неё пальцы. Таким образом, биостигма будет закрыта тканью, а пальцы нет. Гордон надел обновлённую перчатку на руку и, пошевелив пальцами, остался доволен результатом. То что надо! 

 Эли собрала свои вещи сразу после практики, и пока Гордон заполнял свой рюкзак, она готовила завтрак. Гордон поспел как раз вовремя: она снимала со сковородки новую порцию поджаренных бутербродов с ветчиной. Часть бутербродов она завернула в бумагу, и уложила в свою сумку, а остальное поставила на стол. Гордон догадался, что она решила захватить с собой еды в дорогу. Очень предусмотрительно. Помнится, когда они летели в школу, поесть было нечего.

 – Знаешь, о чём я думаю? – спросил Гордон, надкусывая бутерброд, и чувствуя, что кусок не лезет в горло.

 Эли подняла голову.

 – Ведь совершенно случайно выяснилось, что мы маги. Так же было и с Эриком Янгом. Его отец маг, но он бросил Эрика вместе с матерью. Возможно, она и не подозревала что её сын тоже маг, верно? Сколько детей не попало в Белый Омут, лишь потому, что никто не знал об их магических способностях? Янга разыскали тёмные маги и всё ему объяснили. Обучили тёмной магии. Я сейчас задумался, сколько таких Эриков Янгов по всему миру, и мне стало не по себе.

 Эли ничего не ответила, лишь с грустью смотрела на брата. Как следует наевшись, они оделись, подхватили свои вещи и отправились в порт. Когда они вышли из башни в галерейный коридор, Гордон в изумлении замер. На протяжении всего коридора выстроились по росту курсанты, с разных курсов. Они вытянулись в струнку при виде Гордона и Эли, и замерли, ничем не объясняя такого поведения. Гордон, недоумевая, шёл вдоль этого строя, пытаясь понять, что всё это значит. Дойдя до конца коридора, они увидели, что в конце строя стоит Патрик. Он сделал шаг вперёд, и повернулся лицом к ребятам.

  – Что это значит? – спросил Гордон у друга, кивая на строй.

 – Это что-то вроде знака уважения, – с серьёзным видом ответил Патрик. – Я подумал, что тебе понравится. Я поговорил с ребятами, со своего факультета и, по-моему, больше никто не считает тебя тёмным. 

 Гордон обернулся назад: курсанты всё ещё не шевелились. Мальчик не знал, как он должен реагировать, но он действительно был признателен Патрику. Они втроём двинулись по лестнице в банкетный зал. Но за несколько шагов до выхода, их путь преградил Азазель. Гордон отшатнулся и рефлекторно положил руку на проводник.

 – Это лишнее! – успокаивающе поднял руки вверх Азазель. – Я прийшёл лишь для тойго, чтоби перейдать тейбе послайние, Гордон.

 Мальчик не стал спрашивать, откуда демону известно его имя. У него имелись вопросы поважнее. Гордон убрал руку с рычага блокировки, но бдительности не терял.

 – Что случилось там… за стеклом, когда я умер? – спросил Гордон.

 – Я никогда тайкого раньше не вийдел, – задумчиво ответил демон, переводя взгляд между Гордоном и Эли. – Между вайми есть какая-то страйная связь. Ви ведь смейшивали кровь, не так ли?

 Гордон боковым зрением заметил, как Эли со странным выражением смотрит на демона и поглаживает шрам на своей руке. Демон тоже заметил это движение и, не дожидаясь ответа, продолжил:

 – Увейрен, ви первие из магов кто сдейлал пойдобное. Вся майгическая энергия людей храйнится в их крови, а ви её смейшали, тем самим навсейгда свяйзав себя магическими узами. Крепче чем семейние узи. Прочнее чем друйжба. Твёрже чем стейкло, разделяющее мир жийвих и мир мёртвих. Могущейственнее люйбви. Сильнее Смерти. 

 – Он вообще о чём? – спросил Патрик. – Какое стекло?

 – Я тоже не понимаю, о чём вы? – замотала Головой Эли, но Гордон одёрнул их обоих, пообещав объяснить всё позже. 

 – Так что за послание? – напомнил Гордон.

 – Ах да, – погрустнел демон. – Смерть била ойчень нейдовольна тем, что я упуйстил твою душу. Она пройсила перейдать, что в следующий раз придёт за тобой лийчно.

 От этих слов, жуткий холод поселился в груди Гордона.

 – И когда же будет этот "следующий раз"? – спросил Гордон, прилагая все усилия, чтобы его голос не дрогнул.

 – Демонам запрейщено говойрить об этом с людьми, – покачал головой Азазель, и красноречиво посмотрел на левую ладонь мальчика. – Но в твоём слуйчае, ведь и так всё пойнятно.

 – Через год, – кивнул Гордон, проследив взгляд демона.

 – Да.

 За спиной демона в проходе появилась фигура Гектора Гейта, декана факультета клериков. Он встал в нескольких метрах позади демона. Азазель, так и не заметив его появления, продолжал смотреть на Гордона.

 – Могу я взглянуть на твоё приглашение? – громогласно спросил профессор Гейт, и демон от неожиданности вздрогнул. – Ты ведь не стал бы лезть в Белый Омут без него, верно?