Денис Юрин - Новый стандарт

– Почему твоя миссия провалилась, не смог перебить всех?

– Смог бы, да только в том-то и дело, что задача заключалась совершенно в другом. Вампиризм был привлекателен для людей по многим причинам: кроме долголетия и новых физиологических возможностей, обращенный получал и свободу. Гнущий по шестнадцать часов в день поясницу на полях раб в одночасье сбрасывал оковы и перепрыгивал с самой низшей ступени пирамиды общества куда-то в середину, получал статус слуги эльфа-вампира и возможность иметь собственных необращенных рабов.

– Иными словами, люди сами искали возможность превратиться в упыря?

– В очередь выстраивались, – презрительно хмыкнул Конт. – А на мою долю выпала тяжелая миссия разубедить толпу желающих отрастить клыки. Представляешь, как это выглядело со стороны?! Все равно что зайти к толстощекому богачу и потребовать: «Раздай деньги бедным и живи честно!» Примерно так, но только слова другие: «Откажись от счастья, и марш на поле, раб!» Конечно, меня стали принимать за сумасшедшего, ты вот как на месте рабов поступил бы?

– Ну-у-у, – протянул Дарк, не зная, что ответить.

– Я знаю, почему ты замялся, как, впрочем, и то, о чем ты еще хочешь спросить! Когда количество обращенных людей перешагнуло критический рубеж, Коллективный Разум посчитал, что я не справился с заданием и лишил меня дара бессмертия. Кто именно нанес роковой удар и по какому поводу, я уже не помню. Кажется, это случилось в придорожном трактире…

– Но ведь у тебя был еще второй шанс, именно после второго воскрешения ты сошел с ума!

– С ума я начал сходить, как только появился «человек клыкастый», а второй шанс действительно был, только не через несколько десятков лет, как считают в Легионе, а через шесть веков. Подавляющее большинство вампиров уже составляли люди. Помнишь маркиза Норика, изначально он был эльфом, но изменил внешность, чтобы лучше маскироваться в мире, который уже окончательно и бесповоротно стал людским. Мое возрождение – отчаянная попытка Коллективного Разума избавиться от вируса. Задача была еще труднее, а средств к ее реализации не было. Представь, ты – мелкий клерк, работающий в большой фирме, у тебя больше десятка начальников, и каждый бездельник считает своим долгом давать тебе указания. Как бы ты ни крутился, как бы ни пытался совместить несовместимое, чтобы удовлетворить противоречащие друг другу прихоти, а увольнения тебе не избежать…

– Или сумасшествия, – произнес Дарк и, опомнившись, поторопился извиниться: – Прости, я не хотел…

– Ничего-ничего, не извиняйся! Да, я сошел с ума, но справился с этим и, спустясь с гор, вернулся в мир людей совершенно свободным. Я не знаю, моррон ли я, но я почти бессмертен и почти неуязвим. Никто не руководит мной и не отдает глупых приказов. Я сам по себе, но как уволенный в запас отставник, пытаюсь от скуки тянуть прежнюю лямку.

– Поэтому и с вампирами воюешь?

– Да, согласись, они мне основательно жизнь попортили, надо же им отплатить!

– А почему полесским, разве на свете мало других упырей? Почему не Геркания, не Виверия, а именно этот занюханный закуток, где процветают вековой бардак и воровство, где зимы такие холодные, а люди продажны, как армейские куртизанки?

– Они самые омерзительные! – Конт рассмеялся. Дарку на миг почудилось, что рыбьи глаза собеседника ожили, в них появились отеческая забота и теплота. Но возможно, моррону это только показалось, голос изгоя был по-прежнему холоден, а лицо оставалось неподвижным, застывшим, как восковая маска, на которую сверху наложили толстый слой белил.

– Ты даже представить себе не можешь, как близок к ответу. Еще немного пораскинуть мозгами, и на тебя снизойдет озарение. Однако время дорого, не буду осложнять твою жизнь лишними загадками.

– Да уж, головоломок и так хватает…

– Испокон веков Полесье было богатой страной, но настолько обособленной и удаленной от центра цивилизации, что более девяноста процентов населения даже не догадывались о своем богатстве. Пронырливые купцы поняли преимущества замкнутости страны и заключили союз с местными князьями, которым тоже было выгодно не пускать на свои земли инородцев… власть было проще удерживать! На протяжении столетий аристократически-торговый альянс держал свой народ в нищете и убогости, что позволяло ему при минимальных затратах сил и средств наиболее эффективно обдирать чернь и разбазаривать несметные богатства лесов.

– «Власти закрыли границы Полесского королевства для герканских, шеварийских и иных купцов, а также под страхом смертной казни запретили выезд из страны собственных граждан. Стремление удерживать высокие цены на дефицитные товары на мировом рынке: пушнину, корабельную древесину и прочие дары леса лицемерно прикрывалось культивированной национальной идеей…» – наизусть процитировал Дарк отрывок из университетского курса «Краткая история Полесского королевства». – Как видишь, я тоже кое-чего знаю, но причем здесь вампиры, понять не могу!

– А притом, что изолированное от внешнего мира Полесье было всегда надежным пристанищем для кровососов-ренегатов всех окрасов и мастей. Сюда бежали предатели кланов, преступники, опальные бунтари и ученые или просто те вольнолюбивые твари, которым надоело лизать пятки своему Лорду. Это только двадцать лет назад полесская община присоединилась к клану Самбины, поскольку другого выхода не было, по-старому жить уже не могли…

– Почему к клану Самбины и что ты понимаешь под «по-старому жить»?

– В жилах двоих из троих предводителей кодлы, Карста и Ситера, текла кровь графини. А «по-старому жить» значит находится на службе у властей! Присягнув служить верой и правдой местным князькам, они куролесили как хотели и измывались над народом.

– Так полесский король знал?!

– Не только знал, но и приветствовал присутствие на его землях кровососов. Дело в том, что, когда границы долго закрыты, жизнь в королевстве течет вяло, размеренно… Вскоре изолированному королевству становится трудно угнаться за прогрессом и защитить границы от натиска более развитых с технической точки зрения внешних врагов. Я вижу недоумение на твоем лице, поэтому специально поясню разницу в жизненных позициях полесских и обычных вампиров. Ложа Лордов, несомненно, по сей день сильный игрок на мировой политической арене. Однако она не выступает открыто, а ее воздействие на королей, министров, президентов и прочие политические фигуры всегда ограниченно и оказывается не ради извлечения явной выгоды, а для обеспечения безопасности кланов. – Увидев наморщенный в раздумьях лоб Дарка, Конт выразил свою мысль проще: – Ну плевать им на политику по большому счету, к мировому господству не стремятся и территорий для создания собственного государства ни у кого отхватить не хотят. Однако Лорды вампиров вынуждены барахтаться с политиканами в одном котле, чтобы никому не пришло в голову объявить священный поход против кровососущей братии. «Скрытность, и еще раз скрытность!» – вот девиз Ложи, чьи эмиссары никогда не действуют от собственного лица. А местные упыри всегда вращались среди высших эшелонов власти, не скрывая своей сути!