Александра Лисина - Мэтр на учебе

— Фу, — одновременно воскликнули девушки-служанки. — Какая гадость! Наверное, эти зомби постоянно смердели!

— Конечно. И у них все время что-то отваливалось! То рука, то нога, то нос…

— То еще что-нибудь ценное, — невинно заметило привидение сверху. — Маленькое такое…

Лиш бросила под потолок сердитый взгляд и погрозила кулаком:

— Все бы тебе опошлить, бессовестный! Тут дети!

— Я давно не ребенок, — недовольно пробурчал мальчишка-посыльный, приняв намек на свой счет. — И не хуже него могу назвать те части тела, которые могли бы отвалиться у твоих некачественных зомби.

— Они не мои, — фыркнула Лишия. — И они были качественными, только очень уж старыми. И вообще, вы будете слушать или нет?!

— Будем, — с готовностью ответило за всех привидение. — Ты не останавливайся, не останавливайся… как раз самое интересное начинается.

— Вот именно. Так вот… осталась как-то Крис в том доме одна-одинешенька. Хозяин ушел по делам, но к ночи не вернулся, хоть это и не было на него похоже. Она ждала его, ждала. Забеспокоилась, что он не придет усмирить, как обычно, свою разгулявшуюся нежить. Потом услышала, что на крыше стали друг за другом просыпаться и скрести когтями по черепице зубастые птицы, и поскорее закрыла окно, потому что знала: они всегда голодны и могут съесть ее вместо прохожих. Когда совсем стемнело, она решила зажечь свет, но, как назло, на кухне не оказалось ни единой свечи. Тогда Крис спустилась в подвал, чтобы достать из сундука новые…

— А в подвале тоже было темно, — вздрогнув, предположил кто-то из девушек.

— Хоть глаз выколи, — охотно подтвердила Лиш. — Поэтому ей пришлось идти на ощупь, то и дело рискуя свернуть себе шею на лестнице. А стены в подвале сырые, с плесенью… ступеньки крутые и скользкие, а вход такой низкий, что ей надо было нагнуться, чтобы пройти, не разбив голову. И вот когда она оказалась внизу и добралась до сундука со свечами, в одном из углов послышался низкий рык…

— Это был зомби, да? — нетерпеливо заерзал на скамейке пацан. — Лиш, скажи: это был прячущийся среди мешков с мукой зомби?!

— Почему ты решил, что то была простая мука? — нехорошо прищурилась Лишия. — На самом деле хозяин хранил там разрубленные на части тела своих недоброжелателей: воришек, которые покусились на его добро. И непослушных мальчишек, которые не поверили матери и отправились среди ночи исследовать дом старого некроманта… Конечно, никто этого не знал, но те мешки были окровавленными и большими, а из горловины одного из них даже торчала чья-то нога, которую и грыз сбежавший зомби!

— Перестань, у меня уже мурашки по коже!

— То ли еще будет! Когда зомби… нет, пусть лучше будет умертвие… заметило, что у него появилась новая жертва…

— Простите, — снова вмешался Глюк. — А какая разница между зомби и умертвием?

— Зомби примитивные, очень непрочные и легко подчиняются, — с укором посмотрела на него Лишия. — А умертвия — нежить более высокого порядка, поэтому справиться с ними гораздо сложнее. Так что будем считать, что в подвале сидело настоящее умертвие, которое при виде Крис тут же бросило недоеденную ногу и принялось подкрадываться к новой жертве, издавая устрашающий рык…

— А слюни у него текли? — тихонько спросил мальчишка, сжав кулаки и стараясь отделаться от чувства, что в этот самый миг снаружи и правда кто-то угрожающе зарычал.

— В три ручья и до самого пола, — согласилась Лишия, с удовлетворением отметив, как побледнел мальчишка.

— И когти тоже были?

— Угу. Как и очень-очень острые зубы, которыми он мог разгрызать человеческие кости в два счета. А еще он был голоден и страшно хотел полакомиться свежатинкой, ведь уехавший по делам хозяин позабыл сказать, что ее запрещено трогать. И вот он смотрел на ее нежное горло, на котором быстро-быстро пульсировала жилка… чувствовал человеческий запах, что был для него слаще самого сладкого аромата… уже готов был прыгнуть на испуганную, парализованную от ужаса девушку, чтобы жадно рвать ее нежное тело и упиваться брызжущей во все стороны кровью… как вдруг дверь за ее спиной с оглушительным скрипом отворилась и чей-то мертвый голос негромко произнес…

— Э-ге-гей, живые есть? — вдруг послышалось приглушенное из коридора, а затем в оглушительной тишине действительно скрипнула входная дверь.

От легкого дуновения ветерка, прокравшегося в небольшую щелочку, едва теплившееся пламя свечи затрепетало, бросив на посеревшие лица окаменевших от ужаса слуг глубокие тени, затем дернулось куда-то в сторону, будто пытаясь соскочить с фитиля, и наконец, угасло, погрузив кухню в непроглядную темноту.

— Ну вот, — донесся до слуг еще один, подхваченный гулким эхом и изменившийся до неузнаваемости голос, заставивший их дружно вздрогнуть и инстинктивно прижаться друг к другу. — Живых, похоже, нет. Значит, жрать опять нечего.

— Может, есть, — возразил ему первый, и в этот же миг где-то за окном тоскливо завыла собака. — Не все же разбежались к ночи?

— Прямо! Жди! Так они и сидят на кухне, ожидая, пока мы проголодаемся и решим заглянуть на огонек! Придется по домам ходить и с ножом у горла требовать свежего мяса!

Следом послышался тихий зловещий смешок, звуки чьих-то шагов и клацанье когтей по каменному полу.

— К-кто это, Лиш?! — вжались в стену служанки. — Замок же должен быть пуст! Мы не ждем гостей! Или ты забыла опустить решетку?!

— Ничего я не забыла! — похолодела Лишия, судорожно припоминая, где сейчас бродят замковые псы и не ошиблась ли она действительно с воротом. — Гостей и правда быть не должно — хозяин не предупреждал…

— Это зомби, — судорожно вздохнул метнувшийся за спину повара пацан. — Я точно знаю — зомби вернулись! Вон как когти стучат! И они жрать хотят! На свежатинку потянуло! Сами сказали!

— Бежим! — громким шепотом предложил здоровяк, поднимая со стола тесак. — Скорее, пока нас не учуяли!

— Не получится, — придушенно взвизгнули девушки, когда на улице раздался тоскливый собачий вой. — Кажется, они идут сюда!

— Ой. А выход-то только один…

Кто-то из девчонок охнул и сполз на пол, очень некстати потеряв сознание. Остальные мрачно переглянулись, схватили кто что нашел, от скалок до торчащего из мясной колоды топора, сгрудились возле бездыханного тела подруги и, набычившись, приготовились к бою.

Ну и где они? — сварливо осведомился из коридора все тот же голос. — Куда все подевались?!

Затем громко скрипнула потревоженная дверь. На пороге возник жутковатый силуэт, подсвеченный со спины багровыми отблесками от горящего в коридоре факела. Высокий, похожий на человека, только с двумя тоненькими длинными рожками над лохматой головой, бесформенным туловищем и двумя ярко-синими глазами, которые почему-то горели на фоне коленей и под которыми многообещающе распахнулись сразу три подозрительно широких пасти.