Валери Фрост - Тяжелой поступью

— Мои поздравления, ваше императорское величество.

Аня присела в глубоком реверансе и склонила голову, чтобы проглотить обиду и встать перед обманувшим ее мужчиной в полный рост — гордой и свободной. И безразличной.

Вместо того чтобы огрызаться или оправдываться, император-бастард схватил Аню за руку, привлек к себе и подтолкнул к открывшейся двери. Графиня такого напора не ожидала, но решила подчиниться: все равно ей необходимо было время, чтобы подумать. Бруэдэр подхватил безразличную ко всему происходящему девушку на руки и зашагал прочь от входа, углубляясь в дом. Остановился лишь в конце коридора, ногой толкнул дверь и зашел в комнату. Аня болванчиком сидела на мужских руках, болтала головой и, поглощенная раздумьями, крепко сжимала коробку с письмом.

Император опустил ношу, прислонил девушку к стене, не решившись устроить на единственную кровать, и щелкнул пальцами, зажигая тусклый огонек.

— Аня, ты в порядке? — провел пальцами по щеке, подбородку.

Девушка горько усмехнулась и, так и не подобрав слов, решила импровизировать — теперь уже терять было нечего.

— Как тебе первая брачная ночь? — Анина правая бровь взлетела вверх: только Земная умела одним движением выразить свое презрение. — Это я ее научила.

Вспомнилась поездка к драконам.

— Не было ночи. Ни первой, ни брачной. — Кареглазый стоял слишком близко. — У меня есть неделя, чтобы отречься от престола. Надеюсь, к тому времени ты поможешь решить мне проблему с этими кораблями.

Голос мужчины звучал совершенно не по-деловому, глаза искали одобрения и поддержки, но Аня упорно рассматривала вышивку на камзоле.

— Не надо отрекаться, поздно.

— Что значит — поздно?! — Кареглазый отпрянул, освобождая Аню из объятий. — Что ты сделала?

— Я — ничего. Она сделала. — Брюнетка протянула шкатулку.

Кареглазый соблазнитель откинул крышку, пробежался глазами по бумаге.

— Можно я заберу это себе?

Аня махнула рукой и взялась за ручку двери. Но открыть не успела: открывшаяся было дверь с глухим стуком захлопнулась, Аня оказалась прижата к створке. Упершись лбом в дерево, девушка почувствовала жар чужой ладони на животе, второй рукой кареглазый накрыл Анину ладонь.

— Почему ты не объявила мне войну? — Шепот у самого уха… ноги отказывались держать…

— Я не имею права думать только о себе, — точно так же шепотом ответила Земная.

Маг потерся носом о распущенные волосы цвета воронова крыла.

— Позволь и мне думать еще неделю не только о себе. Всего неделю.

— У меня больше не осталось веры.

Рука мага еще сильнее прижала девушку к себе, лишая возможности дышать. Разом накатила слабость, похожая на ту, что испытывала Земная, очнувшись после покушения. Это воспоминание придало сил, отрезвило.

— Не надо отрекаться! — Аня развернулась и холодно взглянула на мужчину. — Подожди, и скоро ты станешь вдовцом.

Поначалу маг опешил, затем тень страха наползла на лицо, глаза потемнели, напугали девушку. Ладонь, лежащая теперь уже на спине, обожгла жаром.

— Не смей брать на себя такое… не простишь… не отмоешь руки…

— Хочешь, чтобы я простила ей, как прощаю тебе? — Чем горячее становилась рука императора, тем холоднее звучали Анины слова. — Не в этот раз.

— Аня, прошу тебя, — кареглазый склонился, пытаясь поцеловать — Земная отвернулась.

— Нити больше нет, — прошептала девушка.

— Она для меня ничего не значила. — Маг сделал попытку заглянуть в глаза брюнетки.

Ане впору было схватиться за голову: неужели все ее мужчины были столь жестоки, что теперь веру в любовь она хотела заменить верой в невидимую нить, верой в обряд, верой в страховку?

— Я не дам тебе ни минуты, мистер Икс. — Земная медленно вытянула руку, отодвигая мужчину от себя. — И я готова замарать руки. Не мешай.

Последние слова прозвучали как предупреждение: то ли он должен был не мешать уйти, то ли не мешать мести. Брюнетка открыла дверь и вышла из комнаты. Император Южной Кельтии не стал останавливать девушку. Сейчас.

ГЛАВА 26

Два человека — два независимых государства. Им не раз еще суждено будет встретиться, их пути пересекутся. И разойдутся. И будут менять курс до тех пор, пока два курса не лягут параллельно, и не пойдут два корабля борт о борт.

Аня чеканила шаг, как любила это делать в минуты серьезных размышлений и повышенного напряжения. Гард отставал ровно на два шага. В темноте не были видны лица, но встречные прохожие, почуяв угрозу, спешили сойти с пути грозно вышагивающего человека.

— Сколько будет стоить… — Аня слишком резко сменила направление движения — дракон врезался в подопечную. — Сколько будет стоить заказ на некую высокопоставленную особу? И где лучше всего оставить заказ?

— Леди Анна, вы меня смущаете. — Драконьи глаза сверкнули азартом. — Думаете, у нас так просто…

— Да, Гард, у вас все просто. Параллельно-перпендикулярно. Незамысловато. Иллюзорно. Запутанно. Но все обман. Иллюзия. Хочешь запутать врага — иди по прямой.

Аня свое мнение высказала. Дала задание. Остальное ее не касалось. Важен результат. Прощать Земная не собиралась. И дракон должен был ее понять, как никто другой.

— Завтра собираемся домой, — Земная чеканила шаг и слова. — Я выполнила просьбу. Надеюсь, лорд Вазилайос снял с меня обвинения.

Дракон согласно кивнул.

Утро преподнесло сюрприз. Стоило Ане покинуть собственную комнату и спуститься в общий зал, как дракон кинул взгляд на неприметного мальчишку, сидящего в углу. Заметив спускающуюся леди, малец встрепенулся и кинулся к Ане не разбирая дороги.

— Леди Анна? — И, не дождавшись ответа, протянул два конверта.

Вместо девушки бумаги принял подошедший наблюдатель, а мальчишка в мгновение ока испарился.

— Это судебное решение о признании вас невиновной и снятие обвинений в шантаже, — резюмировал дракон, пробежавшись взглядом по одной из бумаг.

— А второе письмо? — Аня стояла на несколько ступеней выше Гарда, посему вопрос прозвучал не просительно, а повелительно.

Дракон хмыкнул, прочитав строки по диагонали.

— Лорд Вазилайос снова просит вас о встрече.

Внимание парочки привлекли возрастающий гул и движение за окном. Сидящие за столами посетители повскакивали с мест и пытались сквозь пыльное стекло разглядеть, что происходит.

— Опоздали! — пожаловался кто-то из постояльцев.

Аня была с ним абсолютно согласна — опоздали сбежать.

— Будь внимателен, Гард.

Легкий кивок, и рука легла на перевязь с оружием — боевая готовность.