Марина Котлова - Не родись заклинательницей

— Мог бы, убил бы гада. — Сипло проговорил он.

Варака понимающе усмехнулась. — А чего ты ждал, он, конечно, вёл себя как последний идиот, но теперь, своего он не упустит. Хотя, из-за твоей выходки, они все находятся в плачевном положении и, если с ним что-нибудь случится, она не скажет тебе за это спасибо.

— Нечего каркать. — Проворчал Мореон. — Тоже мне прорицательница.

Варака только закатила глаза.

Мореон закусил губу, чего за ним раньше никогда не замечали, и с тревогой посмотрел на алтарь.

— Марьяночка, очнись, ну, пожалуйста. — Причитания Насьяны становились всё громче. — Кари, она никак не приходит в себя, что будем делать?

— А что делать, прикопаем здесь же, поплачем и забудем. — Равнодушным голосом проговорила эльфийка.

— Чего? — Возмущённо воскликнула Мара, окончательно возвращаясь на грешную землю. — Ах, так значит. Уже и отдохнуть нельзя. Подруги называется, стоило человеку немного задремать, как вы тут же кинулись его закапывать.

— Ой, очнулась. — Пискнула Насья.

— А куда она денется. Симулянтка. Лежит тут, глаза закатывает.

— Ну и тьфу на вас. — Обижено фыркнула Мара, а потом вдруг вспомнила. — Ой, и правда, чего это я, нужно проверить с каким результатом сходила.

Девушка встала и немного отошла от подруг, судя по тому, как она закусила губу, Мара сильно волновалась, как оказалось напрасно. Привычно сосредоточившись, она почувствовала покалывание во всём теле, а потом мечи предано ткнулись в её ладони. Маре даже показалось, что в этот раз они были горячее, чем обычно, будто чувствовали свою вину, за то, что оставили её без поддержки на столь долгий срок.

Изменилось и ещё кое-что, теперь рукоятки клинков были украшены изящной гравировкой, напоминающей птиц, вместо глаз у которых сияли крохотные сапфиры.

— Позёр. — Фыркнула Мара.

— Кто?

— Не важно. Ладно, с одним разобрались, теперь ждём следующего шага нашего «доброго» дедушки.

— Мара, а поздно не будет? — Волнение в голосе Карионель было слишком явным. — Мы ведь не знаем, что там с парнями.

— Если здесь замешан Вэйр, то убивать их не будут, а в остальном, они уже большие мальчики и смогут за себя постоять. Наше положение посложнее будет, пора бы им начать нас спасать.

Дверь вновь распахнулась, и в камеру вошёл Вэйр, в сопровождении ещё двоих, оказавшихся вампирами. Судя по белоснежному цвету волос, они принадлежали к Северному клану.

Совершенно неосознанно, девушки гордо вскинули подбородки и, несмотря на плачевное состояние одежды, и немного усталого вида, было в них что-то такое, от чего глаза беловолосых вспыхнули.

— Мы берём всех.

Вэйр злорадно оскалился, но вопреки его ожиданиям, вампиры повели себя с пленницами, вполне корректно. Вежливо пропустив девушек вперёд, они последовали за ними на некотором расстоянии. Ещё хуже себя почувствовал работорговец, когда мимо него проходила Мара, Немного притормозив, она холодно посмотрела на него и проговорила. — Когда я вернусь, а я вернусь, ты будешь одним из первых в моём списке.

Вэйр сам не знал почему, но он ей поверил.

Глава 12

Они скакали уже целый день, а цель их путешествия до сих пор была не ясна. Гравиль вёл себя тихо, он то и дело бросал на Винадриэля настороженные взгляды, но тот никак на них не реагировал, продолжая скачку с видом полного безразличия к происходящему. Казалось, что его ни коим образом не волнует, что в этом ужасном городе остались друзья и любимая. Гравиль выдержал ещё час, а потом начал усилено ёрзать в седле, всё чаще поглядывая назад.

— Тебя что-то беспокоит? — Наконец, соизволил подать голос Вин.

— Да, меня немного волнует, что мы так спокойно удаляемся от своих друзей. Неужели мы ничего не сделаем?

— Сделаете, но не сейчас. — Голос женщины, купившей его у Вэйра, заставил юного эльфа вздрогнуть.

— Ваши друзья вполне смогут продержаться без вашей помощи ещё немного, а девушки сейчас находятся в относительной безопасности. Северные вампиры чтят женщин.

— Вин вздрогнул. — Северные вампиры, но ведь до их земель чаще всего добираются на корабле. Фира, сколько нам ещё ехать?

— Ты смотри ка, узнал. — Женщина обернулась и с лёгкой улыбкой продолжила. — Как, если не секрет.

— Глаза. Только у драконов-перевёртышей бывают такие необычные глаза, а я знаю только одного дракона столь прекрасного и столь древнего.

— Льстец. Я бы и так вам помогла. Или ты думаешь, я оказалась в этом клоповнике, по недоразумению называемым городом исключительно в целях развлечения. Делать мне больше нечего, вот только пришлось вытаскивать некоторых молодых пройдох из переделки.

— Почему же вытащили?

— Скажите спасибо Теодо. Крыльев не пожалел, прилетел. Спасите, говорит, помогите, друзья погибают. Зря волновался, я смотрю, вы бы и без моей помощи выбрались, но так вернее.

Вин только хмыкнул, а Гравиль недоуменно переводил взгляд с одного на другого, плохо понимая, что собственно происходит, но спросить не решался.

— И всё-таки, сколько ещё ехать? — Настырничал Вин.

Фира закатила глаза. — О молодежь, до чего же вы нетерпеливы. Да приехали уже.

Уже, оказалось небольшой поляной, свободной от камней и окружённой низеньким кустарником. Посреди поляны сидел Теодо и нервно жевал травинку, но стоило показаться Фире с вновьприобретёнными эльфами, как он вскочил на ноги и шумно выдохнул.

— Слава создателю, я уж думал, что придётся вас с армией отбивать.

— Не придётся, вот сейчас немного отдохнём и подумаем, как остальных вызволить.

— Боюсь, без армии не обойдётся. — Неожиданно подала голос Фира. Непонимающие взгляды парней вызвали у неё только грустную улыбку. — Это началось давно, слишком давно, ещё до вашего рождения. Тогда в серединных землях появился очень сильный маг. Его звали Фритон. Он был очень силён и хорош собой. — Глаза драконихи затуманились от воспоминаний. — Повелитель стихий, да, так его называли, но ему оказалось мало звания лучшего мага, он захотел большего — власти.

— И почему, все сильные маги, обязательно жаждут власти? — Пробормотал Гравиль.

— Можно подумать, у тебя было бы по-другому? — Фира изогнула бровь.

— В общем, случилось так, что он полюбил, сильно, по-настоящему, но его избранница, не смогла ответить на его чувства взаимностью, она принадлежала к другому народу и была не так свободна в своём выборе, как он. Но самое главное было не это, главное, что у неё уже был любимый, и менять его на зарвавшегося мага, она не собиралась. Тогда Фритон решил отомстить своей возлюбленной, он проклял её жениха и поклялся, стравить все расы так, что они никогда даже мысли не допустят о смешении крови, а если такое случится, то дети от таких союзов будут подвержены гонениям и лишениям.