Острие лезвия, ветер и любовь (СИ) - Галицына Варвара

***

Первый, тёмно-бурый как небо над ними, волк вёл за собой преданных и верных ему собратьев; оборотни бежали по степи один за одним, вытянувшись в длинную линию.

Ортханк — неприступная крепость белого мага — осталась далеко позади. Под покровом ночи стая покинула пристанище, в котором нашла свой временный дом, сокрытая ото всех народов Средиземья тёмной магией своего покровителя.

Вождь завыл, протяжно и громко, подняв голову к безлунному небу — за тучами не было видно звёзд. Ему вторили остальные: Кайи, Эклесс, Тейран, Дейкил — все как один и вой их слился воедино заполнив пустующую, спящую степь вокруг.

Впереди их ждала Хельмова падь.

***

Гимли ушёл, оставив оборотней одних.

— Ралис, — протянула девушка. На столе подле неё лежал пустой бурдюк. — Как давно ты виделся с Кайи?

Мужчина нахмурился, припоминая.

— Кажется в начале этого тысячелетия, может и позже. Уж и не помню, — мужчина засмеялся, — смилуйся над моим возрастом и прости дырявую память.

Снаружи крепости послышались шаги людей и их приглушенные перешептывания. Где-то внизу, в кузнице, одинокий кузнец стучал молотком по очередному мечу. Он знал, что довести работу до ума не хватит времени, ведь мечей нужно сделать ещё много. Так много, что страшно представить.

— Просто я вспомнила, как однажды Кайи приходил ко мне. Тогда он сказал, что пытался встретиться с тобой. Обыскал все твои земли, но и следа не нашёл.

— Ах, ты об этом, — хмыкнул рыжий. Он вольготно развалился на стуле напротив подруги (на том самом, где ещё недавно сидел гном).

— Ты сбежал, — Сули поджала губы. — Хоть представляешь, что будет, когда Хелтай узнает, что ты нарушил границы стаи?

— Ой, да ладно тебе, принцесса, — оборотень махнул рукой и поднялся на ноги, принявшись расхаживать из стороны в сторону. — Они сами за мной не уследили.

Внезапная догадка пронзила темноволосую. Она подскочила на ноги, обернувшись к другу лицом.

— Ты был на юге, — сказала она, ничуть не спрашивая, а утверждая. — Ты был у врат Мордора. Гондорцы видели там одинокого одноухого волка, размеров слишком больших, чтобы можно было не удивиться. Один из них рассказал всё мне. Они видели тебя! Что ты забыл у Черной страны?

Услышав слово «Мордор», Ралис замер, нахмурился, но в следующую секунду раскатисто рассмеялся.

— У тебя, гляжу, везде глаза и уши, — посмеиваясь, говорил мужчина. — Да, я был там. Меня Саурон призвал. Видать решил переманить на свою сторону изгнанников. А может у него выдался скучный день в окружении орков, и он решил поговорить с кем-то кто умнее сапога.

Сули не знала, что и сказать. Так и замерла на месте, смотря на улыбающегося невинной и беззаботной улыбкой друга.

— Йорун, ты смотришь на меня так, будто у меня выросли зелёные рога, — громко вскрикнув, оборотень потешно начал ощупывать голову, дабы удостоверится, что рогов на ней нет. — Да брось, всего лишь беседа.

— Хочешь сказать, вы встретились, чтобы обсудить погоду за окном Барад Дура? — вскипела от ребячества мужчины девушка.

— Конечно нет. Саурон предлагал мне стать его… — он задумался, подбирая слово, — …сторонником? Помощником? Думаю «сторонником» здесь больше подойдёт…

— Ралис!

— Я отказался, — оборотень миролюбиво поднял руки с открытыми ладонями вверх, — всё хорошо, принцесса, я не сошёл с ума, чтобы принимать сторону существа желающего поработить весь мир. Ты мне веришь?

Сули, пусть и замешкалась вначале, обняла старого друга.

***

Воспитанница эльфов стояла, прислонясь к парапету, а Леголас уселся на зубце, потрагивая тетиву лука и вглядываясь во мглу.

— Не по себе мне здесь, — вдруг заговорил эльф, — что ночью, что днём. Гимли восхищён этой крепостью, но не по сердцу она мне и дурное предчувствие гложет, — усмехнулся. — Не помешала бы здесь сотня другая твоих собратьев. Но ещё бы лучше — сотня лучников из Лихолесья. Ристанийцы — они стрелки по-своему неплохие, но мало у них стрелков.

— Темновато для стрельбы, — возразила девушка. — В такие, время впору лечь спать и позабыть обо всем.

Время тянулось еле-еле.

— И где-то там Фродо и Сэм несут Кольцо. Одни, — покачал головой эльф. — Эх. Незачем было их отпускать.

— Я спокойна за Фродо ведь с ним Сэм.

Эльф согласно кивнул.

— Ты не знаешь где здесь можно найти хороший меч?

Царевич ответил сразу же, махнув рукой, пытаясь указать направление.

— Внизу в крепости есть кузница. Там сейчас вооружаются солдаты.

Именно там Сули и взяла тот самый меч, что сейчас болтался у неё на поясе, но надежда найти оружие получше не отпускала девушку.

— Солдатами их не назовёшь, если у них не было при себе меча или лука. Эти люди не воины, — темноволосая сложила руки на груди и тихо вздохнула. — Фермеры и конюхи. Кого ими напугать? Уж точно не армию свирепых урук-хаев.

— Арагорн верит в них, — а Леголас, кажется, нет. Они — люди никогда не видевшие войны. Сули тоже не видела и от того боялась ещё сильнее.

Она не обманывала себя — шансы катастрофически малы.

— Если ты вдруг переживешь эту ночь, то запомни одно, мой принц — избегай оборотней. А если уж встретишь, то не называй им своего имени, — посоветовала девушка.

Сулмендис бросила последний взгляд на небо и отвернулась. Она хотела спуститься вниз, заглянуть в кузницу, постараться найти там более сносный меч, а затем… она ещё сама не знала, как проведёт оставшееся в её распоряжении время и сделала первый шаг.

— Расскажи мне, почему Ралис повёл себя так.

Сули непроизвольно дёрнулась. Ей бы давно пора рассказать Леголасу обо всём, но его незнание было к лучшему. По крайней мере, так было прежде, но теперь девушка и вовсе не уверена, что сможет пережить эту ночь и поведать историю царевичу.

Темноволосая упрямо молчала не в силах найти начало длинной повести, которую стоит рассказать.

— Сулмендис, — принц коснулся её ладони и воспитанница Элронда тряхнула головой, делая невольный шаг назад. Эльф не позволил — упрямо удержал на месте. — Взгляни на меня.

Девушка нахмурилась, смотря в пол; Леголас спрыгнул с парапета, мягко приземлившись на каменную стену крепости. Их разделял лишь короткий шаг, а ладонь лихолесца, сжав на миг тонкие пальцы девушки, двинулась вверх к запястью, по предплечью к локтю и выше. Остановилась она на правом плече, едва касаясь метки скрытой под одеждой. Сули глубоко вздохнула, но не отстранилась. Глаз не подняла.

— Ты так упрямо избегала меня, — тихий шепот прозвучал подобно грому в ясном небе: громко, решительно и неумолимо. Царевич сделал шаг. — С самого Лориэна. С того самого момента как узнала правду.

— Как давно знал правду ты? — оборотень подняла серые глаза, вглядываясь в лицо своего соулмейта. Глаза его были прикрыты, а тёмные ресницы чуть подрагивали.

— Ещё с Мории, когда впервые увидел, — ладонь неспешно сместилась, накрывая собой тёмные и светлые точки, скрытые под серой курткой девушки. Та шумно вздохнула, прогнувшись в спине от мурашек пробежавших по телу. — Это было так естественно, будто бы я всегда это знал, — слова коснулись кожи на щеке девушки, — я твой, — её подбородка, уголка губ, — а ты моя.

Сули оттолкнула Леголаса, скрыв запылавшие щёки за растрепанными волосами. Она не любит его. Он ей не нужен. А эта метка лишь ошибка. Совпадение. Глупость! Лишь Боромир…! Боромир.

Серые глаза темноволосой сменили свой цвет став ярко жёлтыми — волчьими.

— Сули?

Но девушка не обращала внимание на принца беспокойно озираясь по сторонам. Она вглядывалась в ночную тьму, в горизонт.

— Ты слышал?

— Что?

Девушка фыркнула и, повернувшись по ветру, принюхалась, громко втянув носом воздух. Она попятилась от парапета, выставляя руки перед собой, будто защищаясь от незримой для эльфа беды.

— Сули? Что случилось? — царевич поймал лицо оборотня в свои ладони и взглянув в пугающие волчьи глаза. — Я рядом. Всё в порядке.

— О нет, мой принц, — голос девушки надломился и стих до нервного шепота, — никто не в порядке.